Чтение онлайн

— Лео-Лео попросил. У них каскадерша ногу сломала, и меня попросили ее подменить. Трюк в самом деле несложный, вот только… Погоди, Коля. Почему ты спрашиваешь?

— Я же просил не задавать никаких вопросов! — загремел Серов, вставая. — Я тебе обещаю, что в течение получаса ты все узнаешь и все поймешь! Так, значит, тебя попросили подменить каскадершу?

— Да.

— А как так вышло, что ты едва не погибла?

Я, торопясь, хотя меня никто не гнал, изложила все то, что произошло на съемках эпизода с мостом. Серов слушал очень внимательно, уткнув взгляд в пол, и наконец, когда я умолкла, отозвался:

— Значит, до съемок тормоза были в норме?

— Конечно, я их сама проверила.

— А после того, как ты их проверила, кто-нибудь подходил к машине?

Я напряглась:

— Кажется, нет… Хотя постой — да!

— Кто? Уж не Вышедкевич ли?

Я, едва пошевелила губами, ответила тихо:

— Вышедкевич.

— Так-так. Все совпадает. Да, совпадает.

А как все ловко сделано, не придерешься!

Снимают с двух камер, все происходящее как на ладони, ни о каком злом умысле не может быть и речи! Я уже представляю себе заголовки газет: «Супруга великого Эллера сорвалась в пропасть!», «Роковой овраг», «Несчастный случай на съемках»… Ну и так далее. Все, все просчитано, и только немногого не хватило, чтобы достичь желанной цели!

— Я не поняла… — деревянным голосом выговорила я. — Ты хочешь сказать, что это Вышедкевич испортил тормоза, чтобы я сорвалась? Но зачем ему это нужно? В конце концов, разве я не на их стороне играю?

— Конечно! Конечно, на их стороне. До поры до времени. А потом, по их плану, ты должна была приобрести почетный нейтралитет. Посмертно.

— Но… Да зачем, черт побери, Эллеру и Вышедкевичу меня убивать? — повысила голос я. — Если бы они этого хотели, то им достаточно было не приезжать за мной, когда я дожидалась их ночью при минус тридцати на ветру в чистом поле, полураздетая!

Я бы просто замерзла, и никаких проблем.

Но они приехали и практически с того света меня вытащили. — Сейчас я несколько сгущала краски, рассказывая о том случае, но делала это сознательно, желая активизировать ответную реакцию Серова.

Но она и без того оказалась достаточно яркой. Он подался вперед и заговорил:

— Почему? Да потому, что тогда было не ко времени, наверное! Им нужна была такая твоя смерть, в которой никто бы не обвинил Эллера. Понимаешь?

— Н-не понимаю, — растерянно сказала я. — К чему им вообще моя смерть? Зачем нужно было меня нанимать, чтобы потом красочно, на виду у всей съемочной группы и под несколькими камерами, убивать? Это у Леонарда Леонтьевича что, такой постановочный шик, что ли?

— Шик.., шок… — буркнул Серов. — Я вижу, ты мне не веришь.

— А почему я должна тебе верить?

— Согласен. Хорошо, начнем с самого начала. Эллер, конечно же, рассказывал тебе, почему он и Алина — со мной и Сергеем, конечно, — выехали из России?

— Да — ей угрожали и взорвали ее джип.

— Совершенно верно. Нашли остатки взрывного устройства, и экспертиза показала, что взрыватель активизируется при наборе автомобилем определенной скорости.

Алина любила гонять на больших скоростях. «Гостинец» предназначался явно ей, и только чудо ее спасло — то, что в машину села Ира Калинина, ее подруга. Кстати, тебе известно, что в ночь перед взрывом гараж, где стоял джип, посетил Вышедкевич? Так вот знай. Кстати, Сережа прекрасный минер, да и в машинах разбирается превосходно — одни испорченные буквально на глазах всей съемочной группы тормоза чего стоят. И вот этот спец посещает ночью гараж, где стоит джип, подаренный Алине Грицыным, — по сумрачному лицу Серова скользнула болезненная гримаса, — а на следующий день джип взлетает на воздух.

Понимаешь? Веселенькое совпадение, да?

— И ты полагаешь, что взрывное устройство установил не кто иной, как Вышедкевич?

— Совершенно верно! Было известно, что на следующий день Алина должна была ехать на съемки, а так как она любила выпендриться, то наверняка бы взяла джип.

— Но почему ты думаешь, что это Вышедкевич? — воскликнула я. — Почему?

