Чтение онлайн

На площадке из выровненного граблями песка тут и там торчали из земли покрытые мхом валуны. Каменные светильники были расставлены по обеим сторонам дорожки, которая вилась по росистой лужайке мимо сучковатых кустов к стоящей на возвышении беседке с соломенной крышей и решетчатыми стенами. Через открытый арочный вход Сано увидел высокую, стройную фигуру Янагисавы. Канцлер расхаживал взад-вперед, его шелковые халаты мели каменный пол. Увидев Сано, он остановился и знаком пригласил его войти. Сано ступил в беседку. Они поклонились друг другу, а детективы Сано и солдаты Янагисавы остались ждать чуть поодаль.

— Благодарю вас за то, что так быстро откликнулись на приглашение, — произнес Янагисава.

Он был подчеркнуто сдержан, однако во взгляде читались напряжение и растерянность, как у человека, испытавшего сильное потрясение. Сано понял: случилось нечто очень неприятное.

— Священник Рюко убедил сёгуна в нашей виновности? — Это казалось ему единственной возможной причиной вызова к Янагисаве.

Канцлер нетерпеливо махнул рукой, отметая предположение Сано, что он вызвал его ради объединения против Рюко и совместного спасения от опалы, изгнания или смерти.

— После того, как вы столь неожиданно покинули совещание прошлой ночью, — заговорил Янагисава, — мне удалось убедить сёгуна, что священник Рюко слишком поспешен в своих суждениях и мы заслуживаем еще одного шанса спасти госпожу Кэйсо-ин. — Он говорил так, словно это едва ли имело какое-либо значение, а стычка с Рюко утратила всякую важность. И снова заходил по беседке.

— Тогда зачем вы хотели меня видеть? — спросил Сано.

Янагисава с явным усилием заставил себя остановиться и повернулся к нему.

— От похитителей пришло письмо с условиями выкупа, — бесцветным голосом проговорил он.

— Что? — Сердце тревожно подпрыгнуло в груди Сано и забилось в бешеном ритме, запущенном волнением и страхом. Он во все глаза смотрел на Янагисаву. — Когда? Как?

Канцлер сунул руку за пазуху и вынул большой свернутый лист бумаги.

— Патрульный нашел письмо час назад, оно было приклеено к стене замка. Он принес его мне, поскольку является моим шпионом.

— Вы показывали письмо его превосходительству? — спросил Сано.

Янагисава шумно выдохнул.

— Пока нет. О письме еще никто не знает.

Факт, что канцлер утаил важную информацию от сёгуна, удивил Сано меньше, чем его решимость сначала поделиться новостью с ним.

— Но почему…

— Прочтите это. — Янагисава сунул письмо ему в руки.

В некотором замешательстве Сано развернул бумагу и увидел колонки иероглифов, написанных черной тушью в энергичной, изящной манере.

Сано почти не обратил внимания на стихи, которые показались ему полной бессмыслицей. Пораженный, он перечитал требование похитителей, покачал головой и взглянул на канцлера Янагисаву, который смотрел на него, явно с трудом сохраняя спокойствие.

— Похищение не нацелено ни против сёгуна, ни против вас, ни против меня, — сказал Сано. — Они действуют против Хосины-сан! — Этого никто не мог предположить. Все их версии, выстроенные при отсутствии улик, вели расследование в ошибочном направлении. — Мы не там искали подозреваемых!

— Это так. — Янагисава отвернулся от Сано и устремил взгляд в сад.

Утро медленно вступало в свои права, тени постепенно растворялись, окружающие предметы и цвета становились отчетливее. Сано ощутил некоторое облегчение, поскольку теперь понимал мотивы похитителей и представлял, как спасти Рэйко. И тут, мгновенно холодея от ужаса, он осознал, что условия выкупа ставят ее в гораздо большую опасность, чем ему показалось вначале.

— Что вы намерены делать? — спросил Сано, и мрачное предчувствие охватило его с новой силой.

Канцлер повел плечами, и этот жест показал, что он находится в крайне затруднительном положении. Как бы ему ни хотелось спасти госпожу Кэйсо-ин и выиграть битву за благосклонность сёгуна, возможно ли допустить казнь любовника? Сано понимал, что Янагисава, должно быть, очень печется о Хосине, иначе он давно бы отдал письмо сёгуну, а Хосина уже стоял бы одной ногой в могиле. Все еще не понимая, почему Янагисава решил таким образом сообщить ему о письме с требованиями выкупа, Сано увидел, что и сам оказался перед дилеммой. Он не мог допустить кровавой жертвы в обмен на женщин, но Хосина был его врагом, а на кону стояла жизнь Рэйко.

— Когда вы собираетесь рассказать об этом Хосине-сан? — спросил Сано.

— Прямо сейчас. Пригласите начальника полиции! — крикнул Янагисава своим стражникам.

Вскоре на дорожке появился Хосина, он шел легким шагом, одетый в бежевый шелковый домашний халат, из-под которого выглядывали голая грудь, щиколотки и ступни ног. Он зевал, веки были тяжелы ото сна. Увидев Сано, он остановился у беседки и заморгал, словно прогоняя сон.

— Что происходит? — спросил он, глядя на Янагисаву.

— Мы получили от похитителей условия выкупа. — Канцлер взял письмо из рук Сано и передал его Хосине.

— Наконец-то! — Хосина, по всей видимости, не обрати внимания на холодность Янагисавы, новость захватила все его внимание. Он взлетел по ступеням в беседку и в волнении развернул бумагу. Просматривая текст, он нахмурился, раздраженный бессмыслицей стихотворения. Потом дошел до условий выкупа, и Сано увидел, как у него потрясенно округлились глаза, а нижняя губа отвисла.

— Похитителю нужна моя голова! — поразился Хосина. — Это и есть причина преступления! — Он швырнул письмо на пол и тревожно взглянул на Янагисаву. — Но ведь сёгун не станет убивать меня, чтобы вернуть госпожу Кэйсо-ин, правда?

Янагисава отвел глаза от своего возлюбленного. Сано понимал, что сёгун, для которого мать дороже Хосины, ради нее не задумываясь убьет любого из своих вассалов. Эта жуткая мысль явно посетила и Хосину.

— Вы ведь не станете показывать это письмо его превосходительству? — выдохнул Хосина, хватая канцлера за руки. — Вы ведь не позволите ему убить меня ради своей матери?

Канцлер отнял руки и сжал его плечи.

— Я не могу вмешиваться в это из-за тебя. — Он со спокойным сожалением смотрел в глаза Хосины. — Все должно идти своим чередом.