Чтение онлайн

Резкая потеря таких пленительных губ весьма меня огорчила, отчего я не смогла сдержать разочарованного стона. В голове было черте что. Тело горело, как в адском огне. Не иметь возможности видеть и трогать меня одновременно злило и возбуждало. Внезапно по левой груди провели чем-то холодным и гладким. Металл?

Затаив дыхание, я ждала, что будет дальше. Неожиданно горячий язык и губы захватили в плен вершину моего соска в жадном и голодном порыве. Крик испуга и сумасшедшего блаженства разнесся по комнате, ударив по ушам.

– Кричи, моя Татлим, кричи, – жарко шептали его губы, снова набрасываясь на мою ничем не прикрытую грудь.

Мне хотелось кричать, брыкаться и стонать. Он дарил мне просто непередаваемый калейдоскоп эмоций и чувств. Меня буквально рвало на части. Одна часть хотела его до судорог в ногах, а другая, трезвая, жалящая в самое сердце, не давала забыться и до конца расслабиться. Я оказалась меж двух огней. Ведь умом я понимала, что, наигравшись со мной, он уйдет из моей жизни, оставив огромную кровоточащую рану, которая будет долго и мучительно заживать. Однажды мне уже разбили сердце, и повторять этот опыт я не хотела.

– Прекрати, – тихо попросила я его, не узнавая собственного голоса.

– И не надейся, я только начал, – властно и хрипло ответили мне, защелкивая на моей до предела возбужденной груди что-то холодное, как щипцы.

– Что это? – судорожно втянув в себя воздух от испуга, спросила я.

– Зажимы для сосков, – довольно ответили мне, прикрепляя вторую штуку на другой груди.

– Для чего? – я застонала от непонятного чувства, охватившего меня с ног до головы. Ощущения были странными. Я бы сказала, болезненно-приятными. Но второго было определенно больше.

– Считается, что на груди у женщин, особенно на сосках, находится очень много нервных окончаний, которые при сжатии дарят много новых ощущений в момент близости. Давай вместе проверим, так ли это на самом деле, – ответил он мне, опаляя грудь своим горячим тяжелым дыханием.

– Ах-х, – только и смогла выдохнуть я и застонала, когда он ввел в мою уже увлажненную промежность сразу два пальца.

Его движения внизу были нежными, иногда нервными и грубыми. Но мне нравилось. Тело было, как оголенный нерв. Соски пульсировали и зудели от недостатка прилива крови, шумное дыхание с каждым разом все громче и громче срывалось с наших губ. В какой-то момент я потерялась в ощущениях и яростно выгнулась дугой, разрываясь криком блаженства и экстаза. В глазах заискрились звезды, пальцы на ногах сжались, добавив ощущениям остроты.

Его пальцы нехотя покинули мою горячую влажную плоть, отчего я едва не запротестовала, но вовремя сдержалась. Губ коснулись его влажные от моих соков пальцы.

– Попробую вкус своей страсти, моя Татлим, – тяжело и судорожно прошептал он мне в лицо.

Запах зрелой женщины окутал мой затуманенный и еще не отошедший от случившегося разум. Пряный вкус с кисло-сладкими нотками осел на языке, вызывая в животе новую волну желания и голода.

– Хочу тоже его попробовать, – жарко прошептали мне, впиваясь в мой рот настойчивым жадным поцелуем собственника.

Дыхания не хватало, но это было неважно. Главным сейчас были его губы и язык, который как полноправный хозяин орудовал на своей завоеванной территории. Клеймя и подчиняя.

– Какая же ты сладкая, моя Татлим. Давай высвободим твои сладкие медовые сосочки из плена, – томно прошептали мне в губы, резко снимая с груди зажимы.

– А-а-а, – застонав от бурного прилива крови, я едва не лишалась чувств. Но и это было еще не все. Ягуар нежно и поочередно сосал мои груди в попытке утешить зудящие горошины, лаская их и мягко покусывая.

Такого яркого букета ощущений я не ожидала, и повторно забилась в его руках от экстаза, который мгновенно лишил меня чувств и, похоже, рассудка.

