Двойное небо
Шрифт:
— Что думаешь по этому поводу, Давид?
— Мне всё нравится, — скрывал свой восторг мальчик.
Его отец хмыкнул.
Остаток дня и вечер прошли отлично. Не знаю, что такого мог сделать бабушке ребенок, приехавший в гости, но с нами Давид вёл себя так же, как с первых минут встреси. Сперва, правда, стеснительно сидел на диване и искоса поглядывал на меня, но уже через час спокойно смеялся и начинал болтать со мной сам. Мы успели наиграться в «плойку», сбегать в магазин за мячом и покатать его по квартире, пока вышедший из своего кабинета Лев не скрестил руки на груди и не попытался выгнать нас на улицу. На площадке сегодня было жарко, а потому следующие полчаса Дава, которого почему-то никто так не называл, хотя он разрешил так обращаться мне, вместе со мной разглядывал коллекцию сумок, комментируя каждую примерно, как «В эту влезет целый компьютер! Но цвет, будто ей кто-то газон подметал» или «Сюда можно было бы положить термопасту. И хранить в шкафу, чтобы никто не видел, что у меня в розовом кошельке такая важная вещь хранится» или ещё «У моей учительницы из прошлой школы такая была. Мы шутили, что она в ней кальян носит, потому что от неё всегда так пахло» и, наконец, самое искреннее «Я такую видел в одном из дворов в этом городе. В нем ещё был цветок посажен. Может и в твою посадить?».
В общем, мы подружились. Тем более это было ни разу не сложно.
К десяти Давид уже лежал на застеленном диване, попросив не закрывать дверь в коридор, но я сделала лучше — нашла свой ночник, вставила в розетку и довольная пошла в спальню.
— В который раз жалею, что мироздание не сотворило тебя на десять лет раньше и не позволило нам встретиться в других обстоятельствах, — убрал на прикроватный столик книгу, которую читал, Лёва.
Я прикрыла дверь и направилась к шкафу, понимая, что выгнать кое-кого будет сложно, а значит придется переодеваться при нём. В любом случае бельё я снимать не планировала.
— К нему ты более терпима, чем ко мне, — продолжил мужчина.
Я нашла самую закрытую из моих пижам.
— Он ребёнок, — пожала плечами, — а ты должен понимать, когда можешь меня обидеть.
Лёва повел бровью.
— Допустим, — ехидная улыбка, — к слову, почему ты решила не учитывать этот факт при просмотре фильма?
Это мы делали втроём, а поэтому мужчина смотрел на меня осуждающе на каждой романтической сцена. То есть два долгих испепеляющих взгляда. За три часа комедии.
— Потому что на них обращал внимание только ты, — мне стало лень обходить кровать, и я срезала путь — перелезая через лежащего мужчину.
Слезть с него мне никто не дал, обвив руками и удерживая сперва навесу, а после в позе лёжа.
— Про музеи можно было не говорить — он уже с первых мгновений был согласен взять тебя в ближайшие родственники, — хмыкнул Лев, ведя рукой по моей спине вниз.
Я улыбнулась.
— Я, если честно, ждала копии Полины, и тряслась из-за этого первое время, — хихикнула я.
— Поля не плохая, — поджал губы мужчина, — она просто хочет внимания, которое к ней проявляли в детстве. А после того, как родился Давид, всё изменилось, и она пытается привлечь к себе тот же… интерес, что был в прошлом.
Я кивнула.
— И сама отказывается от общения с тобой, — поддакнула.
Лев нахмурился.
— Ей сложно, — произнёс, глядя в стену напротив.
— А тебе нет? — спросила я.
Злой взгляд стал мне ответом. Я не стала молчать:
— Тебе не кажется, что ты на меня давишь, как на тебя раньше давила твоя бывшая?
— Ты подумала об этом на фоне отношения к тебе Давида? — хмык, — он ребёнок, и он более чем восхищён тобой. Ты первая в его жизни женщина из семьи, которая слушает его, спрашивает о том, что его интересует, и схожа с ним по интересам. Ты возраста его сестры, а значит он не может ассоциировать тебя с взрослыми. Нам двоим стоит готовиться к тому, что в условно подростковом возрасте он будет влюблённо защищать тебя от меня.
Я села на него, разглядывая его лицо. Лёва решил исправиться:
— Мне не показалось, что я на тебя давил. Однако, в следующий раз, когда ты это… ощутишь, скажи мне об этом сразу.
Я наклонилась, чтобы оставить на его губах поцелуй.
— Идёт, — согласилась, отвлекшись от начатого на секунду.
Через мгновение он перевернул меня, нависнув сверху. Его губы нежно касались шеи.
— Второй день невероятно заманчивых нарядов на тебе, — смешок, — Камила, прекращай носить юбки. Они так сильно отвлекают меня, когда ты…
В дверь постучали.
— Пап, мама позвонила и сказала, чтобы ты вез меня обратно, потому что бабушка так сказала, — из-за двери.
— Заходи, — пока с меня вставал мужчина.
Давид показал нам телефон, сонно смотря на нас двоих.
— Отдай его мне, — забрал смартфон мужчина, — и иди спать спокойно. Я со всем разберусь.
Я могла лишь улыбнуться, пока мальчик задумчиво выходил обратно из комнаты.
— Это потому, что я занял комнату и диван? — вернулся он, глядя на Лёву, — вы спите вместе и мешаете друг другу?
Сперва я даже не поняла.
— Нет, — ответил ему отец, — мы привыкли ночевать вместе. А теперь шагай спать.
— Почему ты думаешь, что мы мешаем друг другу? — заглянула в засветившийся экран я.
«Бабушка» — высветилось, сбившись звонком от «Мама». Лев ушёл в свой кабинет, чтобы поговорить с ненормальными родственниками.
— Потому что папа так говорил, когда я ещё в… не помню каком классе узнал, что у моего друга Андрея, про которого я тебе рассказывал, помнишь? У него мама с папой спят в одной комнате, — странный взгляд от него, — как вы сейчас.
Из кабинета раздался строгий тон его папы. Я поджала губы.
— Садись, — похлопала по кровати рядом с собой, — знаешь, всё так сложно. Твои мама и папа тоже, наверное, когда-то спали вместе, но потом они поняли, что друг друга не любят, из-за чего и разошлись по разным комнатам. А потом твоя мама встретила того, кого она любит, а твой папа меня. Ты же сам это понимаешь. Тебя это расстраивает? То, что со мной твой папа ведёт себя по-другому?
Мальчик кивнул, а после будто опомнился и замотал головой. Я улыбнулась.
— Немного, — сдался он, — но я не Полина, и вижу, что папу мама не любит. А значит он не виноват, — он надул губы, — не только он. И они всегда были в разных комнатах, — просящий взгляд мне в глаза, — значит они никогда не…
Он смутился.
— Может быть Полина как раз и видела, как они были вместе, и считает, что всё может снова стать так? Поэтому она винит во всём твоего папу — он же первый ушёл.
Давид мотнул головой. Я не поняла.
— Иногда папа был с нами, а она уезжала… — он услышал злые шаги Льва и встал резко, будто никогда не смел сидеть на этой кровати.