Дьявол на плече
Шрифт:
Я забеспокоился о здоровье малыша, но не успел ничего предпринять, потому как мальчик, стянув шарф со своего лица, заставил меня оцепенеть, открыв мне, как я поначалу подумал, жуткие шрамы на своем лице. От кончиков рта они тянулись до самых ушей. Когда он медленно приоткрыл рот, пытаясь что-то сказать, стало понятно – никакие это не шрамы, никакой это не рот.
Челюсти расходились все больше и дальше друг от друга. Кожа лица, словно молния, расползалась вдоль шрамов, обнажая пасть, заполненную несколькими рядами белоснежных клыков.
Когда он бросился на меня, я, встрепенувшись, проснулся.
Лерочка стояла рядом, заглядывая в мои уставшие глаза.
– Ты чего пугаешь!
– Ты что, уснул?
– Да я просто глаза прикрыл.
– Да ты разве что не храпел!
Смех Лерочки моментально поднял мое настроение.
Растерянно оглядевшись, я, протирая глаза, попытался вспомнить, что мне могло такого присниться, но вместо этого обнял Лерочку и нежно поцеловал ее. Скорее, даже не поцеловал, а легонько прикоснулся своими губами к уголку ее рта. Она засмущалась, и на ее пышных, румяных от мороза щеках проступили ямочки.
– Ну что? Пойдем?
– Слушай, насчет этого… ну… тетя… она сейчас написала…
Я понял все без слов. По-видимому, я расстроился настолько, что все переживания тут же очутились на моем лице.
Лерочка обняла меня и игриво пощекотала кончиком носа мой подбородок.
– Извини. Совсем расстроился?
– Да нет. Я не расстроился. Просто устал за сегодня. Мне же зуб удалили. Хочешь покажу?
Немного приоткрыв рот, я потянул себя пальцем за щеку и игриво протянул: «А-а-а».
– Фу, нет! Убери!
Смеясь Лерочка, оттолкнула меня и шлепнула по плечу.
Остаток свободного времени мы провели в кафе. Она заказала капучино. Я же, попробовав сделать глоток из ее чашки, обнаружил, что вся челюсть превратилась в комок затвердевшего теста, который при желании можно размять, но делать это придется через невыносимую боль. Потому я заказал круассан с миндальным кремом и бутылку простой воды. Бутылку я попросил достать из самого дальнего угла холодильника, а круассан заказал для Лерочки, чтобы не выглядеть как скупердяй.
Мы немного поговорили об учебе, новых фильмах и общих знакомых. Вечер был приятным, но, когда она начала есть круассан, от которого поначалу отнекивалась, ссылаясь на фигуру, я увидел, что она также расстроена тем, что нам не удалось побыть наедине. Это огорчило меня еще больше и, несмотря на свой практически опустевший кошелек, я пригласил Лерочку в кино, чтобы хоть как-то скрасить вечер. Может, мы сможем хотя бы пообниматься там?
Лера отказала, сначала указав на часы, а затем на мою опухшую щеку.
– Тебе надо как следует выспаться!
Что тут сказать? Она была права.
***
Проснувшись на следующее утро, я обнаружил, что тяжесть, сковывающая половину челюсти, распространилась на обе стороны лица. Подойдя к зеркалу, я попытался раскрыть рот и осмотреть место, где еще вчера находился больной зуб, но мышцы лица сводило настолько сильно, что я едва мог приоткрыть рот.
Конец ознакомительного фрагмента.