Другой мир
Шрифт:
И тут, как ответ на его слова, к нему подбежал мальчишка лет шести и гордо протянул тысячную купюру.
– Дяденька президент, посмотрите, хорошо у меня получилось? – звонко прокричал он.
Сеня растерянно уставился на протянутые деньги. Купюра была, как купюра, самая обычная, именно такая, какую он ввел в обращение.
И тут на его глазах мальчик взял купюру в руки и разделил на две! Совершенно идентичные банкноты! Не поверив глазам, Семен взял деньги в руки. Да, банкноты были совершенно одинаковыми!
Мальчишка гордо поднял голову и спросил:
– Я молодец? Теперь я могу сдавать экзамен на азы синтеза?
Сеня дрожащими руками отдал купюры обратно… Кивнув пацаненку, в полубреду он пошел к себе…
Уже который день его мучила горячка. Поочередно около его постели менялись сиделки, всходило и заходило солнце, а он продолжал бредить и метаться по кровати.
– Все гораздо сложнее… – прошептала жеманная блондинка Бабка Манька. – Не тело у него болит… Тело бы я за две минуты вылечила… Другой это процесс… Не смею я в него вмешиваться…
– И все-таки. Может, попробовать хотя бы облегчить страдания? – не унималась Алиа.
– А ты уверена, что он того хочет? – сощурив синие глазищи, ответила красотка. – Его болезнь – это продукт мысли. Она ему необходима…
– Да, оно верно… – вздохнула Алиа и посмотрела на подошедшего Азимута.
– Сильно его тряхануло, – произнес рыжий великан. – А вы хотели его с самого начала огорошить. Да он бы не выжил!
– А сколько времени на этого недотепу потратили! – резко бросила блондинка. – Заседания, совещания, приказы, указы… Ох! Думала, не выдержу…
– Кажется, он что-то прошептал! – склонившись над больным, выдохнула Алиандра. – Похоже, ему лучше…
– Я бы не надеялась… – заявила неожиданно появившаяся в дверях Вельда.
Семен шел к лесу. Сейчас его тяготили посторонние взгляды. Ему хотелось побыть одному. К этому водопаду он пришел в который уже раз и точно знал, что приходя снова и снова, найдет здесь, как всегда, утешение и понимание. Теперь его смущали внимательные взгляды жителей деревеньки, смущало, что они старательно пытались ему дать понять, что он для них желанный гость. Он-то знал, что он – бесполезное и бессмысленное пятно в их повседневной отлаженной жизни.
Теперь он понимал, каким глупцом был. Понимал остро и глубоко. И это ранило.
Сеня наклонился и зачерпнул пригоршню воды. Маленький водопад, как всегда, приветливо шумел. Вода оказалась нежной и утоляющей. Сеня открыл это ее свойство совсем недавно, и каждый раз дивился, насколько может быть разным вкус у одного и того же источника. Эта вода всегда умела угадывать его настроение и давать самое необходимое.
Вдоль по руслу раздался заливистый девичий смех.
Молодой человек напрягся от неожиданности. Еще ни разу никого он не встречал в этом потаенном уголке.
Смех повторился.
Не желая быть замеченным, Семен стал осторожно пробираться на звук. В последнее время он вообще предпочитал ни с кем не общаться. Дело дошло до того, что молодой человек начал сторониться и самого Азимута, самого первого с кем он познакомился в деревеньке и, пожалуй, самого добродушного и готового всегда прийти на помощь.
И сейчас, в обед, когда у большинства населения работа кипела, смех удивил его еще больше.
– Не могу поверить, что он до сих пор одинок. Он такой хорошенький! – донеслось с реки.
– Брось, Марго! – раздался второй голос девушки. – Я не верю всем этим придумкам. Любой другой давно бы побежал на шабаш! Значит, у него есть тайное…
– Как у Всеволда? Про которого ты думала, что он твой, а потом…
– Хватит! Умолкни и не вспоминай! – резко ответил голос второй девушки. – Ничего не знаешь!
– А что тут знать?! – расхохоталась та, которую, по всей видимости, звали Марго. – Променял он тебя, Ксанка! А ты его еще и защищаешь!
– Умолкни! Увидишь, не права! – взвыла Ксанка.
Сеня припал к земле от порыва налетевшего ветра. Теперь он почти привык, что от ведьмы в гневе лучше держаться подальше. А то и молния может ударить, и град прямо на голову обрушиться.
У всех других от таких штучек была своя защита, только Семену всегда не везло. Так, как-то раз, он случайно оказался рядом с разбушевавшейся Вельдой и, не понял как, а уже сидел пятой точкой в луже грязи, а сверху на него сыпались дохлые мыши. Вельда потом долго извинялась и объясняла, что, мол… не для него, – заклятие рикошетом метнулось… Извинения Сеня принял с удовольствием, но дохлых мышей помнил еще очень долго.
Вот и сейчас молодой человек предусмотрительно пригнулся к земле и прикрыл (на всякий случай) голову руками.
Но ничего страшного не произошло. Вместо этого на опушке у реки послышался еще один, на этот раз мужской голос.
– Что, всё балуетесь, ведьмы?!
Голос был резким и властным. От его звука Сеня судорожно поморщился. Не хотел бы Семен иметь подобный голос в начальниках. Такие начальники сначала выпивают все соки, а потом, если что не так, выбрасывают в мусорку, словно выжатый апельсин.
– А ты всё хорошеешь, Ксанка! – продолжал голос. – Так скоро первой красавицей станешь!
После этих слов у реки повисло недолгое молчание. Его нарушил смех Марго.
– Как ты ей голову кружишь! Мало поиздевался? Опять за старое? Разнообразия хочется?! – бросила Марго.
– Да ты, никак, ревнуешь?! – ответил мужчина. – Уйди, Марго, не к тебе пришел.
В ответ послышалось ядовитое шипение. Сеня заметил, как мимо него по тропинке вихрем метнулась тень и исчезла за поворотом. Раздираемый любопытством, Сеня осторожно выглянул из своего укрытия.
На берегу, опустив ноги в воду, сидела полуобнаженная, совсем еще молоденькая девушка. Рядом с ней стоял статный юноша. До плеч его спадали пепельные кольца волос, а в глазах играла синяя сталь.
– Все еще сердишься на меня, Ксанка? – почти нежным голосом проговорил статный красавец.
Девушка горделиво тряхнула длинными каштановыми волосами и, поблескивая изумрудами глаз, ответила:
– За что же мне на тебя сердиться? Мне хорошо было. А ты, я смотрю, не рад, что убежал. Видно, не пригрели тебя там…