Чтение онлайн

Дед сиял, дед лучился счастьем, дед был на вершине блаженства.

– Замечательно, мой мальчик! – обратился он к Рейли. – Замечательно! Советую вам внимательно изучить ближайший приказ о награждениях. Вы найдете там кое-что интересное. А это что? Кажется, я вижу наших друзей!

В группе, которая появилась на ведущей из замка лестнице, не наблюдалось единства. Четверо незнакомцев, идущих впереди, были чем-то слегка расстроены (перспектива длительного тюремного заключения всегда наводит на лирические мысли), это были люди Стикса. За ними шли сэр Антони и лорд Чарнли, сопровождаемые четверкой бесстрастных десантников. Замыкали процессию лорд Кирксайд и его дочь Сьюзан.

Судя по выражению лиц, никто, кроме четверки десантников, еще не сориентировался в происходящем.

– Мой дорогой Кирксайд! Мой дорогой друг! – вскричал дед Артур, бросаясь на все еще ничего не понимающего хозяина замка. – Я счастлив, что вы живы и здоровы. Теперь все будет хорошо.

– Что происходит? – спросил лорд. – Как это… Неужели вы… вы их схватили? Всех?.. А где мой сын? Где Роллинс? Они живы? Что это?

В глубине замка раздался приглушенный взрыв. Дед Артур вопросительно взглянул на Рейли.

– Небольшая пластиковая бомба, адмирал.

– Великолепно! Вы необычайно предусмотрительны, Рейли.

Я подумал, что, при всем моем уважении к лейтенанту, его предусмотрительность на сто процентов зависела от предусмотрительности другого человека. Некоего Кэлверта. Но сейчас дед Артур был не в состоянии помнить о таких малозначительных подробностях. Он упивался ролью спасителя-освободителя. Короче говоря, дед Артур вполне чувствовал себя королем Артуром.

– Через минуту, Кирксайд, вы сможете обнять своих близких. Теперь они в полной безопасности.

С этими словами он направился к скалистой стене, где среди пиратов с побелевшими сплетенными на затылке пальцами стоял Ставракис. Дед взял его за плечи, повернул к нам лицом и, заставив опустить руки, изобразил рукопожатие, причем тряс его правую руку так сильно, что окружающие, наверное, не могли понять, то ли это – полная реабилитация, то ли – начало следственных пыток.

– Ваше место не здесь, мой дорогой Тони! – патетически провозгласил дед. Чувствовалось, что настал его звездный час. – Пойдемте со мной.

Он подвел Ставракиса к Кирксайду и Сьюзан.

– Страшно подумать, сколько пришлось вам пережить. Это был настоящий кошмар. Но ничего, Тони, теперь он рассеялся.

– Но как же… Но ведь я… – голос Ставракиса дрожал, глаза наполнились влагой, и все вдруг увидели, что он уже совсем старик.

– Я все знаю, дорогой мой Антони. Я знаю даже то, что будет сюрпризом для вас, – таинственно поведал командир, взглянув на часы. – Ваша жена, сэр Ставракис, три часа назад спустилась по трапу самолета «Ницца – Лондон». Естественно, я имею в виду вашу первую и единственную жену – Мадлен. Сейчас она в лондонской клинике, и ее состояние не вызывает опасений.

– Что это значит… Вы понимаете, что говорите… Моя Мадлен!

Хорошо, что первую и единственную жену Великого Магната звали не Кармен, а то бы он исполнил всю арию Хозе от начала до конца.

– Да, Тони, именно так. Ваша жена в Лондоне. Мы прекрасно знаем о том, что присутствующая здесь Шарлотта Майер никогда не была и не могла быть вашей женой.

Я всматривался в лицо Шарлотты и видел, как сквозь непонимание, отчаяние и боль начинает пробиваться еще слабая, но все же надежда.

– Мы знаем всю вашу печальную историю, – начал с апломбом дед Артур, обращаясь к Ставракису.

