Чтение онлайн

Ещё одно полезное наблюдение.

Ворон слетел вниз. И моргнуть не успела, как перед нами возник Рюдзин. Его лёгкому халату я позавидовала больше, чем рубашке на Шаде — вязаная кофта ощущалась полноценной кольчугой, раскалённой докрасна.

— Он не сказал тебе, за что получил рабский ошейник, — недовольно цокнул языком Рюдзин. — Лишь показал, да и то не всё. Половина сделки, половина награды. Свобода вернётся к нему, как только расскажет тебе всё. А поводок… поводок от ошейника побудет пока в твоих руках.

— Чего ты добьёшься этим? — сквозь зубы процедила я, едва успев преградить путь Шаду.

Нарвётся ещё на неприятности, останется котом до конца своих дней, и как нам великого чародея искать? Я его, конечно, любым приму, но сподручней всё-таки, когда рядом телохранитель-мечник, а не пушистая урчащая грелка.

— Ты сможешь приказать, — рассмеялся дракон. — Если не захочешь ждать.

— Новый урок?

— Милая, они никогда не закончатся, — оскалился он. — Лишь набравшись ума, ты сможешь принести пользу.

Раздался глухой щелчок пальцев, вокруг возник серебряный вихрь… и мы вернулись в комнату Шада. Отпрянув, друг упал на край кровати, потирая шею и сдавленно шипя.

Мою руку жгло. Подняв ладонь к лицу, на внутренней её стороне я увидела символ, схожий с тем, что слабо горел над прячущей ошейник лентой. В том месте, которое чесал Шад с такой яростью, будто его искусали противные болотные мошки.

Не самый хороший итог сделки, но…

Лучше, чем ничего.

— Папочка сильный, папочка легко меня на руках носит, — авторитетно заявил Калеб, водя пальцем по украшавшей моё платье вышивке. — Он настолько сильный, что меня и маму вместе поднимает!

— Ого! — удивилась я, вложив в голос как можно больше эмоций.

Мальчишку пришлось взять на коленки, чтобы он, тыкаясь носом, не мешался под рукой помогавшей мне Варши. Триша послала его передать шкатулку с украшениями, но любопытного ребёнка так просто не выгонишь. Да и выгонять никто не собирался — Калеб отлично вписался в наши приготовления, разбавляя немного давящую тишину детским лепетанием. С Варшей безмятежно болтать я опасалась — отвлеку ещё ненароком или помешаю, так потом всё переделывать придётся. Слыша сопение подруги, догадывалась, что с причёской она решила замахнуться выше чего-то привычного.

— А мамочка такие платья не носит, — расстроенно вздохнул Калеб.

— Потому что твоя мама и так самая красивая, ей даже наряжаться не обязательно, — успокоила я, и мальчик мигом расцвёл.

— Самая-самая! — хлопнул в ладоши он. — А ещё сестрёнка Варша и тётушка Рири. Но папа говорит, что тётя уехала далеко-далеко, помогать своему папе.

— А какая она, тётушка Рири? — подхватила я. — И кто её папа?

— Тётушка Рири похожа на лунную фею! Её волосы как облака, а ещё она всегда-всегда наряжалась, как вы с сестрёнкой сегодня. Тётушка — настоящая принцесса, как в сказках. Она — дочь короля фей!

Дочь великого чародея? Хотелось бы мне с ней познакомиться. Но, видимо, не судьба. Да и «уехала далеко-далеко» может означать или заточение, или смерть. Вряд ли бы дочь не вступилась за отца, которого сильные мира сего задумали пленить. Или нет…

Калеб точно её видел, а Валто заточили больше двадцати лет назад. Калебу — около пяти-шести, а насколько я успела узнать, драконьи дети лет до двенадцати росли как человеческие, и лишь потом их старение начинало постепенно замедляться, пока не останавливалось совсем — в диапазоне от двадцати пяти до сорока, тут уж как повезёт.

Ниточка к Валто?.. Было бы глупо за неё не ухватиться.

— А папа не рассказывал, куда именно она уехала? — осторожно спросила я.

Мальчик подёргал плечами и хихикнул:

— Хочешь увидеть, какая она красивая?

— Очень хочу увидеть! — заверила я.

— Ты тоже очень красивая, — смущённо опустил взгляд Калеб, а потом неожиданно подпрыгнул, чмокнул меня в челюсть — выше бы попросту не попал — и быстро-быстро ускакал за дверь, крикнув на прощание: — Удачи вам, сестрицы!

— Он прав, — хмыкнула Варша. — Вышло отлично.

Неуверенно оглянувшись в зеркало, я не смогла с ней не согласиться. Сплетённые во что-то умопомрачительное косы, пряди, бирюзовые ленты и нити с хрустальными бусинами. Хищные зеленовато-чёрные стрелки на веках, коралловая помада. Декольте, на котором так настаивал Юйлунь для создания какого-то там образа, заметно не было — оно пряталось под серебряным монисто. Небольшие монетки, скрепленные между собой, создавали ощущение кольчуги или даже драконьей чешуи. В схожем стиле был выполнен пояс и браслеты, хотя на правую руку я всё-таки нацепила подарок Рамона — с магическим щитом чуть-чуть спокойнее, пусть он и вряд ли защитит от магии Властелинов.

И всё же — будто девица на выданье, а не желавшая завить о себе женщина. Потому что для местных порядков я довольно старая, чтобы становиться чьей-то невестой.

— А это не слишком… слишком? — вздохнула я и скривилась

Варша, на мой вкус, была одета проще и строже. Короткий, едва ли до середины бедра белых с голубой росписью халат, тёмно-синие шаровары и тканевые полусапожки. Если бы не лицо красавицы и не длинные волосы, она бы сошла за служанку во дворце своего отца? Даже, наверное, слугу. Но из песни слов не выкинешь, вернее — за одеждой женскую фигуру не спрячешь. Только если очень-очень постараться.

— Слишком что? — не поняла подруга и обеспокоенно встрепенулась. — Что именно тебе не по душе?

За время нашего знакомства я успела разобраться, что её изначальный мягкий вид — не какая-то маска и не игра. Варша действительно была такой — мягкой, утончённой, спокойной, тихой. Но когда нужно заняться делом или встать на защиту кого-то, она ощутимо менялась. А потом вновь обращалась кроткой овечкой, будто боялась, что её внутренний стержень кто-то заметит.

Мне очень хотелось, чтобы она не пряталась от самой себя. Но здесь не моя помощь нужна, обманываться не стоит. Только недавно призналась себе, что домой… домой не так уж и тороплюсь.

Однако чтобы остаться здесь, мне тем более нужно отыскать великого чародея. И спрятаться за ним от всех этих хширасс.

— Мне всё нравится, — поспешила заверить я. — Но как-то… неуютно. Будто это не я.

— А они и не должны увидеть тебя, — её смех прозвучал серебряным колокольчиком. — Внешний вид не менее важен, чем то, что ты будешь говорить им.

Я поморщилась, нехотя признавая её правоту. Не сказать, что платье мне не нравилось. Скорее, никак не получалось избавиться от страха, что меня раскусят и вытряхнут из всего этого великолепия, мол, не заслужила. Твоя доля, девочка, растянутый, с плеча брата, времён его старших классов свитер, потёртые джинсы и хорошо, если останутся деньги на приличную тушь. Иначе или слипшиеся ресницы, или покрасневшие глаза. Так что было бы проще вообще не краситься, но тут выручали подруги — что-то дарили, что-то отдавали, если им не подходило. Потому что хотя бы немного, хотя бы чуть-чуть… быть красивой мечтала.