Чтение онлайн

Духовная альтруистическая направленность может быть раскрыта, исходя из учения А. А. Ухтомского о доминанте. Речь идет не о физиологической ее трактовке, а об отношении к другим людям. Ухтомский пишет о доминанте на лицо Другого «вне и независимо от меня», отмечая важность самоценности другого человека. Он показывает необходимость необычайной чуткости и отзывчивости к жизни других, легкости перенастройки на другие мироощущения. «Такой человек наименее замкнут на самом себе, у него наименьший упор на себя, наименьшая наклонность настаивать на своем и своей непогрешимости. Он привык… критиковать себя, от того он смирен внутри самого себя и не критикует людей…» (Ухтомский, 2002, с. 387).

Интересный ракурс альтруизму придает концепция Ухтомского, связанная с двойником и собеседником. Автор призывает «научиться видеть во всяком приходящем человеке собеседника в подлинном его составе, болении и исканиях» (там же, с. 415). Иначе говоря, любой другой человек должен восприниматься объективно, а не через фильтры, налагаемые нашими убеждениями, мировоззрением, предвзятым отношением к другим и миру в целом. Это трудно, так как у человека есть двойник, свидетельствующий об эгоцентризме, из-за которого между человеком и его собеседником возникает экран. Этот экран создается самим наблюдателем и выявляет пороки последнего.

Эгоцентризм описывается как «постоянное преследование своим собственным образом: куда бы ни смотрел человек, с кем бы ни встречался, везде он обречен видеть только самого себя – своего „двойника“, ибо приучился рассматривать все только через себя» (там же, с. 392). Двойник – это «я сам в своей самости» (там же, с. 435). Это неотступное преследование себя своей собственной персоной, которое связано с эгоцентрическим самоутверждением и самодовольством, с приведением всего и всех к своей мерке и точке зрения. Эгоцентрический двойник является препятствием постижения других людей такими, какие они есть в самостоятельном их содержании. Таким образом, эгоцентризм связан с «неспособностью видеть равноценное с собой самостоятельное бытие в мире и своем соседе» (там же, с. 393). Эгоцентризм стоит на пути к познанию другого человека и, можно сказать в более широком смысле, познания мира и истины.

Согласно Ухтомскому, любовь позволяет человеку прийти к пониманию другого человека – увидеть и понять собеседника: «Когда человек подходит к вещам и другим людям с любовью, он приобретает силы посмотреть на них выше себя и независимо от своих недостатков» (там же, с. 419). «Любящее бытие позволяет увидеть истину вне себя и выше себя» (там же, с. 421).

Ухтомский призывает к применению принципа «от своего двойника к самостоятельному собеседнику», к необходимости преодоления инерционной силы своей доминанты, связанной с эгоизмом, и преодолению себя – к движению навстречу Собеседнику, формированию доминанты на лицо другого. «Для приближения к истине надо начать с отказа от вожделенного самоутверждения, а это первый шаг к тому, чтобы открылся Собеседник, т. е. открылось сердце, и слух, и ум к Собеседнику; и с этого лишь момента начинается и путь (метод) к истине через брата, к истине живой, конкретной и содержательной…» (там же, с. 391).

Альтруистическое понимание другого человека тогда может рассматриваться в широком смысле как способ познания мира через любовь к людям, человечеству, миру. «Человек дающий», открывая свое сердце навстречу бытию, постигает и его смысл.

«Человек дающий» выступает как антипод «человека берущего», что соотносимо с типологией Фромма, который противопоставляет человека, нацеленного на то, чтобы «быть», реализующего «принцип бытия», индивиду, ориентированному на то, чтобы «иметь», использующему «принцип обладания», который Фромм ассоциирует с небытием. Эти принципы бытия и обладания проявляются в разных аспектах жизнедеятельности: познания, власти, любви, веры и пр.

Человек, ориентированный на то, чтобы «быть» отличается от человека, нацеленного на то, чтобы «иметь», прежде всего тем, что он способен отказаться от обладания, которое у Фромма ассоциируется с эгоцентризмом: «Быть – значит отказаться от своего эгоцентризма и себялюбия» (Фромм, 1990, с. 95). Таким образом, человек, опирающийся на принцип бытия, выступает как «человек дающий», отстраняясь от обладания и эгоистических проявлений, свойственных типу «человек берущий».

