Чтение онлайн

Сколько бы людям ни вдалбливали в голову истину «не суди по обложке», а первое впечатление всегда создавалось благодаря внешнему виду. Собеседования, свидания, новые знакомства, даже охранники и консультанты в магазинах… Бренд одежды или аксессуаров играл роль, возвышал статус, и хотя вести себя при этом тоже надо уметь, да и собрать достойный образ можно и на коленке, эффектная обложка оставалась эффектной.

Я попыталась хотя бы улыбнуться своему отражению. Получилось вымученно.

Юйлунь говорил, что на совете мне ничего не сделают, как бы отвратительно или заносчиво я себя ни вела. Кто-то попробует подчинить, но другим это будет на руку — они попытаются подлизаться и стать защитниками бедной и несчастной чужачки. В общем-то, стравить всех против всех — та самая тактика, которая нужна. Проситься домой — нельзя ни в коем случае, так дам им в руки карты против себя. Эту необходимость должен продавливать Нерис и та часть драконов, что вместе с ним пеклись о сохранности Грани. Для кого я — бельмо на глазу, досадное пятно, что мешает устоявшемуся порядку.

На совете мою историю раскроют без утайки — по чьей вине я здесь очутилась, как меня планировал использовать Ананта, в чём замешан Рюдзин. То, как всё должно происходить по рассказам Юйлуня, напомнило мне судебный процесс. Истец в лице меня, Нерис как мой защитник, отвечающие — Ананта и Рюдзин, свидетели — Варша, Шад, Хэн Фанг и много кто ещё.

Судьёй, то есть тем, кто вёл процесс, чаще всего выступал Нерис, но поскольку в конкретном случае он был более чем заинтересован, назначить должны кого-то другого. И от этого зависело… многое. По пальцем одной руки можно пересчитать тех, кто станет удачей, а драконов на совете присутствовать будет не меньше сорока. Не только Властелины, но и советники и наследники. Вероятно, голос дадут выходцам из волшебного народа — кому-то вроде Хэн Фанга или той женщины, что стала королевой фей вместо пленённого великого чародея.

Когда-то давно хширасс оставалось всего семнадцать. Семнадцать изолированных, не имеющих возможности связаться между собой замков и их хранителей. Магия чахла и исчезала, людской род процветал и выжигал жалкие крохи волшебства, считая его пагубным. Но когда фейский трон занял человеческий чародей, когда люди империи Тиё стали использовать магию в войне, когда волшебство влилось свежей кровью в дряхлеющее тело мира… хширасс, вынужденные выполнять свою задачу, столкнулись, встретились с соплеменниками и поняли, что друг без друга им не создать в мире порядок.

Краткая историческая справка помогла мне понять, почему же все так опасались великого чародея — он буквально перевернул мир с ног на голову, и так несколько раз. Чрезмерно активной экспансия имперцев стала именно после его громкого появления. То, что начиналось как защитная реакция на объединяющиеся волшебные народы, превратилось в священную миссию, фанатичную антирелигию, во главе которой стояла Инквизиция. Но если на Земле ересью считалось любая вера, отличная от христианской, то имперцы ни в кого не верили. Нет богов, нет никого на небесах. Есть человек, и всё, что существует в мире, обязано служить его благу. Старые боги должны умереть, чтобы освободить место Новому времени.

Шад нисколько не соврал, когда сказал, что это — не месть, а вопрос выживания. Но пока империя Тиё не расползалась за территорию Властелина Запада, другие драконы и совет не имели права вмешиваться. Королевства, что под влиянием империи становились вассальными, не считались выходом за границу.

Какое мне было до всего этого дело, особенно в рамках предстоящего совета? Во-первых, я хотела лучше понимать Шада и его желание отыскать великого чародея. Во-вторых, если уж оставаться в этом мире, то стоило найти себе самого надёжного и могущественного покровителя — с Рюдзином дружеские отношения у меня не задались, а Нерису я не до конца доверяла, пусть и считала его условно хорошим. В-третьих, чтобы понимать, как вести себя с драконами, надо знать, что они из себя представляют и что за мир охраняют. Что считают «порядком».

