Дьявол в сердце
Шрифт:
– Твой отец там, походу, уже в ахере от нас… Хорошо хоть хрен этот за стенкой уехал…
– Камиль, блин! – наезжает она, ударив меня. – Хватит обзывать его!
– Да он урод! Знаешь, чё он базарил мне, когда я ему звонил?!
– Ты ему звонил? Он не говорил… – удивляется она. Ещё бы он ей сказал.
– Звонил, каэш. И он сказал, что вы вместе. Что помирились…
– Блин… – куксится Настя. – Извини… Просто он, наверное… Хотел…
– Хотел вернуть тебя здесь… Выбросив меня за поле…
– Я не хочу это комментировать… – с грустью вздыхает она, прижавшись ко мне. – Прости меня… Я даже не думала, что ты у меня такой хороший… Такой честный и добрый…
– Да? А какой я… Как ты думала? Беспринципная сволочь?
– Ну… – хихикает она, а мне вот прям реально обидно… За всё это время я ни разу не давал поводов в себе сомневаться. Да, я не евнух, но в отношениях с Настей я ни разу не изменял. А она всё продолжает так себя вести… Хотя я тоже ревную… Вообще не понимаю, нормально ли это… Но мы с ней как две взрывные волны… И если уж начинаем бычить друг на друга… Удар не сглаживается, а наоборот бьёт с двойной мощью по нам обоим.
– Не хочется уезжать…
– А мне наоборот… Поскорее бы вернуться. Обожаю наш город. Мне там проще, – задумываюсь я. – И не в людях дело… Просто обстановка… Атмосфера. Мне там кайфово…
– Ну вот… Мы и тут разные, – улыбается она, поцеловав меня в солнечное сплетение, и я тут же вздрагиваю. – Хочешь фрукты?
– Можно… А ещё… М… Взбитые сливки…
– Островский, зачем? – тут же реагирует, подняв на меня взгляд.
– Хочу тебе всю пизду ими измазать…
– Камиль! – верещит она, психанув и начав одеваться, а я ржу.
– Успокойся… Я пошутил… Хотяяяяя…
– Вот уж нет… Фетиш с едой… Не моё…
– Ты не пробовала просто… – отвечаю я уверенно, и она сразу же смотрит на меня своим самым противным прищуром.
– А ты?
– Что я?
– Ты уже это с кем-то пробовал…
– Нуууу…
– Кобель! – тут же нервно встаёт с кровати и идёт в ванную, а я догоняю.
– Настя… Это, блин, шутка была… Успокойся… Капец ты ревнивая какая… Ещё хлеще меня… Оказывается…
– Я бы посмотрела на тебя, если бы у меня было до тебя тысяча партнёров!
Я тут же морщусь.
– Если бы у тебя был хоть один до меня, я бы тебе уже башку свернул… – улыбаюсь я, а она скрещивает на груди руки и смотрит на меня волком.
– И чем это, простите, мы с тобой отличаемся??? Почему тебе можно, а мне нельзя!
– Я мужик. Чем больше баб у меня было, тем больше опыта. А девчонкам надо наоборот быть невинными для мужа. Чтобы боялась на член смотреть до того, как тебя увидела…
– Я тебя сейчас ударю, – рычит она, а я лыблюсь. Даже слово «муж» от ревности не расслышала…
– Ты ничего не пропустила?
– В смысле… – смотрит на меня своими синими огнями и нервно хлопает ресницами. – Только то, что ты моральный урод!
– Вот спасибо!
Залезаю в карман сумки, что валяется на полу, и за секунду становлюсь перед ней на одно колено… Чувствую себя, как в какой-то тупой мелодраме… Которые моя Настя, кстати, тоже не смотрит и не любит… Но… Что-то я для себя из них подчерпнул ещё в детстве, когда Карина просила смотреть вместе с ней…
– Камиль… Ты чего…
– В общем… Моральный урод делает тебе предложение… – произношу, открыв перед ней коробку. А у неё, кажется, голова начинает кружиться, потому что она шатается. – Эй… Ты чего?
– Ничего… Что-то в глазах потемнело… Ты что… Ты серьёзно?
– Нет, конечно. Это пранк. Сейчас из шкафа выйдет оператор, а нас сольют на ру-туб.
Настя сейчас будто не понимает моего юмора. Уставившись на кольцо, сглатывает слюни и прикрывает полы раскрытого халата… И я понимаю, что пора говорить нормально… Всё, что думаю…
– Настя, я серьёзно… Серьёзнее некуда. Хочу, чтобы ты вышла за меня замуж… Знаю, мы ругаемся. Но я тебя люблю очень… Не хочу потерять… А всем известно, что чем дольше мужик моросит… Тем больше вероятность расставания… – уверенно произношу, заметив слёзы на её глазах. – Только не реви… Я тебя умоляю, малыш… Давай лучше празднично потрахаемся… Только без слёз…
– Ты такой козлина…
– Знаю…
– И вообще… Кто так делает предложение? Я не накрашена… У меня… Волосы торчат… И я хочу есть… А ещё у меня до сих пор в глазу твои жидкости…
Я начинаю ржать, а она реально плачет, вытирая уголки глаз.
– Прости…
– Так и… Выйдешь? Скажешь мне «да»…
– Скажу… Да, я выйду за тебя, Островский…
Я тут же поднимаюсь с пола, надев кольцо на её палец и целую её… Рад, что с размером всё подошло… Чувствую, что пал для неё на пол, только потому что это она. Готов покоряться… Хоть каждый день… Лишь бы знать, что любит меня одного…
– Но обещай мне одно… Что мы теперь всё друг другу рассказываем… Даже если что-то неприятное о прошлом… Пусть лучше из уст родного человека ранит, чем от других слушать… Хорошо? – спрашивает она, заглядывая в глаза своим самым невинным взглядом.
– Хорошо, обещаю…
Прижимаю её к себе и вдыхаю запах каштановых волос… Мы оба с ног до головы пропахли еблей…
– Нам бы помыться… Мы воняем… – ржу я, а она любуется переливающимся при комнатном свете камнем.
– Красиво… И мне пофиг, что мы воняем…
Я ещё крепче её обнимаю…
– Папа, наверное, будет в шоке…
– Он уже знает… И он вовсе не в шоке. Наоборот рад, что мы всё обозначили…
– Господи, ты серьёзно? – удивляется она, насторожившись.
– Да, конечно…
– И твоя мама знает?
– Конечно… А ты как думала? Твоему отцу сказал, а матери нет? Она первая узнала… – смеюсь я, скривив рожу. – Правда по другой причине, но не важно…
– Камиль… Что теперь будет с тем помещением? Там будто тайфун прошёлся…
– Господи, да сделаю я его… Я там разобрал немного, что мы насвинячили… Но потом всё исправлю, не бойся… Давно пора тачку продавать, я уже говорил… Сегодня кину на продажу…
– Эээээх, – вздыхает она с хитрым лицом. – Придётся искать другого мужика на мерседесе…