Чтение онлайн

— Ой бля-а-а… — протянул Дарен, вновь всовывая наушник.

Арчи, прихватив полотенце и купальный халат, направился в бассейн. В раздевалке, надевая плавки, он старался повернуться к камере своей «рабочей» стороной — правым боком, чтобы хорошо просматривался его греческий профиль, и филейной частью, которая была прекрасна с любой стороны. Притащил затем к бортику шезлонг, чтобы, наплававшись, иметь возможность на нем живописно раскинуться.

Вода была прохладной, приятно бодрила и держала все тело в тонусе, а вот от хлорки пощипывало непривычную к такому стрессу кожу, потому он больше раскидывался на шезлонге, чем плавал, забравшись после этого под теплый душ и уже там, проводя по телу раскрытыми ладонями и размазывая пену, прикидывал, стоит ли подрочить на камеру в первый день или лучше пока не шокировать зрителей. Нет, все же в первый день не стоило. Арчи, шагнув под струи воды, смыл шампунь и тряхнул головой.

— Долбаные сульфаты! — проворчал он, ощущая, как по спине клоками скатывается пена, которую так и не удалось смыть.

Волосы, что он только что промыл, снова были все в пене, и Арчи вновь сунул голову под душ. Однако стоило ему отступить назад и коснуться волос, как пена снова взбилась в них как по волшебству.

— Да ебаный шампунь!

Пена все прибывала и прибывала, Арчи злился, уже не позируя на камеру, а порыкивая, скукожившись под струями, как Квазимодо, и пытался дотянуться до спины и шеи одновременно. Поэтому ему не была видна рука над стенкой кабинки, держащая над его головой флакон геля для душа и щедро поливающая его макушку, как только он становился под воду.

Харви, вежливо постучавшись, открыл дверь такой же, как и у них, комнаты, находившейся через холл. Все четверо заканчивали размещаться, укладывая в шкафы и комоды личные вещи.

— Мужики, я знакомиться. — Он вытянул вперед две руки с литровыми бутылками виски и обезоруживающе улыбнулся.

Брюс без конца возился в телефоне и вид у него был бледный.

Ну мало ли, переволновался, с кем не бывает, подумал Харви, внимательно глянул на программиста, затем одобрительно на комбайнера, достававшего нехитрую закусь — домашнюю колбасу и банку помидор, уложенных ему о-папой. Это ему понравилось — хозяйственная жилка в альфах была чудо как полезна. Неудивительно, что комбайнер держал при себе еду: такого бугая легче было пристрелить, чем прокормить. Были у Харви такие знакомцы — жрали они как не в себя. На что он, альфа, ел нормально, но такие фактурные — в два раза больше.

Элмер аккуратно расставлял в тумбочке пузыречки и только приветливо кивнул, видя, как Харви устраивается посреди комнаты на тахте у журнального столика.

Вуди заинтересованно наблюдал за гостем, когда отвлекался от своего электронного блокнота, строча туда стилом. Харви заглянул в его электронный девайс — там написанное от руки трансформировалось в печатный текст.

— Ух ты! А что это ты записываешь? — От того, как доброжелательно приняли его соседи, у Харви даже усы распушились.

— Веду дневник событий, — мягко улыбнулся тот.

Вуди приехал на проект, чтобы: а) собрать материал, б) написать статью, в) прославиться. Для сексолога он был слишком привлекателен и чрезмерно тщеславен. Молодую поросль мало кто замечал и продвигал, для этого надо было не только знать труды Вигмунда Врейда, но и иметь волосатую лапу, толкающую тебя на верх пирамиды. К сожалению, такой лапы у него не имелось. А вот за зад его пытались лапать все кому не лень — и омеги-клиенты, и альфы его же ориентации, и, представьте себе, даже беты. Всему виной были привлекательность, харизма, ум и выдающаяся задница.

Собрать материал именно в конкурирующем сборище гомосексуалов было крайне интересно. Камеры покажут не все и не с того ракурса — им подавай сенсацию и дрочибельность происходящего. А вот рассмотреть повадки, мимику, поведение в разнородной стае самцов было бесценно.

