Чтение онлайн

Елена отнеслась к просмотру снимков ответственно. Она вглядывалась в лица, вчитывалась в «подвиги» изуверов и клялась себе, что ни Варька, ни Маруська ни за что не попадут в лапы этих нелюдей.

Она листала фотографии, и вдруг внутри все полыхнуло! Как кипятком ошпарили. С фотографии на нее смотрела… Вера! И имя было ее… Соседка! Подруга! Та, которая так умело перевязывала лапы псам, которая варила на всю собачью ораву кашу на костре, та…

– Не может быть… – пролепетала Елена. – Такого просто… просто не может быть! Вера не может!

В первую минуту ей захотелось немедленно бежать к соседке и показать статью. Но это только в первую. А уже во вторую Елена подумала – это же какой удар будет для человека, когда тут такое пишут! А «писатели» в выражениях не стеснялись. Они обвиняли Веру и в том, что у себя она морит собак голодом, и что терзает их и наслаждается их мучениями, и… и приводили убийственный пример, как якобы Вера сожгла щенка… и фотография прилагалась – обожженные до голого мяса лапы, тело, голова…

Елена оцепенела. К ней на колени уже давно забралась Маруська и теперь старательно пыталась влезть на клавиатуру. А Варька методично дергала волосы из Лениной прически. Давно уже пора было рыкнуть на распоясавшихся любимцев и напомнить о правилах поведения. Но Лена ничего не видела.

– Щенок… Погоди-ка… Так это же… это же Арина! – воскликнула Лена.

Она не видела, какой попала к Вере эта веселая собака со шрамами по всему телу, она только видела, что сейчас эта собачья дама весьма упитанна, здорова, весела и беззаботна. А еще вспомнилось, как Вера рассказывала про собак, которых жгли в сарае… и что она никому не отдаст Арину… и не отдала… Однако ж в группах было написано, что собака погибла…

Да там еще много чего было написано, а вот доказательств не было. Приводились только ссылки на статьи Веры. Лена запоем прочитала их все. И никаких доказательств не усмотрела. Ну да, вот здесь Вера пишет, что негоже прикармливать собак… Ну и Лена тоже так считает. Бабушки кормят собачек возле подъездов, собаки собираются в стаи и начинают охранять эту территорию от всех на свете – от собак, от взрослых людей, от детей. А потом что? Потом отлов, кому же это понравится? А вот обвинители были с этим не согласны. Или вот еще, Вера пишет, что существуют некие бабушки, которые сгребают в свои квартиры толпы несчастных животных, а обеспечить им проживание не могут. Ну, хотя бы потому, что прокормить тридцать-сорок собак или кошек на пенсию просто невозможно! И выгуливать ежедневно – тоже за гранью реальности. Да и соседей надо бы пощадить. Но бабульки упорно волокут в дом четвероногих, убеждая себя, что они и есть главные спасатели. А на деле получается, что животины сидят голодные, не видят света белого, содержатся как в настоящей тюрьме. И кто от этого счастлив? Ну всем же понятно – никто! Во всяком случае, не собачки-кошечки! Каждая статья Веры была написана грамотно, остроумным языком и с множеством серьезных подтверждений. А какие умозаключения! Выводы! Лена с каждым словом в статье была полностью согласна. А вот другие – нет… Странно… может, она чего-то не понимает?

Больше томиться догадками Лена не могла, вышла на крыльцо и закричала, что было духу:

– Ве-е-ера-а-а! Ве-е-ер!!

У соседки залаяли собаки и почти в ту же минуту Вера откликнулась.

– Что-то случилось?! Лен, что стряслось?!

– Беги скорее ко мне, у меня… горе у меня! – не слишком стала распространяться Елена.

Вера выскочила, даже не накинув теплую куртку.

– Не понимаю… разве такой человек может быть живодером? – качала головой Елена. – Нет… надо точно в суд подавать.

Когда Вера узнала, в чем дело, только невесело усмехнулась.

– Да ты не принимай близко к сердцу, лучше чаю налей, – отмахнулась она. – Арина уже привыкла каждый месяц «погибать в муках», она вот только не согласна, что ее уже столько времени щенком называют. Сама себя она уже давно считает барышней на выданье… Марусь, куда тебе печенье? Ты уже скоро в двери не войдешь.

