Чтение онлайн

Слуга стоял с открытым ртом и хлопал глазами, пока его хозяин пытался подняться, держась за стену.

— Проблема решена, — хлопнул его по плечу.

Я был доволен собой — убил сразу двух зайцев. Подопытных для тестирования отложенного смертельного яда у меня не было, а тут удачно подвернулся маг. Отличный экземпляр. Да, источник и каналы у него в отвратительном состоянии после разгульного образа жизни, но так только интереснее.

Решив, что с Разумовым покончено, я направился к конечной цели моего визита — в Томск, к особняку Булкина. Сумерки уже давно сменились непроглядной ночью, когда я подъехал к внушительному зданию, сияющему множеством огней.

Охранник у ворот окинул меня цепким взглядом.

— Чем могу помочь, господин? — поинтересовался он, держа руку на рукояти меча.

— Барон Магинский. Я к Гавриле Давыдовичу Булкину, — представился. — Примет ли он меня в столь поздний час?

Охранник поклонился:

— Сейчас узнаю, господин барон. Подождите, пожалуйста.

Он скрылся в домике у ворот, а через несколько минут вернулся с явно изменившимся отношением.

— Господин Булкин будет счастлив принять вас, — воскликнул с таким энтузиазмом, словно Гаврила Давыдович лично пообещал ему премию за создание нужного настроения. — Проходите, вас проводят.

Ворота распахнулись, и к моей машине подбежал слуга в ливрее, расшитой золотыми нитями.

— Прошу за мной, господин барон, — пропел он с масляной улыбкой.

Меня провели через сад, где фонтаны, несмотря на ночное время, били разноцветными струями, играя светом магических кристаллов. Оставили в гостиной, попросили подождать. Через пять минут, в течение которых я изучал нелепую коллекцию статуэток обнажённых нимф на каминной полке, дверь распахнулась.

Гаврила Давыдович Булкин вплыл в комнату — именно вплыл, иначе не скажешь. Его лицо, круглое, как полная луна, расплылось в улыбке, обнажая ряд идеально белых зубов.

— Павел Александрович! — воскликнул он, протягивая руки для объятия, которое я умело избежал, перехватив их для рукопожатия. — Какая честь! Какая радость! В столь поздний час…

— Надеюсь, я не потревожил вас, Гаврила Давыдович? — спросил с вежливой улыбкой.

— Что вы, что вы. Для такого гостя у меня всегда найдётся время, — заверил он, жестом приглашая меня сесть.

Я хрустнул шеей и посмотрел на мужика.

— Вы уже в курсе, что целая армия будет охранять ваш особняк и рудник? — продолжал Булкин, устраиваясь в кресле напротив. — Его Величество оказал вам такую честь. Всюду только и разговоров, что о Магинском!

— Да, такая неожиданная… помощь, — я сделал вид, что польщён незнакомой мне новостью.

— Чаю? Вина? Может быть, чего покрепче? — предложил Булкин, щёлкая пальцами, на что тут же прибежал слуга с подносом.

— Благодарю, от чая не откажусь, — ответил я.

Когда с формальностями было покончено, перешёл к делу:

— Гаврила Давыдович, я хотел бы обсудить с вами вопрос наших деловых отношений.

— Конечно-конечно, — Булкин ещё больше оживился, его маленькие глазки заблестели от любопытства.

— Я высоко ценю наше сотрудничество, — начал я осторожно. — И хотел бы знать, насколько крепки деловые связи.

— О чём вы, Павел Александрович? — Гаврила Давыдович состроил наигранно удивлённое лицо.

— Если потребуется, и не дай бог случится такая ситуация, когда император или его люди начнут… прижимать мой род, — сделал паузу, внимательно наблюдая за реакцией собеседника, — могу ли я рассчитывать на вашу поддержку?

Булкин заметно напрягся. Его улыбка застыла, будто приклеенная, а в глазах промелькнуло беспокойство.

— Да что вы такое говорите? — пробормотал он, отводя взгляд.

— Но если вдруг… — продолжил я настойчиво. — Если вдруг возникнет необходимость, поспособствуете ли вы распространению информации о такой несправедливости среди аристократов, в том числе земельных?

Толстяк поёрзал в кресле, словно ему внезапно стало неудобно сидеть. Его лицо приобрело задумчивое выражение, а пальцы начали постукивать по подлокотнику.

— Понимаете, Павел Александрович, — наконец произнёс он, тщательно подбирая слова. — Я всего лишь торговец. Мой голос не имеет такого веса среди земельных аристократов…

— Но у вас обширные связи, — перебил я, — контакты по всей империи. Ваши караваны достигают самых дальних уголков страны.

— Да-да, это так, — Булкин прокашлялся. — Но противостоять воле самого императора…

— Я не говорю о противостоянии, — заметил в ответ. — Лишь о распространении правдивой информации.

Булкин задумался. Его внутренняя борьба читалась на лице. С одной стороны, страх перед имперской властью, с другой — перспектива выгодного союза с восходящей аристократией.

— Знаете, Павел Александрович, — наконец произнёс он, загадочно улыбаясь. — Я мог бы оказать вам такую услугу. Но я торговец, а не благотворитель. У любой сделки должна быть выгода для обеих сторон.

— И какую выгоду вы хотели бы получить? — спросил я прямо.

— Объединение наших родов! — воскликнул Булкин, будто эта идея только что пришла ему в голову, хотя я готов был поспорить, что он готовил речь заранее. — Это решит все проблемы. Денег станет только больше, связь — крепче, а я буду стоять за вас горой!

Я молчал, и Булкин продолжил, слегка понизив голос:

— Моя дочурка, Марусенька… Она образованная, воспитанная. Изучает медицинское искусство в столице. Все говорят, что красавица — в мать пошла, не в меня, — он засмеялся, похлопывая себя по внушительному животу. — Всего лишь пообещайте жениться на ней, и я за вас буду стоять горой. Не нужен никакой договор, я вам верю, ведь вы аристократ.

Дёрнул щекой. Выгода, конечно, большая — заручиться поддержкой одного из самых богатых имперских аристократов Томска. Но снова женщины… Да и жениться меня не тянуло. Хватило первой первой свадьбы и сюрприза от неё. — Что вы скажете? — продолжил давить Гаврила Давыдович, наклоняясь вперёд и пытливо заглядывая мне в глаза.

— Хо-ро-шо, — выдавил я из себя. — Только не сейчас.

Лицо Булкина расплылось в торжествующей улыбке.

— Конечно! Моя девочка учится на лекаря в столице. Прибудет через год.

— Отлично. Обещаю вам, — кивнул я, мысленно удовлетворённо хмыкнув.

Год… Это слишком много. За такое время что угодно может случиться. Да и я могу оказаться где угодно. Главное сейчас — безопасность и возможность давить на императора через земельных аристократов. А то я помню, как они хотели замолчать ситуацию с джунгарами и монголами под Енисейском.