Двое на острове
Шрифт:
– Господи, откуда вы все это знаете? Майлз покачал головой.
– Не имею понятия. Просто вдруг вспомнил. Настроение Лекси изменилось, она повеселела.
– Если нам удастся поймать рыбу, мы ее сварим!
– Думаю, удастся. У нас будет неплохая диета: фрукты, орехи и рыба. Жить можно.
– Но мы же не останемся тут до бесконечности, Майлз! Если я не вернусь сегодня вечером домой, отец сойдет с ума. Пусть даже никто не забеспокоится о вас и о других пассажирах яхты, но мой отец обязательно поднимет тревогу. Нас начнут разыскивать уже завтра, если еще не начали.
– Да, вы правы. Лекси взглянула на него.
– А вдруг они ищут совсем в другом месте?
– Конечно, это не исключено. И все же, думаю, эти острова не обойдут. Если мне удастся добыть огонь, мы будем жечь костер и день, и ночь. Ктонибудь нас обязательно заметит.
Конечно, надо разжечь костер, подумала Лекси и вдруг чуть не заплакала. Ведь может так получиться, что нас никогда не найдут! И мы останемся здесь до конца своих дней, будем питаться фруктами, орехами и рыбой, а спать - на песке. Я никогда не смогу почистить зубы мятной пастой, насладиться горячей ванной, не вымою голову душистым шампунем, никогда не пообедаю в своем любимом ресторане.
А магазины, а кино, а друзья...
По ее щекам потекли слезы. Майлз встал и протянул ей руку.
– Пошли. Если мы будем сидеть и оплакивать самих себя, лучше от этого не станет.
– Вы и не плачете, это я плачу, - пробормотала Лекси. То, что у нее нет дезодоранта, казалось, угрожало самой ее жизни.
Майлз наклонился и потянул ее за руку.
– Вставайте. Надо принести брезент.
– Для чего?
– Еще не знаю. Но я не хочу оставлять его на берегу.
Они спустились с холма, и тут Лекси почувствовала страшную слабость и отвращение к самой себе. Что со мной случилось? Такая подавленность не в моем характере!
– Майлз, простите меня, - сказала она, тяжело вздохнув.
– Все забыто.
– Я мечтала о дезодоранте.
Он весело рассмеялся, словно она сказала нечто остроумное.
– Ну и что? Я бы тоже отдал полцарства за простую зубную щетку.
– Я тоже. Если вернусь домой, всегда буду помнить об этом.
Он усмехнулся.
– Через несколько недель вы все забудете.
– Нет, не думаю. Мне кажется, что я способна на многое, лишь бы надеть чистую одежду.
– Сегодня это беспокоит вас больше, чем вчера.
– Да, может быть, потому, что я плохо спала.
– Вы плохо спали? Почему же вы меня не разбудили? Мы бы могли поговорить о чем-нибудь.
– В таком случае у вас сегодня тоже было бы мрачное настроение.
Майлз тепло улыбнулся и взял ее за руку.
– Лекси, вы имеете право быть в плохом настроении, поэтому перестаньте себя обвинять.
От его прикосновения Лекси бросило в жар. Но она тут же отругала себя: Майлз не имел в виду ничего, кроме дружеских чувств. Вид у меня ужасный, такая женщина не может понравиться. Пусть он смотрит на меня и даже берет за руку - это ничего не значит. Глупо делать из мухи слона, придавая романтический смысл всякой ерунде. Что бы ему ответить?..
– А как вы сегодня себя чувствуете? Голова не болит?
– Голова совершенно пустая. А чувствую себя лучше, спасибо.
– Что-то не верится в пустую голову. Вы помните гораздо больше фактов, чем я, хотя у меня не было потери памяти.
– Да, кое-что помню. Но сосредоточиться на чем-то важном не могу.
– Я считаю, что ваши знания о кремне очень важны для нас. Развести костер - так здорово! Особенно ночью. Расскажите мне, как выглядит этот кремень, и я тоже буду его искать.
– Очень твердый минерал, обычно темного цвета.
– И вы думаете, что он просто так валяется на земле?
– Он бывает среди других пород.
– Может быть, на скалах вокруг озера?
– Нет, те скалы - вулканического происхождения. Должно быть, здесь когда-то было извержение вулкана.
– Вы, кажется, специалист по геологии.
– Нет, это скорее хобби. Смотрите, смотрите! Лекси взглянула в сторону океана.
– Боже мой! Корабль!
– Она подбежала ближе к воде.
– Но так далеко! Они никогда нас не увидят.
– Если б у нас сейчас горел костер, кто-нибудь на судне мог бы заметить дым.
Лекси возразила, продолжая смотреть на крохотный корабль:
– Почему какойто дымок встревожил бы их?
– Потому что дымок этот возник бы на необитаемом острове. Думаю, что это привлекло бы внимание экипажа.
– Но они могут не знать, что остров необитаем, - сказала Лекси со вздохом.
– Все дело случая.
– Я уверен, все суда в этом районе океана знают о гибели яхты. И экипажи следят за появлением какого-нибудь сигнала - например, дыма от костра.
– Правда? Вы так думаете?
– обрадовалась Лекси. А когда снова повернулась к океану, корабль уже скрылся за горизонтом.
– Он ушел!
– Придут другие суда. Пошли, принесем брезент, это уже недалеко.
Ч 179 Теперешний Майлз Лайтон, несомненно, оптимист, подумала Лекси. Разумеется, и тот мужчина, которого я встретила на яхте, тоже мог быть оптимистом. У меня тогда создалось впечатление, что он высокомерный циник, но нельзя судить о человеке, общаясь с ним всего несколько часов.
Может быть, у него были причины выставить себя в таком виде. Есть люди, которые скрывают свою застенчивость под маской высокомерия. Может быть, ключ к пониманию Майлза кроется в его застенчивости? А теперь этот защитный механизм исчез вместе с памятью? Утратив ощущение реальности происходящего, Лайтон утратил также и высокомерие... Лекси понимала, что не сможет проанализировать характер Майлза. Ее попытки, не основанные на научных знаниях, были всего лишь потугами любителя. Она начала понимать теперешнего Майлза, а тот, кто был на яхте, остался для нее загадкой. Чтобы объединить их обоих в одном лице, надо быть профессионалом.
Но ее интересовало все, что связано с ним. Бросив взгляд на его босые ноги, она спросила:
– Как вы обходитесь без обуви?
– Прекрасно.
– Вы не поранили ноги? Майлз улыбнулся:
– Беспокоитесь обо мне?
Лекси смутилась и почувствовала, что краснеет. Ей показалось, что его рука стала еще теплее. Она не могла понять, почему столько думает о привлекательности Майлза, о его обаянии.
– Это естественно, ведь мы вместе попали в беду, - сказала она, еще больше смущаясь.