Конечной целью было не вернуться домой, а получить разрешение добраться до Валто. Если отбросить страх, если отбросить «правильность» моего нахождения в этом мире… Мне было любопытно, поэтому я и не торопила Нериса, а сама что-то искала лениво и неохотно. Мне хотелось увидеть больше, чем драконий скелет, замки и дворцы, крупицы магии. А для этого придётся или пойти на сделку с драконами, или — найти покровителя и наставника. Встать на сторону того, кого боялись хранители.

Человек, разбивший мир на осколки. Человек, державший в страхе весь драконий совет, самых могущественных созданий. Человек.

Всего лишь человек.

Я считала себя таковой же, пусть и была в глазах совета драконом. Женщиной драконом, если уж быть точной. Той, что родит ребёнка дракона, и он не утратит ни капли чистоты крови, а значит — сохранит свою силу.

Но у меня не было драконьей магии, я не могла сама постоять за себя, как бы ни пыталась постичь законы волшебства, сколько бы ни старалась нащупать внутри себя источник дара. Поэтому по меркам драконов, я — человек. Слабый человек.

Одного человека они уже боялись. Я так не смогу. Пока, хотелось бы верить. Однако постараюсь, приложу все усилия, чтобы отыскать его. Для помощи Шаду, для ответов на свои вопросы.

Это то, чего мне хотелось. Что было любопытно.

Постучав пальцами по столику перед зеркалом, я вынырнула из мыслей и улыбнулась куда искренней. Не радоваться тому, как меня нарядили и какой я могла быть в этом мире — глупо. Глупо думать о том, заслуживаю ли, имею ли право. Глупо судить о своих поступках мерками родного мира. На многое, впрочем, не получится смотреть спокойно — жестокость претила мне и не приносила удовольствия. Убить кого-то, пусть и защищаясь, скорее всего я не смогу. Но отказываться в мелочах? Чувствовать стыд за роскошь, которой одаривал Ананта в самом начале?

— Собралась с мыслями? — наклонилась ко мне Варша.

Через отражение я посмотрела на неё, замершую над моим плечом. И медленно кивнула.

В коридоре нас уже ждали. Бусина облачился в парадный чёрный доспех и бирюзовый плащ поверх — ни дать ни взять, рыцарь из легенд о короле Артуре, вот только непонятно, как он свои дреды будет под шлем в руках прятать. А Шад на его фоне совершенно терялся, хоть надел расшитый серебром чёрный дублет. Не исключено, что с плеча Рамона, потому что одёжка казалась свободной и немного широкой в плечах.

Чтобы объяснить возвращение человеческого облика и магии, нам с Шадом пришлось извернуться. Он был яро против рассказывать о помощи Рюдзина, предложив вместо этого сказать, что чары на ошейнике удалось обойти — мол, всего-то и нужно было сменить хозяина. Поэтому Шад дал мне клятву фамильяра, всё разрешилось благополучно и переживать не о чем.

Нерис порадовался за нас. А Рамон… Рамон обиделся, что его заклятье не потребовалось. Но, слава богу, не на меня, а на Шада. Поэтому говорил он теперь с ним через кого-то третьего, в остальном игнорируя. Мне это показалось забавным ребячеством. Если бы Шад при этом не опускал каждый раз виновато взгляд, будто сотворил ужасный проступок…

— Всё хорошо? А где Нерис? — спросила я.

И как можно скорее накинула тёплый плащ, укутавшись в него до подбородка. Капюшон накидывать не стала, боясь попортить причёску, но и красоваться лёгким платьем не горела желанием — на улице ещё лежал снег, а из-за оттепели в коридорах замка сделалось сыро и промозгло.

— Он ушёл первым, — охотно ответил Бусина. — Вы встретите его уже в зале совета.

Расстраиваться из-за этого я не собиралась, хотя переговорить с Нерисом до начала происходящего не помешало бы. Но и без того чувствовала себя достаточно готовой и собранной. Накручиваться и дрожать осиновым листом точно не думала — как и в школе перед контрольными, и в универе перед экзаменами. Накрывало, обычно, после. Си-и-ильно после, и тогда лучше бы отыскать бутылку-другую вина.