Чтение онлайн

– Это не я.

Может, мои слова и звучали детским лепетом, но я действительно был ни при чём. Однако донья Роза мне не поверила. Или поверила, но не подала виду. Она сурово свела брови.

– Это не я, но я всё расставлю по местам.

Да, в каталоге был полный кавардак. Пришлось потратить час, не меньше, на то, чтобы расставить всё по своим местам. И всё это под скорбные причитания библиотекарши.

– У вас нет предположений, кто бы мог здесь такое устроить? – осторожно поинтересовался я. Почему подозрения в библиотечной диверсии пали на меня, а не на Выскочку, например?

– Да здесь не бывает никого. Кому нужны архивы в начале учебного года? Только ты да девочка новенькая. Я уходила – вообще никого не было. Кто же мог подумать… – Донья Роза будто оправдывалась, что совсем не вязалось с её репутацией. Но я никому не расскажу. – В большом зале кто-то оставил старинный фолиант Галилео де ла Винчи. Рукописи более трёхсот лет! В прекрасном состоянии! Стоимость безумная. А её просто положили на свободную библиотекарскую стойку! Никто не смог бы удержаться… Это же такое невероятное событие!

Да уж. Я спас не только жизнь Выскочке Бьянке, но ещё и место работы для доньи Розы. Вряд ли ректор принял бы всерьёз жалкое мычание о находке, если бы здесь обнаружили труп первокурсницы. Но трупа нет – подвиг не засчитан. Однако не это важно. Важно, что кто-то не просто хотел меня подставить. Он планировал это. Даже не пожалел ценную рукопись, чтобы избавиться от библиотекаря. Хотя и не факт, что подлинную.

Использование фолианта как отвлекающего манёвра окончательно снимало подозрения с девчонки. Она не производила впечатления человека, который может себе позволить разбрасываться манускриптами баснословной стоимости. Это однозначно кто-то из драконов. Что возвращает к вопросу: кому я мог перейти дорогу? Второй вопрос, который ставил меня в тупик, касался перемешивания ящиков. Зачем? В чём смысл этого поступка? Подозрения в убийстве хватило бы с головой, к чему примешивать ещё и мелкое хулиганство? Непонятно.

Только когда все ящички стояли на своих местах (донья Роза провела инспекцию и осталась довольна), я смог заняться своей работой. Но почему-то уже не работалось. Мысли мои всё чаще возвращались к таинственному ящичку, залитому зельем «Последнего сна». Времени прошло достаточно, оно уже практически выдохлось, и совать нос в дела неудачливой первокурсницы можно было без опасности для здоровья. Я всё же взял ящик оттуда, куда его поставила девушка. Внутренний Дракон не подавал признаков беспокойства и вообще затих, будто его и не было вовсе.

Я стал листать карточки и оторопел. Потом посмотрел на титульную табличку. Это был каталог работ студентов-боевиков двадцатилетней давности. Зачем они потребовались зельеварке? И только тогда до меня дошло: я взял не тот каталог. Всё началось с того, что донья Роза заставила меня переставить злосчастный ящик. А я был так огорчён и растерян, что не глянул, что там было. В итоге теперь не только не знал, где тот стоит, но и не имел возможности найти по названию. Я разочаровано качнул карточки и хотел вернуть на место, но глаз зацепился за знакомое имя. Кристобаль де ла Дино. Выпускная работа.

Я сел.

Звезда нашего факультета, эталон и идеал, защитил диплом на «гребень». Не «око» и даже не «крыло» – на жалкий «гребень»! И он будет читать нам нотации! Ха!

Но тема работы была неожиданной: «Качество контакта с сущностью дракона как основа эффективного манёвра». «Сущность дракона». Да, пожалуй, это было уместное наименование для той части, с которой мне довелось сегодня познакомиться. Я попросил работу навынос, но донья Роза отказала, сославшись на ценность рукописи. Как-никак декан! Страницы истории родной Академии за пределы библиотеки не выдаются. Особенно после мелких хулиганских выходок со стороны неустановленных лиц. На этих словах библиотекарша так укоризненно на меня посмотрела, что я понял: если бы не её отлучка, мне бы это хулиганство аукнулось. Можно почитать и в зале. Но сегодня на зал у меня уже сил не было. Пообещал подойти на следующий день – заодно и с Бьянкой увижусь. Очень удобно.

Я шёл к себе, размышляя, стоит ли рассказывать приятелям историю из библиотеки. То, что я работаю в архиве, в учебной группе я не афишировал, но проследить – не большая проблема. А вот о том, что сижу я там с Выскочкой Бьянкой, было сказано только в нашей компании. Конечно, из этого не следовало, что покушение устроил кто-то из них. Но этот кто-то мог проговориться. Я же не просил сохранять секретность. А если это всё же кто-то из своих, тем более глупо рисковать.

Стоило подумать о друзьях, как на дорожку, по которой я двигался, вышел Валентино. Он брёл ссутулясь, глядя в землю, а в руке сжимал три тёмно-красные розы.

– Тебя тоже просватали? – задал я вопрос.

Тино вздрогнул и быстро спрятал букет за спину. Потом сообразил, что прятать поздно, и опустил руку.

– Нет.

– Везёт тебе. Можешь гулять с кем хочешь.

Приятель криво усмехнулся:

– Ну так-то да.

– В девицу из высоких родов влюбился? – предположил я по поведению Валентино.

– Диего, тебе что, поболтать захотелось, а не с кем? – неожиданно зло ответил приятель.

– Почему?! – Такая реакция со стороны в норме спокойного дракона озадачивала.

– Потому что обычно тебя вообще не волнует, кто, куда, зачем и с чем идёт.

– А. Ну сегодня праздник такой. День борьбы с эгоизмом.

– Правда, что ли? – удивился Тино.

– Нет. Но я всё равно стараюсь. Делаю добрые дела. За сегодня уже три.

– А за неделю?

– За неделю тоже три.

– То есть всего шесть?

– Нет, Тин. Всего три.

– Ну ты силён! Профессиональный добродел!

– Сам в шоке! Ну ладно. Не буду мешать. Желаю весело зажечь!

– Иди в небо! – насмешливо пожелал мне Валентино.

Я вышла из библиотеки в полуживом состоянии – и физически, и морально. В общем-то планировалось, что это я буду развешивать воздаяние. А не мне. И уж тем более я не ожидала такого стремительного развития событий. Кто мог узнать о моём происхождении? Подсказкой могла служить дата рождения. О ней, кроме моих приятелей, знала только банда де ла Ньетто. Вообще всё сходилось на нём самом. Он знал о дне рождения, о том, что я работаю в архиве, у него татуировка из маминых рисунков…

Но зачем ему потребовалось меня спасать?

Испугался в последний момент?

И это его поведение: «Я так хорош, что даже птицы падают замертво при виде моей неземной красоты. Не понял, почему ты всё ещё на ногах?»… Оно тоже не вязалось с амплуа злостного отравителя. В нём вообще не чувствовалось злобы. Избалованность сверх всякой меры – да. Зацикленность на себе как центре мироздания. Однако при этом он не казался злым.

А может, мне просто не хотелось в это верить.

Точно я знала только одно: если бы не Диего де ла Ньетто, меня бы уже не было.