Чтение онлайн

Зак горько усмехнулся: так называемое партнерство будет продолжаться до тех пор, пока Картер не получит от отца, что ему нужно. Картер неспроста вцепился зубами в папашу. Ясно, что его конечной целью является Зак. Отец должен деньги Хаскинсу, и, когда настанет момент получить их назад, да еще с процентами, Картер возьмет их с сына. Ведь у Джорджа Смита нет ни гроша за душой, и Картеру хорошо это известно.

Заку вдруг пришла в голову неожиданная мысль.

— Папа, а сколько же Картер одолжил тебе? — спросил он осторожно.

Тот метнул настороженный взгляд на сына и опустил глаза. Казалось, до него кое-что стало доходить, но он не хотел в этом сознаваться.

— Тебе какое дело? — проворчал он. — Картер оплатил все, что я должен за этот дом.

Зак остолбенел.

— Ты заложил свой собственный дом, а взамен обещал держать в секрете ваши грязные дела?

Отец так и подскочил на диване. Он даже затопал ногами от гнева.

— Да, я заложил дом, а все потому, что ты не заботишься о старике! Ты нарочно швыряешь мне свои жалкие подачки, чтобы выглядеть эдаким благодетелем. Вот, дескать, этот беспомощный старикашка ни на что не годен, а я его все равно жалею.

Но, слава Богу, нашелся наконец человек, который доверил мне партнерство в фирме. Вот! И плевать я хотел на то, что ты думаешь по этому поводу! Можешь считать это дело грязным, мне все равно. — Он на секунду замолчал, чтобы отдышаться. — Что, считаешь, будто ты один можешь вести роскошную жизнь, трахать красоток и кататься в роскошном авто? — воскликнул он. — Так я скажу тебе кое-что, мистер Райес! Если ты стыдишься своего старика, я вполне обойдусь без тебя! И какого черта я только согласился, чтобы Картер включил и тебя в число партнеров.

Зак нахмурился.

— Это ты о чем?

— «Джордж Смит и Кo» — это я, Картер и ты. Я убеждал Картера, что ты нам не нужен. А он не послушал меня и выделил тебе долю в этом деле. Болтал, что обязан сделать это…

Зак вскочил на ноги, с силой оттолкнув табуретку так, что она с грохотом опрокинулась. Он понял, что происходило между этими двумя заговорщиками: один, старый, глупый и жадный, прикидывался, что держит Зака под каблуком, другой, хитрый и расчетливый, делал все, чтобы добиться влияния на Зака. Причем отец, возможно и не желая того, подставил сына довольно здорово, свято веря, что участвует в серьезном деле.

Зак просто кипел от негодования.

— Ну, папочка, — вскричал он, — ты выбрал себе замечательного компаньона! Давай, жди, когда он тебя озолотит и осыплет благодеяниями. Только чур я не виноват, если ты скоро окажешься на улице голодным, босым и бездомным. А к тому идет!

— Что ты несешь! Тебе не нравится, что я сам о себе позаботился? Не можешь вынести успеха собственного отца?

Зак уже не слушал, он вышел на улицу, на ходу доставая из кармана ключи от машины.

Отец выскочил вслед за ним на крыльцо и закричал:

— Вот увидишь, скоро я стану поважней тебя! Картер говорит, что мы с ним провернем еще несколько подобных дел, которые принесут солидную прибыль. А ты будешь сидеть под каблуком у капризной бабенки и ее пузатого папаши! Ты для них — лишь средство осуществления их политических планов.

Зак оглянулся и недоуменно уставился на отца.

— Что за бред, черт возьми? — спросил он.

Джордж Смит стоял на крыльце в позе победителя, скрестив руки на груди. Он просто упивался тем, что наконец-то по-настоящему уязвил своего гордого сынка.

— А ты не знал? — ехидно усмехнулся старик.

— Что?

— А то, что твоя грудастая блондинка мечтает о том, что благодаря смазливой физиономии и пробивным способностям ты сможешь получить место в Конгрессе. Иными словами, она и ее предок собираются сделать из тебя республиканца и засунуть в большую политику. Вот для чего ты им нужен.

Закончив эту короткую речь, отец расхохотался, довольный тем, что обескуражил Зака. Тот молча сел в машину и задумчиво, уже без злости смотрел на старика через ветровое стекло. Без сомнения, он говорил словами Картера. Откуда бы Джорджу Смиту знать о планах Лу-Энн и ее отца?..

Зак завел мотор и рванул с места. Настала пора объясниться со своим заместителем.

Анни открыла входную дверь, ожидая увидеть шерифа. На пороге стояла пожилая женщина в светлом летнем костюме. Это была медсестра из больницы. Анни, привыкшая видеть ее в форме, не сразу узнала ее и замешкалась с приветствием.

— Джерт! — наконец воскликнула она удивленно. — Что вы здесь делаете?

— Вот услышала о вашем несчастье от одной своей знакомой. У меня сегодня выходной, и я подумала, что надо бы к вам заехать. Ведь у вас наверняка забот полон рот, а тут еще за вашим сварливым стариком надо приглядывать. Так что я запросто могу помочь.

Анни улыбнулась, испытывая благодарность к этой пожилой женщине, которая, несмотря на внешнюю суровость, кажется, питала к Трэвису более чем просто дружеские чувства. Анни обратила внимание на это еще в больнице, но не придала особого значения.

Джерт слегка покраснела, словно догадавшись, о чем подумала Анни.

— Входите, пожалуйста, Джерт. Я не совсем уверена, обрадуется ли вам папа, но лично я очень рада вашему приходу, — просто и искренне сказала она.

— Спасибо, — кивнула ей Джерт и прошла в комнату. — Что у нас тут происходит?

Она остановилась возле Коуди, лежавшего на диване. Он, приподнявшись на локте, удивленно смотрел на медсестру.

— А, так ты тот самый ненормальный, который пытался потушить пожар на тракторе? — спросила Джерт, хитро прищурившись.

Коуди строго взглянул на Анни.

— У меня такое впечатление, что появление этой женщины как-то связано с пижоном, — сказал он, криво усмехнувшись. — Впрочем, может, я и ошибаюсь.

Анни не обратила никакого внимания на его слова. Она подумала, что Джерт слишком опрометчиво предложила свои услуги: теперь ей придется заниматься двумя пациентами с тяжелым характером.

— Это Коуди, мой деверь, — представила она его медсестре.

Джерт закивала головой.

— Знаю, знаю. Слышала о Коуди-чудаке, как вас называют в городе.

Коуди ничего не ответил, и Джерт уселась на стул рядом с ним.

— И вся эта история про трактор правда? — снова спросила она.

Он тяжело вздохнул, понимая, что эта настырная женщина не отстанет от него, пока он не ответит на ее вопрос.

— Да, правда. Я всего лишь хотел прорыть траншею, чтобы предотвратить распространение огня. К сожалению, было уже поздно, — обстоятельно объяснил Коуди.