Дьявол в сердце
Шрифт:
Грудь начала твердеть… Между ног разлился лихорадочный жар… И всё затянуло, будто в воронку…
Нет… Нет, нет… Выйди из моей головы… Из моего сердца… Я тебя ненавижу, Камиль…
Неожиданно слышу звук входящего… Смотрю на экран и понимаю, что он перезванивает мне… Всё нутро сразу же сжимается. Я просто лежу на кровати и не шевелюсь, гипнотизируя одиннадцать особенных цифр его номера… Слава Богу, звонок только один. Но даже от него каждый мой нерв обуглился… Сумасшествие…
Я даже не знаю, как уговорить себя спать…
Я не знаю, потому что верчусь на кровати и думаю далеко не об этом… И лучше мне не анализировать… Потому что я хочу себя трогать… Трогать не так, как это делает Гордей… А так… Как меня трогал он. И мне так хреново из-за этого…
Чтобы не допустить подобного унижения я спускаюсь на кухню и внезапно слышу звук подъезжающей машины… Ура… Отец вернулся… Наконец-то…
Пока делаю нам кофе, он уже заходит в дом.
– Ой… Насть… Не спишь тоже? – спрашивает, растерявшись.
– Да, что-то не спится… Присоединишься? – улыбаюсь, хотя на душе так погано, что хочется выть.
– Конечно… Сейчас. Только руки помою…
– Пап…?
– М?
– Сахар один?
– Ага… Спасибо…
Он уходит, а я ношусь по кухне, доставая всякое из шкафов… Мне нужно сладкое… Много и много сладкого… Чтобы мозг не требовал других эндорфинов… Господи…
Сажусь есть хрустящие шоколадные палочки в ожидании папочки, и когда он наконец возвращается вытягиваюсь на стуле струной.
– У тебя всё хорошо?
– Да… Ага… Пап… А ты видел коробку, которую…
– Видел, – помешивает он кофе, присев напротив меня и опустив взгляд.
– Что… Думаешь…
– А что тут думать? Ирина разбирала вещи… Вернула мне кое-что… Тут не о чем думать… – говорит он, чем сильно меня огорчает. Я по его виду вижу, что ему не всё равно. Но он точно уверен, что между ними больше ничего не получится… И мне так надо… Мне давно уже надо… Но я каждый раз ведусь… Год прошёл, а я снова как дурочка открыла сердце… Лишь бы только услышать его голос. Со мной точно что-то не так.
– Пап… А если честно… Что произошло… Почему вы разбежались…
– Насть… Так бывает… У людей не клеится. Даже вы с Антоном разбежались… Сама ведь уже понимаешь, как это работает…
Да, вот только к Антону я ничего не чувствовала… А если брать в расчёт Камиля, речь об измене… И только.
– Если бы была возможность увидеть её… Поговорить… Ты бы хотел?
Он так тяжело вздыхает и смотрит на меня с огорчением мотая головой.
– Думаю, нет. Это бы только сильнее всё сломало. Надо жить дальше, дочка. Всё в прошлом…
Когда он говорит так… Он будто и о маме тоже… Но мы так давно не поднимали эту болезненную для нас обоих тему…
Мы ещё час сидим, просто говорим и пьём уже давно остывший кофе… А потом я иду к себе и снова проваливаюсь в пучину отчаяния… Ведь стоит зайти на порог, мне кажется, что он зайдёт следом за мной… Он просто воткнулся в моё сердце, как стрела… Основание выдернули, а наконечник остался… И я никак не могу достать его… И внутри болит, конечно. Сильно болит.
Уснуть мне удаётся только часа через два… И я горжусь собой, что не стала так унижаться и трогать себя, думая о нём. Я реально себя хвалю.
Только в итоге и это меня не спасает, ведь он снова мне снится… Снится и снится без остановки…
***
Утром нужно собираться в универ и всё начинается по новой… К половине восьмого за мной должен заехать Гордей, а я совершенно разбитая… Но в итоге удаётся разбавить свой ужасный образ красивым платьем и уложенными волосами… Даже синяки на глазах не так сильно видны…
– Привет… Какая красивая сегодня… Праздник?
– Ага… Мой День Рождения, – издеваюсь я, но точно знаю, что он-то как раз точно помнит, когда у меня в семье любой из подобных событий. – Просто не выспалась… Хотела скрыть всё это красивым образом…
– Тебе удалось, конфетка, – целует меня в щеку. – А чего не выспалась?
– Да по учёбе делала кое-что, – лгу я и буквально чувствую, как на меня накатывает волна стыда… Боже, я такой ужасный человек. Такой отвратительный. – Поехали?
– Ну, поехали, малыш…
Пока едем до универа Гордей рассказывает, что делал вчера вечером… И просто вскользь добавляет…
– А ещё я заказал тебе мебель… Полки, шкафы, кожаный диван… Для магазина…
Смотрю на него и не моргаю.
– Гордей. Ну…
– Что? Тебе точно понравится… Всё в светлых тонах. Консультировался специально… Зеркала и всё остальное ты обязательно выберешь сама, обещаю.
– Дело не в этом… Ты снова тратишь на меня баснословные деньги. Вот и всё… И меня это злит, разумеется… Потому что я не хочу тебя разорять и… – замолкаю я, а он вздыхает.
– И за меня замуж… Да? – спрашивает, даже не глядя на меня… Сжимает руль и сканирует дорогу, играя желваками.
Мне так больно внутри… За то, что его обижаю… И когда он довозит меня, он даже не реагирует на мои попытки извиниться.
– Гордей… Посмотри на меня… Пожалуйста…
– Насть, всё хорошо. Иди на занятия. Опаздываешь уже…
– Гордей… – хмурюсь я в ответ и касаюсь его лица. – Ну, посмотри…
Он, наконец, оборачивается и я замечаю в его глазах полопавшиеся капилляры. Хоть они и не слезятся, но я отчётливо понимаю, что ему неприятно и обидно…
– Прости меня…
– Насть… Иди, ладно? Вечером нужно будет приехать в магазин… В шесть. Будет доставка. Я тоже подъеду.
– Хорошо…
Я обнимаю его на прощанье и ухожу… Едва оборачиваюсь, как он уезжает, и мне ничего не остаётся, как идти на лекции…
Конечно, там девчонки меня отвлекают. Тарахтят без умолку. Расспрашивают обо всём. В том числе, согласилась ли я на предложение… И про магазин тоже…
В общем, скучать не приходится. И они снова меня осуждают… Честно, я чувствую себя и впрямь самой гадкой на свете женщиной.
В районе трёх мне приходит сообщение от Гордея.
«Настюша… Там доставку перепутали, подъедут к четырем. Можешь встретить? Я не могу сейчас никак. У меня большая партия оборудования».
«Я поняла, конечно. Я встречу. Обнимаю».