Согласно Врейду, даже шутки действуют как психологический выпускной клапан и юмор помогает справляться со всем, что нас тревожит. Рассказывая анекдот или смеясь над ним, человек очень много сообщает собеседнику о своем подсознании. Как говаривал Врейд: «Иногда сигара может оказаться просто сигарой, а вот шутка никогда не бывает просто шуткой». Так что Вуди просто мысленно потирал руки и уже собирал досье на каждого участника, тщательно записывая все в свой любимый электронный блокнот. Голосовые не везде и не всегда можно было записать, за такое и побить могли, поэтому Вуди пользовался именно текстовым блокнотом.

Он уже отметил для себя несколько кандидатур на скорый вылет, составив психологический и сексуальный портрет на всех альф. Безусловно, он мог ошибаться, ведь знакомство было только поверхностным, поэтому выпить и узнать, что у «пьяного на языке», он посчитал хорошим поводом. И в любом случае как минимум два из трех пунктов своей цели он собирался добиться, так что должен был по-любому остаться в выигрыше, как бы ни повернулись обстоятельства.

Первую бутылку распили за знакомство, коротко рассказывая о себе, травя анекдоты и строя предположения, что их тут ждет. Элмера развезло быстрее всех — очевидно, на принятую им же самим изготовленную настойку алкоголь повлиял как-то особенно сильно, и он завалился на свою кровать со смешно оттопыривающимися шортами. Мужики похихикали, как девятиклассники, впервые увидевшие член омеги, и вернулись к столу.

Брюс, постоянно сидевший в телефоне, чтобы отслеживать, что пишут зрители в бегущей строке, переживал, не раскроют ли его. Заодно посматривал на растущий рейтинг каждого игрока.

Лан2019Свет: Комбайнер мой фаворит! Ты ж моя зая!

Еще одно подтверждение, что Говард выбивается в первые ряды, высветилось на экране телефона, как тут же прилетела эсэмэска от Лоиса.

«Милый, не хотел говорить тебе напрямую, но я сделаю вид, что бросаю тебя. Чтобы никто не раскрыл, что ты по омегам, я во всех соцсетях рассказал, что ты давно был по альфам, а я пытался вернуть тебя в лоно нормальных. Но ты совсем сорвался с катушек, и я не смог удержать тебя. Так что не звони, не пиши, я эту симку выброшу. Надо постараться сыграть естественно ради выигрыша. Потерпи, и все у нас будет хорошо».

Телефон Лоиса не отвечал, эсэмэс не доставлялись, и попойка пришлась как нельзя кстати, чтобы отвлечься от дурных мыслей. Вроде бы все было правильно, и теоретически Лоис поступил как надо, но осадок жег душу Брюса, и только виски сглаживало тяжесть ситуации.

Вторую бутылку на четверых они как раз допили до середины, когда из окна раздался душераздирающий крик. Брюс подавился помидором, у Говарда в лапище треснул стеклянный стакан, а Вуди неприлично громко икнул, один Харви воинственно встопорщил усы. Наконец-то! Он был готов к чему-то подобному.

На загривке у всех альф поднялись дыбом волоски, и, пока Брюс откашливался, Говард вытряхивал стекло и протирал руки, Вуди пытался остановить гулкую икоту, Харви бодро прокричал:

— А-аткрыть экстренный шлюхосброс! А-ат винта!

Эта фраза была у них в команде кодовой. Всем стоять! Слушать капитана! Бегом марш!

Конченые твари за окном возвещали наступающий апокалипсис, альфы пытались выжить, как могли, один Элмер спал со здоровым для его возраста стояком.

— Это павлины, и мы идем их усмирять.

Командный, выработанный годами голос заставил всех прислушаться, и уже через три минуты, вооружившись скотчем, вилкой и ножом, команда спасателей летела на крыльях ночи, икая, покашливая и грозно порыкивая.

Когда охранник и ночной портье добрались до загона с павлинами, отряд спасателей уже наловчился работать в команде: два павлина бурбурулили с замотанными скотчем клювами, третьего с примотанными к клюву руками держал Говард, Харви решительно возился со скотчем, Вуди бегал вокруг колоритной парочки, больше мешая, чем помогая — цепляясь за хвост и падая на утоптанную землю загона, а Брюс катался по земле от хохота. Неспящие телезрители порадовались, что не легли спать пораньше — картина была достойна того, чтобы задонатить это шоу с первого же дня.