Чтение онлайн

– Вам семнадцать лет, я права?

– Да, – подавлено ответила девочка. – Во всех своих унижениях Ляо-хатун права. Я нелепо веду себя, будто не родилась во дворце. Я не умею красиво петь, танцевать, вышивать или играть на музыкальных инструментах. И ко всем недостаткам прибавляется мой недуг.

– Но несмотря на все это, Маджияртай не отменил свадьбу, хотя он наверняка все понимает. Он наверняка ждёт, когда вы попросите скорейшей церемонии. Но с вашей стороны это будет выглядеть как подстава.

– Подстава? – удивилась девочка, не зная смысла просторечного слова.

– Ловушка. Засада.

– Тогда стоит ждать его предложения?

– Я думаю, он ошеломлён моим появлением и обеспокоен, как бы я не изменила ваше мнение о нем. Он не заставит себя ждать.

– Госпожа, к вам пришёл господин военный советник, – объявил слуга за дверьми.

– Как я и говорила, – усмехнулась Чон Дунг.

– Пусть войдёт, – сказала Мяошири и встала, поправив платье.

Маджияртай зашел, прямо держа голову, кинул презрительный взгляд на Чон Дунг и поклонился Мяошири. Девочка улыбнулась и убрала волосы за ухо, показывая серьги. Он поставил на стол расписную коробочку и открыл ее. Внутри лежали разноцветные бриллианты. Мяошири ахнула от восторга.

– Вы так щедры, господин.

– Но вы должны выполнить одно условие.

– Какое условие? – девочка огорчилась и встревожилась.

– Вы должны стать моей женой в назначенный мной срок.

– Оно и так, господин.

– Мой срок – две недели. Вы согласны?

Мяошири широко улыбнулась и схватила себя за руку.

– Конечно, я согласна. Я удивлена, что вы все ещё хотите видеть меня своей женой, несмотря на все трудности.

– Эти трудности никогда не были и не будут для меня препятствием.

– Я рада слышать это. Но все же я хочу просить у Будды благословения.

– Я с радостью сопровожу вас.

– Я хочу посвятить этому неделю в монастыре.

– А может стоит остаться во дворце? – Чон Дунг занервничала после слов о монастыре. – Здесь тоже есть храм. Можно попросить у смотрителя комнату.

– В храме мне могут докучать, а в монастыре я смогу полностью посвятить себя Будде, – ответила Мяошири, невинно улыбаясь.

– Что вас обеспокоило? – спросил Маджияртай.

– На пути в монастырь недоброжелатели могут напасть на вас, госпожа.

– Я возьму больше солдат, чтобы вы не беспокоились, – пытался успокоить ее Маджияртай.

– Как пожелаете. Жизнь вашей невесты в ваших руках.

После обеда следующего дня паланкин Мяошири, сопровождаемый солдатами и слугами, отправился в недалекий от города монастырь. Дорога была широкая, хоть и лежала через негустой лес. Медленная тряска сопровождала всех и каждого весь путь.

Когда же совсем немного оставалось до монастыря, и он уже был виден невооружённым глазом, одна из служанок закричала, схватившись за сердце:

– Там за деревьями разбойники!

Остальные служанки тут же бросились к монастырю в панике. Солдаты неожиданно ускорились, будто сами испугались. Из кустов выскочили люди, издавая нечленораздельные звуки, с дубинками. Чон Дунг открыла дверцу паланкина и помогла Мяошири перебраться на лошадь Маджияртая, то и дело вознося свой меч над головой.

Маджияртай вместе с Мяошири поскакал на всех порах к монастырю. Одна служанка замешкалась и не убежала далеко до того, как разбойники окружили всех. Чон Дунг села на лошадь и, разогнавшись, подхватила девушку на скаку. Она посадила служанку на лошадь, придержав ее одной рукой. Девушка сжалась и робко посмотрела на своего спасителя, приняв ее за мужчину.

Миновав ворота монастыря, которые тут же были закрыты, Чон Дунг поставила служанку на землю. Та поклонилась и хотела уйти, но спаситель остановил ее.

– Как тебя зовут? – низким голосом спросила Чон Дунг.

– Но Ри, – робко ответила девушка, опустив глаза.

– Аккуратнее будь, Но Ри.

Сказав это, Чон Дунг направилась к своей госпоже, чтобы спросить о ее самочувствии. Убедившись, что Мяошири в порядке, и уложив ее спать, она пришла в покои служанок. Чон Дунг не постучалась и вошла. Но Ри ахнула от удивления, но тут же смолкла, увидев, что никто из служанок никак не отреагировал на ее появление, даже те, кто переодевался. Чон Дунг подошла к Но Ри и протянула ей руку. Та робко встала, не взявшись за предложенную руку, и вышла вслед за девушкой.

Чон Дунг повела Но Ри в архив. Служанка аккуратно вошла внутрь, улыбаясь. Предполагаемый мужчина строго посмотрел в глаза девушке, нахмурив густые брови.

– Кто ты? – спросила Чон Дунг в полголоса.

– Я Но Ри, я же сказала. Дворцовая служанка. Так что лучше вам держаться от меня подальше, ведь каждый, кто захотел придворную служанку, будет наказан, – высокомерно сказала Но Ри и намеревалась выйти, как Чон Дунг ударила кулаком стену перед самым носом служанки. – Я вовсе не против вашей компании, но вы же все-таки мужчина, а я женщина. Люди могут неправильно понять нас, – улыбнулась она.

– Ещё раз спрашиваю, кто ты такая? – более громко и строго спросила Чон Дунг у витающей в облаках девочки.

– Ну я же сказала…

– Каждая дворцовая служанка знает, что я не мужчина, – перебила ее Чон Дунг. Девушка застыла. – Спрошу ещё раз, кто ты такая? Кто приказал убить Мяошири по пути в монастырь?

– Я ничего не знаю, правда! – девушка запаниковала. – Клянусь вам!

– Ты не понимаешь, что твои клятвы ничего не стоят?

– Я только прибыла во дворец, а потому и не знаю вас! Пощадите! – взмолилась девушка, падая на колени.

Чон Дунг сдернула повязку и держала подбородок Но Ри, чтобы та смотрела на ее лицо. Девушка пыталась отвернуться, сбежать, но Чон Дунг держала ее мёртвой хваткой.

– Видишь это? – Она показала на своё лицо. – Если ты продолжишь обманывать меня, то тебя постигнет то же самое. Поняла?

– Да, – тихо ответила служанка, всхлипывая.

– А теперь расскажи мне все, что знаешь.

Утром следующего дня Чон Дунг привела Но Ри к Мяошири, дабы осуществить допрос. Жених и невеста держались за руки, когда две гостьи зашли без уведомления о своём приходе.

– Госпожа, – Чон Дунг поклонилась, – эта служанка, – она показала на Но Ри, – не служанка. Она подставная фигура из публичного дома, которую заказали бандиты, напавшие на нас. Приказ бандитам же поступил от госпожи Ляо-хатун.

– Что? – возмутился Маджияртай. – Как ты можешь верить словам преступницы? Ляо-хатун не могла так поступить! Они же сестры!

– Показания этой девушки говорят об обратном.

– С чего ты взяла, что она вообще причастна к этому делу? Она могла сорвать, – согласилась со своим женихом Мяошири.