Далее последовал пересказ истории, поведанной адмиралу одним из его мелких служащих, чье имя и фамилия полностью совпадали с моими. Вообще эта история изобиловала совпадениями подобного рода.

– В начале нынешнего года, когда готовилась первая пиратская акция, Лаворский и Долльманн искали способ заставить вас сотрудничать с ними. И они нашли уязвимое место. Они похитили вашу жену Мадлен, полностью подчинив вас таким образом своей воле. Но Мадлен удалось бежать. Тогда, зная, какая глубокая и давняя дружба связывает Мадлен с актрисой Шарлоттой Майер, они пригрозили, что убьют Шарлотту. Так вашей жене пришлось «умереть». Они объявили о ее смерти, и они же распустили слухи о вашей женитьбе на Шарлотте. А вы, бедный мой Тони, ничего не могли поделать. Вы были всего лишь орудием в их грязных руках.

Ставракис плакал.

– Но как вам удалось все это разгадать? – спросил лорд Кирксайд.

– Мы ничего не разгадывали. Нужно отдать должное профессионализму моих людей, – отвечал дед Артур, всем тоном давая понять, что именно он сделал своих людей профессионалами. – В полночь, во вторник, Дэвис передал мне список лиц, сведения о которых затребовал Кэлверт. На «Шангри-Ла» перехватили это сообщение, но не смогли понять, о чем идет речь, поскольку имена, фамилии и географические названия мы всегда передаем шифром. Потом Кэлверт сообщил мне о спектакле, который в тот вечер разыграл перед ним сэр Антони в салоне «Шангри-Ла». Там все было фальшиво, и все же ваши слова о Мадлен, Тони, показались Кэлверту искренними. Человек, так любивший свою жену, не мог жениться вновь через два месяца после ее смерти. Причиной могло быть только одно: Мадлен Ставракис жива, а сэр Антони – жертва шантажа. Я позвонил во французскую полицию, чтобы произвели вскрытие могилы Мадлен Ставракис на кладбище рядом с клиникой в Ницце. Гроб был наполнен стружками и опилками. Ты знал об этом, Тони?

Старый Ставракис отрешенно кивнул.

– Уже через полчаса французская полиция установила имя врача, который подписал свидетельство о смерти, и в тот же вечер предъявила ему обвинение в убийстве. По французским законам отсутствие тела в гробу позволяет вынести такое обвинение. Врач сразу же повел представителей закона в свою клинику и передал в их руки заключенную там Мадлен Ставракис. Этот врач, забывший клятву Гиппократа, старшая медсестра клиники и еще несколько их сообщников сейчас находятся в тюрьме. Мой бедный Тони, почему ты не открылся нам? Почему ты не захотел принять нашу помощь?

– Они грозились убить Мадлен. Что я мог сделать! Что бы вы сделали на моем месте?

– Не знаю, – вздохнул сэр Артур. – Во всяком случае ваша жена чувствует себя хорошо. Сегодня в пять утра наши люди подтвердили это Кэлверту. Кстати, он воспользовался для связи передатчиком, который Лаворский установил в замке.

Сэр Антони Ставракис и лорд Кирксайд все еще не пришли в себя. Лаворский продолжал отплевывать остатки зубов. И только Долльманн понял смысл последней фразы и злобно скрипнул зубами. А Шарлотта своими огромными, неправдоподобно огромными глазами как-то по-особому приглядывалась ко мне.

– Да, это правда, это правда, – гордо защебетала Сьюзан. – И я была вместе с ним. Только он просил, чтобы я никому не говорила об этом. – Она подошла ко мне, взяла меня за руку и, улыбаясь, заявила: – Простите меня за все, что я наговорила вам ночью. Вы самый великолепный мужчина из всех, кого я встречала. Кроме Джонни, естественно.

На лестнице раздались шаги. Она резко обернулась и моментально забыла о самом великолепном из всех мужчин, кого она встречала.

– Джонни! – закричала она. – Джонни!