Чтение онлайн

— Черт! Но там нет дороги. Они не проедут. Мы проверяли. Что они задумали?

Ответа не последовало.

Татьяна обходила дорогу, ведущую к усадьбе Зарецкого, лесом. На этот раз она не решилась угонять машину, но и миновать посты на дороге, идя напрямую, ей не удалось бы. Пришлось делать крюк.

Она старалась держаться окраины леса, чтобы вновь не заблудиться. При ее плохой ориентации и незнании местности ничего не стоило угодить в болото или свалиться в яму. Таня рассчитывала выйти к дому Зарецкого с тыльной стороны.

Она еще не знала, как сумеет преодолеть четырехметровый забор, но была уверена, что справится с любым препятствием. Цель оправдывает средства.

Стрелки часов приближались к полудню. Она не торопилась. Раньше наступления темноты никаких действий предпринимать не следовало. Дом профессора находился под зорким наблюдением. Те, кому надо, знали, что она ушла от Зарецкого вчера днем, но никто не должен знать, что она вернулась.

Тропинка вывела ее к кустарнику, и она увидела ряд шикарных строений.

Крайний дворец принадлежал профессору, Между ней и домом была поляна в две сотни метров.

Если она пойдет лесом, то ей придется описать дугу в лишние полкилометра и она окажется там, куда стремилась.

То, что произошло дальше, можно сравнить с падающим на землю метеоритом.

Из-за забора появился микроавтобус Вихрова. Машина выскочила на скошенное чтоле и направилась прямо на нее. Татьяна застыла на месте. Они не могли ее видеть и не могли знать о ее местонахождении. Машина скакала по кочкам и быстро приближалась к опушке.

Женщина присела на корточки и не могла пошевелиться. Ноги начали дрожать. Она сунула руку в карман и достала пистолет.

Микроавтобус вкатил в лес в десятке метров с левой стороны от ее укрытия.

Машина остановилась у березовой рощи, где проезд перегородил частокол деревьев.

Захлопали дверцы, и на землю спрыгнули трое. Она их видела и всех узнала.

Ее никто не мог заметить, и вряд ли этих людей интересовало что-то, кроме собственных забот. Из машины достали лопаты, а потом вытащили носилки. Кто на них лежал, понять было трудно. Обычный мешок, черный, блестящий, но тут же стало ясно, что кроется под черной оболочкой.

Двое взяли носилки и потащили лес. Вихров шел сзади и нес лопаты. Таня не могла себя заставить двинуться с места, набраться смелости и проследить за шествием.

Ее терзали сомнения и мучило любопытство, но если ее обнаружат, она не сумеет сбежать или оказать сопротивление. Пистолет вселял в нее определенную уверенность, но выстрелить в человека жена полковника не была способна.

День выдался богатым на сюрпризы. Спустя минут семь она увидела новую картину. Двое мужчин появились на опушке в том самом месте, где стоял микроавтобус. Они старались остаться незамеченными, пригибались к земле, перебегали от одного дерева к другому и пытались не шуршать листьями. У одного из них была перевязана рука. Она уже успела забыть о Трошине, но он вновь вырос из пепла, как сказочная птица Феникс. Такой скорее сдохнет, но своего не упустит.

Татьяна не выдержала. Испытания оказались выше ее сил, и она медленно начала передвигаться в глубь леса, придерживаясь значительного расстояния, как опытный охотник, наблюдающий за зверем, зная, что ветер может донести его запах до хищника.

Глубокую могилу рыть не стали. Мешок бросили в яму, присыпали землей и заложили дерном. Работали молча, уходили не торопясь. И словно по заказу один из могильщиков, таскавший дерн, забыл свою лопату, прислоненную к дереву.

Вскоре послышался звук автомобильного мотора, который постепенно затерялся где-то вдали.

Когда могильщиков сменили кладоискатели и Трошин со своим напарником принялись за работу, Таня подобралась ближе, потом еще ближе, и конечной точкой стал куст дикого шиповника в десяти метрах от эпицентра событий.

Трошин укладывал дерн в штабель, а Зданович копал. Со своей задачей они справились быстро. Вскоре черный мешок лежал на траве.

— Вскрывай, Валера, — приказал Трошин. Молния на мешке разъехалась. Перед ними лежал труп Сарафанова.

— Опоздали! — заключил Зданович.

— Он не мог умереть под присмотром Зарецкого, а это может означать только одно: конкуренты выбили из банкира тайну клада, а потом прикончили его. Нам надо проследить за ними.

— Их уже не догонишь, а следы убийства найти нетрудно. Мы это сейчас проверим.

Трошин его не слышал, он набирал номер на телефонной трубке.

— Але, Яша. Машина Вихрова двигается к шоссе. Перекрой выход. Вихров мне нужен живым. Сарафанов убит. Кроме Вихрова, никто знать о тайнике не может. Не задень его.

Трошин сунул трубку в карман.

— Кто-то еще работает с нами?

— Конечно, Валера. Я выставил заслон возле шоссе.

Зданович выпрямился.

— Зачем же тогда мы тебе понадобились?

— Не нервничай. Денег на всех хватит. Но мы не можем позволить себе провалить операцию. Это дело всей моей жизни. Осмотрим труп и уходим. Нам надо присоединиться к моей команде. Если они возьмут Вихрова, то дурь из мужика придется выбивать по горячим следам, не давая ему опомниться.

Зданович сомневался. Впервые он не поверил Трошину. А почему, собственно говоря, он верил ему раньше? Мальчишество! Зачем он ему нужен? Глупец! Считал себя умным человеком и попал под влияние обаятельного афериста, который готов перерезать глотку каждому, кто перебежит ему дорогу.

— Не теряй времени, Валерий!

Он вынужден был подчиниться. Они не в парке Сокольники и не гуляют по Красной площади. Здесь его не пошлешь к черту. Здесь место, где хоронят людей и присыпают землей, а через месяц выпадет снег, и к весне талые воды превратят труп в кости, если этого не сделают раньше черви и муравьи.

Зданович вновь склонился над трупом.

— Три пулевых ранения я вижу. Обработаны идеально. Так, словно пули высосали из тела, а не резали его. Ты прав. У такого врача пациенты не умирают сами. Давай перевернем его и посмотрим спину. Могу с уверенностью сказать, что Сарафанов умер пару дней назад, а не сегодня. Может быть, ты ошибаешься насчет Вихрова?

Труп перевернули на живот. И вдруг оба отпрянули, будто под телом зашипела подколодная змея.

— Что это? — воскликнул Трошин.

Когда покойника сдвинули с места, парик остался лежать на мешке и перед ними блеснул оголенный затылок мертвеца.

— Господи! Зачем его обрили?

Зданович уже забыл об опасности. В нем проснулся врач, специалист, который должен дать точную оценку случившемуся.

— Банкиру делали трепанацию черепа. Причина не ясна. Ранений головы не было. Дай мне нож, — Что? Нож?