Другие
Шрифт:
— Даже так? А это не демон?
— Нет. Это нечто сильнее. Нет, не в том смысле. Если попасть в пределы этого чувства, то я могу улавливать давление немыслимой силы. То же самое творится и с ним. Он чувствует это, это сжимает его мысли, его сердце, как щипцы.
— И что же это?
— А вот это я не знаю. Мы, демоны, таких чувств не испытываем. Попробуй сама посмотреть.
— Как?
— Как, как. Как ты ауры смотришь? Вот так и посмотри. И ты увидишь это чувство.
В купе вошел Кодоку. Он задвинул дверцу и сел на скамейку напротив. Кити закрыла рукой правый глаз, всмотрелась левым глазом в напарника и напряглась.
— Не достаточно! Собери на нем все свое внимание! Сконцентрируйся! — сказал Дикий.
Кити собрала все свое внимание в комок и направила его на Кодоку.
БАБАХ!
Этот звук она специально устраивает себе в мыслях, когда ей удается начинать видеть ауры. Ауры она видит только левым глазом.
"Боже, какая огромная! Я такой ауры в жизни не встречала! — тут она присмотрелась. — А это еще что?"
В ее глазах (просто не удобно тут сказать "в глазу") Кодоку находился в огромной сфере. Она была прозрачная, но заметная, будто стеклянная или водяная. Но в самой ауре, даже выходя за ее границы, что-то витало. Это было похоже на огромную морскую медузу с большими жалящими щупальцами. Она была какого-то бардового цвета, и сразу ощущалось давление в ауре Кодоку.
Кити закрыла левый глаз рукой и начала тереть. "Ужас какой! Я же ослепну!" подумала она.
— Что такое? — спросил Кодоку.
— Да так… в глаз соринка попала! — соврала Кити.
Кодоку подозрительно посмотрел в окно. "М-да, актер из меня, как из крокодила балерина" подумала Кити.
— Сэмпай, вы, наверное, устали… — сказал Кодоку.
— Ну… — Кити сказала это "Ну", вроде "вам надо еще подумать и высказать точную теорию".
— Ваша полка верхняя. Прямо над вами. — Кодоку показал на верхнюю полку.
— А они надежные? — Кити недоверчиво посмотрела наверх.
— Надежные.
— И как туда забраться?
— Вон по тем двум ступенькам. — Кодоку указал на две ступеньки, идущие по столбу к верхней полке.
Кити не глупа, она быстро сообразила, как надо забираться и через несколько секунд она уже лежала на той полке. Свои вещи она положила на третью полку. Сразу было видно, что третья полка не предназначена для того, чтобы на ней лежали. Она висела очень низко над второй, так что подняться там было нельзя. Можно было сесть, и то, согнувшись в три погибели.
Кити долго о чем-то думала и уснула. Во сне ей вдруг приснилась ее первая встреча с принцем страны Травы, то есть, с Таюми. Кити посчитала этот сон ужаснейшим кошмаром за всю ее коротенькую жизнь. Она постоянно вертелась во сне и махала перед собой руками.
— Сэмпай. — Послышался шепот у ее уха.
Кити только что-то простонала и вытянула руку.
— Сэмпа-ай.
Ответа не последовало.
— Сэмпай. — Что-то холодное проскользнуло по шее Кити.
— А! Что? — Кити вскочила и ударилась головой о третью полку. — А-а, понятно.
Она с какой-то пьяной улыбкой снова грохнулась на подушку. Кодоку ударился головой о ее полку и решил придумать новый способ ее разбудить. "И это мой сэмпай. Удариться головой об потолок… она может все на свете, я это знаю" подумал он, взяв со стола кружку холодной воды.
— Начинаем водные процедуры. — Сказал он и вылил на лицо Кити все содержимое.
— А! Ты что, обалдел, что ли? — Кити вскочила, но на этот раз она только коснулась головой третьей полки.
— Тише! Что вы кричите, кругом люди сидят! — шепотом сказал Кодоку.
— Что случилось-то?
— Мы уже почти приехали. Всего полчаса осталось.
— Мамочки, сколько ж я проспала? — Кити сняла сверху сумку и спустилась на нижнюю полку.
Эти 30 минут длились для Кити целую вечность. Поезд остановился. Кити и Кодоку вышли на остановке и пошли по направлению к выходу с вокзала.
— Ну, сэмпай, какие планы? — спросил Кодоку.
— Нам с тобой надо где-то остановиться. Пошли искать гостиницу или отель.
Кити и Кодоку отправились по широкой длинной улице. В конце нее виднелся огромный замок. Он был очень красив, на башнях и на стенах висело множество гирлянд и фонариков. В ночи этот замок был намного прекраснее, чем когда-то днем, когда Кити приходила туда с Окихимо. Кити с удовольствием признавала эту красоту, но ей, ох, как не хотелось снова там оказаться.
Напарники просмотрели всю улицу вплоть до ворот замка, но никакой гостиницы. На воротах тоже стояли стражи, как и на входе в замок. Тут Кодоку вдруг приспичило заговорить:
— Кити-сэмпай, такое ощущение, будто вы уже здесь были.
— Да с чего ты взял? — Кити вдруг презрительно сощурилась. — Мне здесь нечего было делать до поры до времени.
— Стой, кто идет? — Стражники преградили алебардами ворота.
— Хм, что-то мне это знакомо… — Кити задумчиво обхватила пальцами подбородок. — Господин Джонни, вы ли это?
— Откуда ты меня знаешь? — один из стражников всмотрелся в лицо Кити.
— Ну, не знаю. Мой учитель вас знал.
— Учитель? Он тебе рассказывал?
— Нет, я с ним сюда ходила. — Спокойно с улыбкой сказала Кити.
— Э!.. сэмпай!.. — Кодоку с возмущенным видом уставился на Кити. — Но вы же сказали…
— Забудь то, что я сказала. — Приказала Кити.
— Хм… — стражник задумался. Тут, видимо, его осенило. Казалось, что он засиял еще сильнее замка. — Твоим учителем был Окихимо?
— Да-да. Я рада, что вы вспомнили.
— Тогда ты… та самая девочка? — с изумлением спросил стражник.
— Угу. — Кити кивнула.
— А что ты тут делаешь?
— Да так… зимовать приехала. Холодно у нас стало. Сейчас вот с напарником гостиницы ищем.
— Зачем же искать-то? Я уверен, наш император обязательно найдет для вас комнаты в своем замке. Он же тебя вспомнит!
— Этого мне только не хватало. — Кити устало сощурилась. Но стражник ее не слышал.
— Эй, Лу! — Он обратился к одному из стражников, стоящих на входе в замок. — Скажи императору, что наша давняя гостья, ученица Окихимо, вернулась!
— Слушаюсь! — Тощий парень в тонких доспехах дернулся, и собирался побежать в замок, но вдруг он споткнулся об собственную ногу и упал. Тут он снова поднялся и вбежал внутрь. Послышался жуткий шум и грохот.
— Новенький. — Охранник улыбнулся. — Еще не привык к доспехам.
— Да… — Кити растерянно посмотрела ему вслед. — Я уж вижу. Я, наверное, пойду.
— Подожди-подожди. — Охранник, чуть ли не руками ее остановил. — Как Окихимо-то поживает?
— Ой, не знаю. Я его месяца два не видела.