Чтение онлайн

— Нет, не считаешь.

— Нет, — соглашается, — не считаю.

— Тебе понравится.

— Разве?

— Да, ты любишь немного варварства.

— Да, но когда это просто перетаскивание игрушки…

Она делает недовольное лицо, когда я ее целую, но вскоре оттаивает.

— Ладно, — говорит она, глаза все еще закрыты.

— Что «ладно»?

— Ладно, футбол очень для меня важен.

— Я не просил тебя заходить так далеко, но спасибо, что назвала его настоящим названием.

— Это не ракетостроение, Орсино.

— Виола, — предупреждаю я.

— Да, Ваша светлость? — сухо спрашивает она, и лишь немного протестует, когда я вновь целую ее.

Ви

Энергия, вибрирующая в комнате кажется суровой, но не из-за напряжения. Это возбуждение перед битвой, вибрация товарищества и нервозности, связывающая нас всех вместе. (А еще это голод, потому что Лола на кухне жарит люмпию, и мы уже полчаса чувствуем этот запах, что подталкивает всех нас на различные акты отчаяния).

— Итак, — наконец произносит Оливия, которая вела подробные записи о своем персонаже так же, как она разбирала нашу сцену из «Ромео и Джульетты». — У нас будут, типа, презентации персонажей?

Все поворачиваются ко мне, включая Антонию.

— Эй, привет? Ты знаешь, как это работает, — напоминаю я ей.

— Но не с тех пор, как ты стала квест-мастером. — Она улыбается мне. (У нас все лучше. Вчера она спонтанно пришла, как раньше, и осталась на ужин.)

— Ну, это наша игра, а не только моя, — напоминаю я ей.

— Я помогал ее писать, — добавляет Баш.

— Мы знаем, — отвечают ему все хором.

Справа от меня Ник и Джек обмениваются взглядами «во что мы вляпались?».

— Эй, — напоминаю я. — Вы сами вызвались.

Подруга Оливии, Марта, «дикая карта109» нашей компании. Оказывается, что она не только популярная чирлидерша из выпускного класса, а еще и участница лиги ConQuest, где она состояла последние четыре года со своей бывшей группой девочек-скаутов. Она тянется к листу с персонажем Оливии:

— Я думаю, нам стоит сделать презентацию.

— А что, если у нас нет таланта шоумена? — говорит Ник.

— Тогда вы проиграете, — громогласно заявляет Баш.

— Вы не обязаны это делать, — говорю я Нику.

— Нет, я хочу, — уверяет он меня. — Я имел в виду Орсино.

— Простите? Я, типа, стопроцентный шоумен, — говорит Джек, и это правда.

— Баш может сделать это за меня, — заявляет Марк Курио, протягивая страницу моему брату.

— О, с удовольствием, — отвечает Баш, потянувшись к листу, пока Оливия не шлепает его по руке.

— Я думаю, нам стоит сделать это самим, — ругает она его. — Знаешь, чтобы действительно вжиться в персонажей, так ведь? Это был бы лучший способ почувствовать, что мы все полностью погружены.

— Это хорошее замечание, — говорю я. — Что ж, начнем? Оливия, можешь начинать.

Персонаж Оливии тот же, что мы разрабатывали вместе несколько месяцев назад: бывшая принцесса с навыками рукопашного боя. Персонаж Баша — контрабандист («и повеса», — объявляет он небрежно), который говорит на нескольких языках и является одаренным вором. Антония и Марта играют за своих обычных персонажей: целительницу Ларису Хайброу и ведьму-полуэльфийку соответственно (это очень круто, потому что это значит, что Марта может манипулировать временем; очень удобно). Джек, конечно, играет за дворянина типа Робин Гуда («герцог-аферист», как он отмечает), Ник — опытного воина, а Курио, как ни странно, решает стать астрономом. (Мы спрашиваем, почему, и он отвечает, что ему просто нравятся звезды, и, в конце концов, разве это не полезно для навигации? Что является довольно разумным утверждением.)

Я — квест-мастер, но если бы не это, я бы, вероятно, дебютировала с новым персонажем для этой игры. Например, c девушкой-одиночкой, решающей замаскироваться под мужчину (или старуху) ради безопасности, только чтобы узнать, что она может сделать гораздо больше, когда раскроет, кто она на самом деле.

C оглядкой на тактику, конечно. В пределах разумного. Не все места безопасны.

Но некоторые определенно безопасны.

Я собираю свои заметки, некоторые из которых приправлены комментариями Баша, и начинаю читать вступительное монолог к игре, которую мы с ним составили летом.

— Среди капиталистических портов Карагатан д’Оро находится процветающий черный рынок экзотических товаров, — начинаю я. — Под коррумпированным правлением Короля Теней в порту каждый день швартуются грузовые корабли, заполненные сотнями тысяч бесценных вещиц. Порт известен своей безопасностью, однако ежегодно некоторые бесценные вещи так и не доходят до места назначения.

— Кто хочет люмпию? — кричит Лола.

— Тссс, — кричит ей Баш, но быстро передумывает. — Вообще-то, я хочу.

— Продолжай, — подбадривает Джек, подталкивая меня рукой… (И он еще утверждает, что не ботаник.)

— По слухам, Ночная ярмарка на Золотом Море — это реальное место, — продолжаю я. — Она расположена где-то в городе Короля Теней, и в нее может попасть только тот, кто знает как. Почти у каждого есть предмет — потерянная вещь — которую можно найти на Ночной ярмарке, но сделать это не так уж и легко, поскольку многие, кто пытается это сделать, либо исчезает навсегда, либо объявляется спустя месяцы или годы, бессмысленно рассказывая о пережитых им зверствах

— У кого-то тоже бегут мурашки? — шепчет Марта. Оливия затыкает ее.

— У каждого из вас есть что-то, что нужно найти на Ярмарке, — говорю я им. — Вы держите этот секрет при себе. По мере игры некоторые из вас раскроют его другим, чтобы завоевать доверие или сформировать альянс. Некоторые, вероятно, будут лгать, хотя это будет зависеть от навыков, слабостей и мотивации персонажей. (Мы с Башем согласились, что человеческая природа — это лучший вид загадки.) — Но сначала нужно найти способ туда проникнуть.

— Нам нужно найти одного из выживших, — немедленно произносит Курио, после чего начинается обсуждение.

— А что, если они лгут?

— Наша задача — выяснить, разве нет?

— Как мы найдем этого человека?

— Это порт, у кого-то должны быть связи…

— Мы сможем, мы же преступники…

— Нам нужен кто-то, кто подкупит охрану!

Я улыбаюсь и на мгновение расслабляюсь. Я всегда надеялась, что игра будет проходить именно так: люди будут сотрудничать, слушать друг друга и стараться решить головоломку, а не просто сражаться вслепую. Но дело не только в этом. Тот факт, что ты создал мир, в котором другие хотят существовать, приносит неописуемое удовлетворение. Потому что это… чувство общности.