Маруська была не толстой и, видимо, очень стремилась таковой стать. Потому что уже сидела перед Верой и молящим взглядом выпрашивала печенье, которое Лена выставила на стол.

– Погоди, Вер… – таращила на подругу глаза Лена. – Но… Это ж такая страшная клевета! Вот… вот, если б я тебя не знала, не видела, я бы… я бы поверила. Правда! Честно говоря, я и так-то… задумалась… Но только на секундочку! Только на секундочку! Они чего там, все с ума посходили?

– Не все. Но есть пара-тройка неадекватных, – вздохнула Вера и сказала просто: – Понимаешь, когда ты что-то делаешь, у тебя непременно будут и сторонники и противники. А я в статьях не сказки для детей пишу, это нравится далеко не всем. Поэтому понятно, что любят меня не все. А если с каждым разбираться, что-то доказывать, жизни не хватит. Так что… А чего, у тебя варенья нет?

Лена не могла сдержать восхищения подругой. Она прижала руку к груди и заворожено промолвила:

– Вера… ты… ты герой! Я вот… я вот каждому твоему слову внимаю. Каждому! Варенья нет.

– Внимаешь? Да? – искренно удивилась соседка. – Тогда скажи, отчего у тебя в доме так холодно?

– Не влезай в мою личную жизнь, – швыркнула носом Лена. – Я топлю печь утром! Потому что меня все равно будят в шесть утра. Вот Варька не будила, а Маруська будит! Я ее вывожу на утренний променад, а она… она тоже выходит, присядет на минуточку и стоит со мной на крылечке. Чего-то ждет. Я-то понятно, чего ожидаю, чтобы она сделала все свои дела и я смело могла затопить печь и рухнуть досыпать. А вот она чего ожидает? Марусь, признавайся. Чего ждешь?

Маруська понимала, что ее спрашивают, правда, не соображала – о чем. Но все равно хитрая собаченция прилежно нахмурила брови и приняла сосредоточенный вид… не забывая следить за продвижениями печенья из рук соседки в ее же рот.

– Лен, ну как же она быстро научилась попрошайничать! А может, и раньше научилась, дома, а теперь вспомнила… – задумчиво размышляла Вера.

– Ну, не я же ее учу! Дома, конечно!

– Кстати, про ее дом… – Вера замялась.

– Что? – почувствовала недоброе Лена. – Что – про дом?

Вера поморщилась даже – так ей не хотелось сейчас говорить.

– Звонили девочки… волонтеры… – наконец промолвила подруга. – Похоже, что нашлись хозяева нашей Дельсидоры Марусель…

– Как? – не могла поверить Лена.

Чай горьким комом застрял в горле.

Маруська, не дождавшись угощения от хозяйки и ее гостьи, принялась жевать косичку из веревочки, которую Лена ей сплела. У нее было столько игрушек, а играла она только с косичкой. Вот и сейчас – зажала между лапами и задумчиво жевала. А рядом топталась Варька и вытягивала из веревочки нитки. И все заняты серьезным делом, без скачек, без бешенного бега… и никто хвост не поджимает, все дома. Какой еще хозяин нашелся?

– А почему его так долго не могли отыскать? – выдавила Лена. – Что это за хозяин такой? Ты же сама говорила, собака бегала где-то, потом у тебя была, теперь у меня уже вон сколько… а он только заметил, что собаки нет?

Вера отставила чашку с чаем и с горечью посмотрела на Маруську.

– Лен… там такая ситуация… Одной бабушке сын подарил щенка. Подобрал где-то, жена домой на порог не пустила, вот и притащил матери. Та в ней души не чаяла, но когда умерла, собачку «добрые» родственники подальше в лес отвезли, чтобы перед глазами не маячила… В общем, как мы и думали…

– Ну вот! А мы им снова Маруську, да?! – вскочила Лена со стула. – На-а-ате вам собачку! Это не вы ее привязали? А мы нашли!

– Мы не им, а сыну… – продолжала Вера. – Сын был за границей. Ему только на неделю по контракту разрешили домой вырваться, на похороны. Понятное дело, не до собаки было. Но он просил жену, чтобы она поискала, узнала, куда собака делась.

– А той, понятное дело, на фиг не нужно, да? – снова вскипела Елена. – И зачем мы этой колоде собаку будем возвращать?