Какие у тебя доказательства?

— Доказательств предостаточно, но приведу только самые явные. Так вот, за день до взрыва Алина ездила на джипе на больших скоростях, как всегда, и ничего не случилось. Я был с ней, так что знаю наверняка.

Во время поездок мы пару раз останавливались и выходили из джипа, но буквально на несколько минут. И такого короткого времени недостаточно, чтобы установить сложное взрывное устройство, уж я-то знаю. Тем более устанавливать его надо или изнутри салона, или открыв капот. На все про все требуется никак не менее четверти часа для умелого человека, и это при условии, что вокруг никого нет.

Весь следующий день джип стоял в гараже, и оттуда я его отогнал и передал Калининой. Но я не люблю лихачить и ехал не очень быстро, так что если устройство и было установлено, то оно не активизировалось. Во всей временной цепочке есть только один удобный и безопасный интервал для установки устройства — то время, пока джип стоял в гараже. Именно туда ходил ночью Вышедкевич — я случайно его встретил, но не окликнул, и он меня не видел.

Лишь потом, после взрыва, я связал между собой ночной поход Сергея и трагедию на трассе. Неужели до тебя не дошло до сих пор, взрывчатку мог установить только свой.

Тот, кто имел ключи от гаража и время на работу с взрывным устройством. Тот, кто знал, что Алина любит ездить быстро и что она поедет за город именно на этой машине.

Вышедкевич установил взрывное устройство, и оно сработало. Просто случайно в салоне оказался совсем другой человек.

— И.., и ты хочешь сказать, что он сделал это.., если это сделал действительно он.., по указанию Эллера?

— Да там неизвестно, кто кому указывает. Или ты еще не успела заметить? — криво усмехнулся Николай. — Но Эллер все знал.

И после этого неудачного покушения на Алину он уехал в Австрию — от греха подальше, да и от возможного гнева тестя тоже. Ну и ее туда увез.

— Так зачем же ему ее убивать? — спросила я. — Или.., или это как-то связано с долгами Эллера Куму, то есть Ивану Ильичу Куманову?

— А, ты уже в курсе? — кивнул Серов. — Да, это связано с эллеровскими долгами.

Кум, если ты его видела, человек очень жесткий, если не сказать — жестокий, и на расправу он короток. А долгов у Эллера выше крыши. Он же игрок. Просаживает в казино огромные суммы. Кредитов под фильмы он набрал много, бюджеты съемок на бумаге раздул, а вот на деле.., в общем, рано или поздно все его дела вышли бы Эллеру боком. И тут ему подвернулась Алина, которая в принципе очень богата сама, а уж капиталы ее папаши, Бориса Оттобальдовича, даже по московским меркам весьма приличны. Бжезинский сначала способствовал привлечению новых кредитов в проекты своего зятя, но потом быстро разуверился в нем. Эллер давно не тот, каким был пятнадцать или двадцать лет тому назад. Выдохся, потерял силу и талант, зато приобрел кучу очень обременительных в денежном плане привычек. Но долги-то надо отдавать. Куманову все равно, что Лео — режиссер известный. Будь ты хоть Феллини или Люк Бессон с Джеймсом Камероном — ему все равно. В долг брал? Плати, и все тут! А где взять деньги?

— Где взять деньги? — машинально повторила я.

— Деньги можно взять только в одном месте, в одной семье, и эта семья…

— Бжезинские.

— Точно, — кивнул Серов. — У них можно было позаимствовать несколько миллионов долларов, Борис Оттобальдович такими средствами располагает. Но его обвести сложно, с ним так — где сядешь, там и слезешь.

А вот Алина.., тут можно было поработать, прикинуть, как лучше ее обкочерыжить.

Личные деньги-то у нее были, но главных денежных активов она без ведома отца тронуть не могла. А Борис Оттобальдович о том, чтобы еще раз ссудить зятя, и слышать не желал.

— Это я заметила.

— Ну вот. Большие деньги Алина могла получить только в одном случае — по страховке. Понимаешь? Страховой полис! По нему Эллеру досталось бы около ста пятидесяти миллионов рублей, а это, как ты сама понимаешь, и есть искомые пять миллионов в «зелени». Ход избитый, многократно обыгранный в американских боевиках, но в том-то все и дело, что у нас тут — Россия, а не Америка. В общем, самую большую страховку можно было получить в случае, если бы Алина погибла в.., салоне автомобиля.