Другие
Шрифт:
— Скажи мне, Кодоку… — спокойно начала она, когда Кодоку сел рядом с ней и дал ей мешочек с конфетами. — А из-за чего они на этот раз подрались?
— Ну-у… — Кодоку почесал затылок. — Э… чего?
"Я ему удивляюсь!" мелькнуло в голове Кити.
— Что Мито и Даке на этот раз не поделили?
— А-а… Даке пролил на Мито горячий чай. Кипяток, прямо. Вот и началось.
— Понятно. А там часом… Лидер не участвовал? Или… Изумо?
— Ну… принимали небольшое участие… — голос Кодоку постепенно терял уверенность.
— А как там тарелки? И кружки? А то… я же раньше посуду мыла… раскокали, может, чего-нибудь?
— К-Кити с-сэмпай… что за вопросы? Почему вы так волнуетесь о посуде?
— Ну-у… не знаю. Почему-то интересно стало. А о двери моей речи не заходило? А то… интересно знать, кто это меня так любит?
— Как? — Глаза Кодоку постепенно полезли на лоб.
— А вот так. Имя мое кто-то перечеркнул… И до меня там кто-то жил… не знаешь, кто?
— Сэмпай…
— И вообще… кто такой Хаюки?
Кодоку напряженно замер. По его лбу покатились крупные прозрачные капельки. "Только не это! Неужели она все слышала? Главное, не проговориться…" подумал он. Кити спокойно сидит и ждет ответа.
— Что ты молчишь, как партизан? Я же не спрашиваю тебя, какими способами можно тебя убить. Я просто спросила, кто такой Хаюки.
— С-сэмпай… с чего вы взяли, что я должен это знать? — Кодоку попытался беззаботно улыбнуться, но Кити на это не попадалась.
— Ну как же… А ты разве про него не слышал? От Лидера… От Мито?
Кодоку, глупо улыбаясь, вскочил.
— Сэмпай!.. мне в туалет надо! Я пошел… — Он шагом направился к люку.
— Ку-уда?! — Кити схватила его за шиворот, повалила на землю и склонилась над его лицом. — Давай, рассказывай! Все, что о нем слышал и знаешь!
Щеки Кодоку порозовели.
— Или? — пролепетал он.
— Тебе нужно "или"? Будет тебе "или". Я буду так сидеть и смотреть тебе в лицо, пока не расскажешь мне все.
Кодоку огромными глазами смотрел в лицо Кити. Он даже чувствовал ее дыхание на своем лице. Оно было спокойным. А он наоборот дышал тяжело, будто только что пробежал три с половиной километра. Он краснел все больше и больше. А Кити продолжала так сидеть.
— Расскажи. — Настаивала она.
— С-сэмпай, я не могу… — Кодоку попытался отвести взгляд в сторону.
— Нет, можешь. Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!
Кодоку хихикнул.
— Н-но сэмпай… это же… как бы… не очень красиво смотрится…
— Да мне без разницы, как это смотрится. Говори.
— Что говорить?
Кити фыркнула, как лошадь.
— Черт побери! О Хаюки! Все, что только слышал, знаешь и думаешь!
Кодоку показалось, что его сердце то сжимается в маленький-маленький комочек, то разжимается и становится огромным, как планета. Казалось, будто все тело сдавливало, как на большой глубине. В голове летал какой-то теплый комочек.
— Кити-сэмпай!.. — взмолился Кодоку. — Я не могу! Лидер запретил.
— А кто тебе ближе, я или Лидер?
Кодоку покраснел, как помидор.
— Вы, сэмпай.
— То-то. Говори, давай. А то обижусь.
Кодоку тяжко вздохнул.
— Что ж тут поделаешь. Ладно. Но если я с вами больше никогда не увижусь, то знайте, что меня придушил Лидер. Хаюки — бывший напарник Мито. Он был эльф и лучший стрелок. Единственное дело… он любил не девушек, а… ну… парней. Работал он с Мито. В организации его не очень любили. В хороших отношениях он был только с напарником и с Лидером. Но по слухам и разговорам Лидера, он больше всех любил Томохару.
Кити недоуменно поморгала.
— Томохару? А он уже был в организации?
— Был. Но он очень боялся Хаюки и его любви. Даже слишком. И как-то раз Томохару заболел чумой. Врачи сказали, что это чума, так как она как раз бродила в стране Ветра в это время. Это была вторая эпидемия "Черной смерти". Но почему-то Томохару не умер сразу. Врачи сказали, что он продержится еще дня три. И Хаюки, узнав об этом, сбежал. Через два дня он вернулся. Оказывается, он ходил далеко в горы за таким средством, как мифический Золотой гриб. И принес его. Потом, когда он вернулся, у него тоже обнаружили красные пятна на шее. Но он не стал лечиться, а пошел в комнату к Томохару. И, как сказал Лидер, он там и умер, отдав гриб нашему кукольнику.
— Хм… — задумчиво протянула Кити. — Красивая история. А как он связан с углем?
— Лидер мне говорил, что Хаюки любил рисовать углем.
— Ммм… понятно. Ну, спасибо за информацию. Так и быть, отпускаю. — Кити слезла с Кодоку. — Обещание есть обещание. Хотя, мне очень даже понравилось на тебе сидеть.
— Да? — Кодоку снова покраснел. Он поднялся и отвернулся, чтобы Кити не видела его счастливой улыбки. — Ладно, я… пойду.
— Ну, иди.
Кодоку исчез. Кити поскребла за ухом.
— Что-то он странно себя ведет. Раньше он, что бы только не сделал, чтобы я за ним погонялась, а теперь он краснеет, стоит мне к нему пододвинуться чуть ближе, чем на полметра. Не понимаю, что стряслось?
Она решила вечером пробраться к себе в комнату. Так, чтобы никто не заметил. Вечер наступил быстро. Кити подошла к краю крыши с той стороны, где было окно ее комнаты. "Давно пора бы" подумала она и спрыгнула.
Перевернувшись в воздухе, она хвостом зацепилась за подоконник. Она поднялась, чтобы быть на уровне окна…
"Черт! И какой придурок его запер на оба замка?" подумала она, подставив правую руку к щели между ставнями с чисто вымытыми стеклами. Из щели с обратной стороны высунулась белоснежная нить. Она открыла сначала верхний, потом нижний замок. Второй рукой Кити открыла окно и забралась внутрь.
Она с наслаждением вдохнула воздух.
"Ммм, прекрасная комната! Я бы в жизни не поверила, что в ней до меня жил эльфийский лучник с небольшими отклонениями!" подумала она. Кити закрыла окно и подошла к кровати. "Как давно я на ней не лежала!"
Она легла на теплое пуховое одеяло (Лидер купил одеяла, а Даке, пока Кити не было, успел его постелить) и подняла глаза на потолок. Почему-то ей показалось, что она никогда не испытывала такого чувства. Это было чувство свободы. Никуда не надо, ничего не делай, никуда не иди… Такое бывает редко. Если бы Кити знала, что будет впереди, она бы в жизни не расслабилась.
До самой полуночи она лежала и наслаждалась этим чувством. Дикий спокойно спал. Спал.
— Дикий… — обеспокоено мысленно сказала Кити.