Не знаю, сколько я провалялась в беспамятстве от перенесенных мной взрывных ощущений, но, проснувшись, сладко потянулась всем телом. Исполнив задуманное, я не сразу поняла, что руки свободны от пут, а глаза больше ничем не прикрыты. Мысленно прощупала тело, дабы узнать и проверить, занимался ли кто чем-то с моим телом в мое отсутствие. Не заметив ничего тревожащего и подозрительного, открыла глаза и… растерялась.

На улице была уже ночь, о чем свидетельствовал горящий одинокий фонарь под моим окном и полумрак в комнате. Я осмотрелась в попытке обнаружить до судорог шикарного и ужасно сексуального мужчину. Вздох то ли облегчения, то ли разочарования сорвался с моих губ, разрывая ночную тишину.

В комнате я была абсолютно одна. Либо Ягуар куда-то вышел из моей комнаты ненадолго, пока я позорно спала, либо он… ушел совсем. От второй мысли мне стало как-то обидно, отчего во рту появился привкус горечи.

Немного посидев на кровати и встряхнув головой, я быстро встала и завернулась в одеяло, которое было на мне в момент моего пробуждения. Заботливый какой. И такой же недосягаемый, как звезды. Тихо ступая по ламинату, я вышла в полутемный коридор. Мертвая тишина стояла во всей квартире. Ни звуков льющейся воды, ни шороха, ни вздоха. Ни-че-го.

Убедившись окончательно в том, что мужчина ушел, я расстроенно застыла на месте. Горечь во рту усилилась, и дабы смыть ее со своего языка, я прошла в кухню, где меня ожидал приятный сюрприз в виде небольшого клочка бумаги, который лежал в самом центре кухонного стола. Сердце от волнения застучало в висках. Боясь спугнуть сей неожиданный подарок судьбы, я осторожно взяла листок в дрожащие от волнения руки и медленно развернула.

«Прости, что ушел, моя Татлим. Дела требовали моего срочного вмешательства. Надеюсь, в следующий раз нам никто не помешает. Твой Ягуар».

Глупая улыбка озарила мое лицо. Вот что для счастья надо! Пара строк и обещание, от которого по всему телу бегают волнующие мурашки.

Ягуар

Чтобы войти в квартиру незамеченным, мне пришлось немного попотеть и напрячь фантазию. Окна Алены располагались на третьем этаже и, чтобы проникнуть в приоткрытую дверь ее балкона, мне потребовалось проявить сноровку и призвать на помощь свои отличные физические данные. Вариант «просто постучать в дверь» мной даже не рассматривался, так как я был абсолютно уверен, что Алена мне не откроет. И поэтому взобраться на третий этаж по балконам было самым верным, хотя и опасным вариантом. С одной стороны, я сильно рисковал, так как у меня не было уверенности, что балконная дверь открыта, не говоря уже о том, что я мог сорваться вниз и что-нибудь себе сломать. Но сейчас я чувствовал себя влюбленным бесстрашным Ромео, который готов ради своей любимой Джульетты взобраться по отвесной каменной стене вверх, дабы сорвать с ее губ желанный до боли поцелуй. Сбросив свой пиджак на заднее сидение автомобиля и подвернув рукава белоснежно-белой рубашки до локтя, я весело выдохнул. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я это сделаю ради едва знакомой мне девушки.

Видя недоумение и страх на лице своего шофера, я подмигнул ему и пошел к первому балкону. Наверное, такого зрелища этот двор еще не видел. Я чувствовал себя героем боевика, на которого снизу смотрели жильцы дома и обычные мимо проходящие люди. Их громкие выкрики и слова поддержки могли привлечь внимание Алены, а мне не хотелось, чтобы меня обнаружили до того, как я попаду на ее территорию и захвачу девушку в плен. Попросив «зрителей» не шуметь, я подпрыгнул и, схватившись за первый балкон, легко подтянул натренированное тело вверх. Переставив ноги и зацепившись за балку крыши, я двинулся дальше.