Чтение онлайн

– Боже, какой он чудесный, Пол! Я всегда мечтала о таком доме.

– В нем будет хорошо летом и на уик-энды.

– Он просто восхитителен, Пол.

Ее рука лежала в его руке и он чувствовал, что её тело дрожит от волнения. Как у ребенка при виде дорогой игрушки. Дом стоял на невысоком, поросшем травой холме, полого спускавшемся к заливу Саунд. Белые жалюзи на окнах сверкали в лучах яркого солнца.

– Ты хочешь иметь такой дом?
– прошептал Пол.

– Но он стоит пятьдесят тысяч долларов, Пол.

Он поцеловал прядь её золотых волос.

– Стоит.

– Это ужасно дорого, - прошептала она.

– У меня есть такие деньги. И, кстати, скоро пятая годовщина нашей свадьбы, Джо.

– О, Пол... Она прижалась к нему, ласкаясь, как котенок. Он чувствовал, как она вся дрожит.
– Пол, ты слишком добр ко мне.

– К тебе нельзя быть слишком добрым, Джо.

– Любимый мой.

– Любимая.

Сидя в телефонной кабине, Пол вспоминал, как весело проводили они время в своем летнем доме. Компании на пляже, шутки, смех. Друзья, которые приезжали к ним. Артур и Грейс Мэдисоны. Билл Кадден.

Билл. Пол вспомнил, как Джо флиртовала, танцуя с Биллом. Пол улыбался, глядя на них, а потом попросту выбросил эти мысли из головы. Джо вела себя, как большой ребенок; ребенок, забавляющийся со своими игрушками. Позже они с Биллом посмеялись над этим.

И так же Пол смеялся вместе с Джо над Грейс Мэдисон. Когда Грейс однажды выпила лишнего и увлекла его за собой, подальше от остальных...

– Я давно хочу тебя, Пол.

– Давай лучше вернемся к гостям, Грейс.

– У Артура там свои интересы. Я думаю, он вполне доволен.

Пол позволил ей поцеловать себя - жадно, горячими влажными губами, а затем легонько отстранил от себя.

– Лучше давай вернемся, - настаивал он.

– И все-таки, рано или поздно ты уступишь мне, Пол.
– сказала она. Ее глаза лихорадочно блестели.
– Вот увидишь, ты станешь моим.

– Не раньше, чем я разлюблю Джо.

– Я подожду.

И затем она добавила:

– Когда ты разлюбишь Джо, то вскоре возненавидишь её.

Ее слова все ещё отчетливо звучали у него в голове, когда он услышал на другом конце провода голос агента по торговле недвижимостью. Пол почувствовал, что у него на лбу выступил холодный пот. Ему пришлось сделать усилие, чтобы заставить себя говорить.

– Мистер Кобб? Фрэнк Кобб?

– Слушаю.

– Это Пол Брант. Вы помните тот дом, который я купил у вас два года назад?

– Помню ли я его? Еще бы! Как я могу его забыть! Это просто позор, мистер Брант. Просто позор продать его за такую цену.

– Продать?

– Его собеседник на другом конце провода продолжал кипятиться, словно не слыша его.

– Двадцать пять тысяч за такой особняк! Вы, должно быть, крайне нуждались в деньгах, если отдали его за бесценок.

Пол молчал, прислонившись спиной к двери телефонной кабины. Он слышал, как агент продолжал говорить в трубку:

– Я хотел позвонить вам и поговорить с вами лично, но ваша жена не позволила мне это сделать. Она сказала, что вам и так слишком тяжело.

– Это она настояла на том, чтобы продать дом, - мрачно произнес Пол. Тем более, что он записан на её имя.

– Я так и догадался, но все равно хотел поговорить с вами. Я даже собрался приехать к вам домой, чтобы поговорить. Но ваша жена сказала, что вас нет в городе.

– Да, - с трудом выговорил Пол.
– Меня не было в городе.

– Позор. Просто позор. Разве нельзя было как-нибудь ещё раздобыть деньги? Почему обязательно продавать дом, вы могли бы...

– Вы уже успели продать его?
– прервал его Пол.

– Да. Так вот...

– Когда вы его продали?
– резко спросил Пол.

– Почти неделю назад. Полностью за наличные. Это заняло у меня всего пять минут и дело было сделано. Один телефонный звонок. Это просто грабеж. Это равносильно убийству, мистер Брант.

– Да, это и есть убийство, - эхом откликнулся Пол.

– По правде говоря, вы сейчас разговариваете так, будто не знали об этой сделке. Разве ваша жена вам не сказала об этом?

– Сказала. Она всегда обо всем говорит мне.

– Мне очень жаль, что я не смог обсудить это с вами. Уверен, что мы смогли бы что-нибудь придумать. Но я выполнял то, что велела мне миссис Брант. У меня просто не было выбора.

Пол ничего не ответил.

– А почему вы позвонили мне, мистер Брант? Насчет продажи? Вы передумали? Но ведь теперь уже слишком поздно, не так ли?

– Слишком поздно, - повторил Пол и повесил трубку.

Когда он вернулся к бару, бармен спросил его:

– Плохие новости, да? Вы выглядите так, будто собираетесь убить кого-то.

Пол не ответил. Уставившись перед собой, он молча пил виски.

Глава 3

Пол поднялся по каменным ступеням полицейского участка и вошел в полутемное помещение. Он обратился к сержанту.

– Я ищу Билла Каддена.

– Он там. В комнате следователей.

– Благодарю вас.

Пол пересек почти безлюдный вестибюль и остановился перед одной из стеклянных дверей. Открыл её и вошел в комнату. Он немного постоял, оглядываясь вокруг. В комнате было прохладно, стоял приглушенный гул голосов. В ней разместились восемь столов, абсолютно одинаковых - все одного размера, одинаковой формы и сделанные из одного материала располагались они в строгом порядке.

За одним из столов седой полный мужчина с утомленным видом усиленно делал вид, что внимательно слушает женщину с изможденным лицом. Время от времени он кивал головой и, наклонившись вперед, записывал что-то в маленький белый блокнотик. Наискосок от него худощавый смуглый молодой человек разговаривал по телефону, откинувшись на спинку стула и балансируя на двух ножках. Пол обвел взглядом остальных следователей, каждый из которых был занят своим делом, а затем посмотрел на желтую доску объявлений, висевшую на стене. Легкий ветерок проникал с улицы через открытое окно и шевелил бумажные листочки, приколотые к доске.

Снаружи доносился уличный гул. Изредка оттуда врывались сердитые гудки автомобилей.

Заприметив Каддена, который сидел за столом у окна, Пол подошел к нему.

– Билл?

Тот поднял глаза от бумаг, медленно поднялся, лицо его расплылось в широкой улыбке.

– Пол. Привет, Пол Брант.

Они обменялись крепким рукопожатием. Кадден был ростом пониже Пола, коренастый, крепкий. У него были рыжие коротко постриженные волосы. На щеках играл румянец. Его светло-голубые глаза дружелюбно искрились. Губы были пухлые и толстые.