Чтение онлайн

– А что бы ты хотел сделать? В эту самую минуту?

Негромко выдохнув, Майк поднял руку и, коснувшись моей щеки самыми кончиками пальцев, от чего внутри у меня всё просто затрепетало, он также тихо признался:

– Поцеловать тебя. Мне кажется, я не смогу нормально дышать, если не сделаю это прямо сейчас.

Усмехнувшись, подпитываемая неизвестно откуда взявшейся дерзостью, я чуть приподняла бровь:

– Так в чем проблема? Вот она я, стою перед тобой, не собираюсь ни убегать, ни кусаться.

Хмыкнув, Майк заметил:

– К слову, об укусах. У меня тут плечо словно кто-то сожрать пытался. Ты случайно, не знаешь, кто это такой голодный был?

– Ох, да заткнись ты уже! – выдохнула я, приподнимаясь на цыпочки и первой накрывая губы парня своими.

К его чести, Кинг хоть в этот раз меня послушался. Обхватив мою талию своими поистине огромными руками с длинными пальцами, он притянул меня к себе еще ближе. На вкус Майк был привычно-пряным, но чуть горьким – понятное дело, кое-кто явно пренебрег утренними гигиеническими процедурами. Но, честно говоря, было плевать, до тех пор, пока он продолжал прижимать меня к себе, целуя с таким чувством, что у меня подкашивались ноги, а в животе поднималась уже знакомая истома – та самая, что мучала меня всю прошлую ночь.

Почувствовав, как легкие горят от нехватки кислорода, я с неохотой оторвалась от чуть припухших губ, но отодвинуться мне не дал сам Майк, продолжая прижимать меня к себе. Его взгляд был шальным, а из-за огромного зрачка радужка почти пропала – совсем как вчера. Вспомнив всё, что последовало после такого его взгляда – голодного, ищущего чего-то – я сглотнула и улыбнулась.

– Как по мне – так мы отлично справляемся. Для тех, у кого это всё – впервые.

– Согласен, - отозвался Кинг странно охрипшим голосом, - Но, если ты сейчас не отойдешь от меня на приличное расстояние – я снова за себя не ручаюсь.

– Эм…вообще-то это ты меня держишь, - заметила я, кидая многозначительный взгляд на руки парня.

– Оу…точно. Какая досада, - усмехнулся Майк, по-прежнему не разжимая объятий.

Пришлось ему помочь. Потому что, насколько милым и романтичным всё это ни было, нам действительно стоило вернуться в реальность. Ту, в которой были такие вещи, как университет, учеба, обязанности. И раскаленная сковорода, на которой уже вовсю скворчало масло.

Поэтому, осторожно выбравшись из столь уютных объятий, я вернулась к плите, позволив Кингу самому решить вопрос с напитками. Тот, к его чести, не стал тушеваться и, плюнув на чувство неловкости, принялся копошиться во всех ящиках. Я не мешала ему, позволяя самому изучать их содержимое и запоминать, где и что лежит. Было в этом что-то – в том, что я позволяла ему всё глубже проникать в мое личное пространство, изучать место, в котором я живу, и вносить хаос в привычный уклад жизни.

– Опачки, а это у нас что тут такое лежит?

С этими словами Майк явил миру стеклянную емкость, в которой я спустя секунду узнала его подарок мне на Рождество. Банку с зефирками я уже давно спрятала, решив слопать их в какой-нибудь особенно тоскливый день. на времена депрессии, в общем. Да так и забыла про сладости. Ну, с другой стороны, у меня в последние дни и не было причин для уныния. Так что можно смело утверждать, что зефир всё еще ждет своего часа.

Однако, Майк, видимо, так не считал. Повертев ёмкость в руках, он повернулся ко мне с выражением праведного возмущения на лице.

– Ты что, их даже не пробовала еще?!

Я только пожала плечами, выкладывала картофельно-яичную массу на сковороду и формируя небольшие оладушки:

– Просто как-то руки не доходили. Я не дикий фанат сладкого, уж прости.

– Ну, тогда мне ясно, почему ты его не носишь. А то я уж подумал, что тебе не понравилось.

– Не понравилось что? – повернулась я к Майку, чуть приподнимая бровь.

– То, что я тебе подарил. Точнее, вторая часть подарка, - пояснил парень.

Точнее, он думал, что пояснил. Я же совершенно ничего не понимала, и могла разве что ресницами хлопать, глядя на ухмыляющегося парня.

– Вторая часть? – переспросила я, чувствуя себя почему-то весьма глупо.

– Ты что, правда решила, что я подарил тебе всего лишь банку сладостей? – Кинг выглядел несколько оскорбленным, - После того, как Крис задарил тебя шмотками, а наши родители презентовали тебе новый компьютер? Такого ты обо мне мнения?

– Честно говоря, я вообще ничего ни от кого не ждала, - призналась я, вновь дергая плечами, - По сути, я ведь вам никто, чтобы вы так напрягались. А ты – тем более.

– Это не так, - покачал головой Майкл.

Сделав шаг ко мне и поставив на стол жалобно звякнувшую банку, тот опустил руки мне на плечи и несильно, но ощутимо их сжал. От его ладоней по коже заструился жар, несмотря на то что он касался меня через ткань футболки. Но всё равно – каждое движение, прикосновение, ощущалось настолько ярко и остро, что мне вдруг стало страшно. Что за дверцу моей души мы открыли вчера, раз меня просто захлестывает от эмоций? А что, если я не справлюсь с этим потоком, и он снесет меня? Что тогда от меня останется?

Мои панические размышления прервал голос Майка – негромкий, но преисполненный уверенности.

– Ты – далеко не никто, Кристина. Ни для моей семьи, ни тем более – для меня. Я говорил об этом вчера, скажу завтра, послезавтра и вообще – в любой день, когда это будет нужно и нет. Для меня ты – не просто девушка, и никогда такой не была.

– И кто же я тогда для тебя?

Переместив ладони чуть повыше, Майк обхватил ими мое лицо, вынуждая поднять на него глаза. И от того, насколько близко были наши лица, у меня перехватило дыхание. Я могла разглядеть каждую ресничку Кинга, каждый цветовой всполох в его глазах. И только сейчас увидела, что его радужка не изумрудно зеленая – в ней вспыхивают редкие золотые крапинки, заставляя зелень играть совершенно другими красками – яркими, завораживающими, подчиняющими волю.

Коснувшись своим лбом моего, Майк негромко выдохнул и произнес настолько тихо, что его голос можно было легко спутать с дуновением ветра:

– Ты - моя ведьма.

Это нельзя было считать признанием в любви или еще чем-то подобным. Но для меня эти слова стали именно тем, что я так жаждала услышать. Признание того, что я - именно я, а не кто-то другой – принадлежу этому человеку, целиком и полностью. Это не уменьшало моего страха перед будущим, но в то же время давало некую уверенность, что я смогу выстоять. Пока есть Майк, его плечо, на которое я могу опереться – я выдержу.

Поэтому, скользнув чуть подрагивающими ладонями по его обнаженным плечам, я обняла его, утыкаясь носом в небольшую ямку между его плечом и шеей, вдыхая такой уже привычный и знакомый запах, и буквально растворяясь в объятиях Кинга. Мне казалось, что я могу простоять так вечность, и ничто не заставит меня сдвинуться с места.

Кроме запаха гари, который заполз мне в ноздри, перебивая аромат корицы и заставив меня недовольно поморщиться. А после – отшатнуться от Майка и с криком:

– Мои драники! – броситься к сковороде в надежде спасти завтрак.