Рассмотрим особенности типа «человек берущий»: это человек беспринципный, готовый любыми способами брать от жизни все. Он может проявлять себя как обезличенный потребитель-приспособленец. В этом смысле он соотносим с типом «человек приспособившийся», описанным Фроммом как индивид, «превративший себя в товар, лишенный всех устойчивых и определенных качеств, кроме потребности нравиться и готовности сколь угодно часто менять свои роли. Пока его усилия приносят успех, он в какой-то мере чувствует себя в безопасности, но утрата всего лучшего в себе, отказ от всех человеческих ценностей приводят к внутренней пустоте и неуверенности» (там же, с. 275). В этой связи можно привести также характеристики Фромма, касающиеся в целом рыночной ориентации современного человека: и как активного приспособленца, и как потребителя-хищника (нацеленность на формулу успеха, способность продать себя, умение преподнести себя; такие черты, как энергичность, честолюбие, бодрость, агрессивность; использование происхождения, связей и влияния и пр. для достижения своих корыстных целей, что превалирует над профессиональным мастерством (там же, с. 295).

Типу «человека берущего» (потребителя-приспособленца) мы противопоставляем тип «человека дающего», который настроен не потреблять и не приспосабливаться к условиям жизни, а созидать мир, отдавать ему свои лучшие достижения, используя высшие качества и способности. Он обновляет мир и развивает его: создает шедевры в области культуры, новые открытия в науке, новые технологии и пр. «Человек дающий» творит мир, при этом отдавая себя, он одновременно и творит себя, созидая себя как духовную личность в дарственном акте. В акте отдавания себя «человек дающий» самореализуется, саморазвивается, самопреобразуется, проявляя в отличие от «человека берущего» (потребителя-приспособленца), созидательную активность. Это согласуется с мыслью Фромма: «Быть активным – значит дать проявиться своим способностям, таланту, всему богатству, человеческих дарований, которыми – хотя и в разной степени – наделен каждый человек. Это значит обновляться, расти, изливаться, любить, вырваться из стен своего изолированного „Я“, испытывать глубокий интерес, страстно стремиться к чему либо, отдавать» (там же, с. 94).

«Человек дающий» не только созидает мир, но и одухотворяет его. Фромм пишет, что продуктивность может проявляться не обязательно в виде чего-то полезного: «Продуктивные личности оживляют все, чего бы они ни коснулись. Они реализуют свои собственные способности и вселяют жизнь в других людей и в вещи» (там же, с. 97). Человек дающий проявляет себя в разных ипостасях и как высокий профессионал, и как любящий родитель, и как верный друг, и как человек, готовый оказать бескорыстную помощь людям.

Таким образом, важным показателем различия типов «человек дающий» и «человек берущий» является продуктивная жизнедеятельность.

«Человек дающий» как проявление духовной личности стремится к самовыражению, самоотдаче, реализации своего человеческого потенциала на благо других и общества в целом. Это отражается в продуктивности его жизнедеятельности, которая может быть связана как с созданием реальных продуктов (творческих, научных и пр.), отличным выполнением профессиональных, семейных обязанностей и пр., достижением высокого мастерства в разных сферах, так и проявляться в других формах: воодушевлении других людей, возвышении их, придании им значимости, исходя из гуманистического принципа отношения к другим людям «главная ценность – это человек», что обусловлено духовной альтруистической направленностью.

«Человек берущий», наоборот, стремится лишь к достижению личного блага и удовольствия, демонстрируя недуховную эгоцентрическую направленность; он непродуктивен, а если показывает продуктивность, то только ради личной выгоды. Он проявляет себя в:

– праздности – стремится «забирать», потреблять то, что создано другими, не внося своего вклада в общее благосостояние общества);

– хищничестве – пытается «отбирать», потреблять то, что создано другими: вещи, идеи и пр. (обман, насилие); относится потребительски к другим людям, использует их как средство для достижения своих целей, может манипулировать людьми для личной выгоды;

– стремлении к обладанию как самоцели – старается накопить материальные блага, в основном присваивая, забирая себе законными (или незаконными) путями то, что создано другими людьми; выступает как человек-собственник во всем;

– превосходстве (эгоцентризме), стремлении к славе, успешности – стремится получить высокий статус, титулы, награды и пр. (достижение личного блага любой ценой, забирая все необходимое для этого у других, не считаясь ни с чем, ни с какими моральными принципами; при этом возможны как отсутствие продуктивности, так и высокие профессиональные и другие достижения). Стремление к высоким достижениям и/или к власти обусловлено эгоцентризмом, желанием доказать свое превосходство над людьми, основано на принципе «главная ценность – это Я».