Чтение онлайн

Самсонов пожал плечами.

– Откуда мне знать? У профи свои причуды. Может, ему нравилось орудовать ножом.

Теперь оставалось провести обыск в квартире Веретнова и найти недостающие улики. Если, конечно, тот хранил их дома.

Самсонов достал мобильник, чтобы позвонить Башметову и сообщить о произошедшем, а заодно попросить ордер.

В палату заглянул один из оперов.

– Валер, пришла жена Малинина. Что ей сказать?

Самсонов представил, как объясняет женщине, что ее муж опять чуть не погиб.

– Андрей! – Он сделал Дремину знак выйти в коридор. – Иди поговори с ней, все равно ничем не занят. – После этого старший лейтенант отвернулся, чтобы не видеть полный негодования взгляд коллеги.

– Алло? – голос у Башметова был недовольный. – Валера, что у вас там вообще происходит?!

– Для того, Пал Петрович, и звоню, – ответил Самсонов. – Отчитаться хочу.

– Ну давай, хлопец. Рассказывай, как до такой жизни дошел!

– Похоже, Жженовой с друзьями-журналистами больше не придется тревожить ваш драгоценный покой.

– Серьезно? Твои слова бы да Богу в уши! Но давай детали.

Веретнов жил в двухкомнатной квартире на Московском проспекте. Из большого окна виднелся сквер с еще не вырубленными тополями и белыми скамейками. По дорожкам ходили собачники и женщины с колясками.

Самсонов сидел на подоконнике и наблюдал за тем, как команда Полтавина обрабатывает все вокруг в поисках отпечатков. Два человека ходили со специальными лампами так называемого черного света и проверяли невидимые невооруженному глазу следы.

– Вот. – Полтавин в своем пластиковом комбинезоне поставил перед старшим лейтенантом шахматную доску с расставленными фигурами. Ничего не напоминает?

– А должно?

– Посмотри-ка сюда. – Криминалист протянул раскрытую книгу «Алиса в Зазеркалье». – Тут и пометки имеются.

Самсонов взглянул на страницу, испещренную карандашом. Веретнов явно разыгрывал на доске партию из «Алисы».

– Одной фигуры не хватает, – прокомментировал Полтавин. – Угадай, какой.

Самсонов внимательно посмотрел на доску.

– Короля?

– Ага. – Криминалист взял фигурки ладьи, коня и ферзя. – Вот эти отличаются от остальных. Они из другого набора, так сказать. И я готов поспорить с тобой на любые бабки, что это не пластмасса и не дерево.

– А что? – машинально спросил Самсонов.

– Кость, Валера.

– Кость, – повторил полицейский. – Чья?

– Пока не знаю. Но подозрение имею.

– Человеческая, – проговорил Самсонов.

– Возможно. Проверю, конечно.

– Веретнов вырезал бедренную кость, чтобы сделать из нее шахматы.

– Думаю, да. Только с королем прокол вышел. Но тут особые обстоятельства. Малинин был в больнице, и времени на то, чтобы вырезать у него кость, у Веретнова не было.

Самсонов смотрел на три фигурки, и в голове у него вертелось слово «гештальт».

– Что еще обнаружили? – спросил он.

– Мобильник. Незарегистрированный. С него были отправлены эсэмэски с отрывком из стихотворения. В общем, все ясно.

Самсонов кивнул.

– Да, – сказал он. – Все понятно.

– Можешь садиться за рапорт. Я знаю, ты это обожаешь.

– Не то слово.

– Как, кстати, насчет пари по поводу кости? – прищурился Полтавин. – Человеческая или нет?

– Отвали!

Криминалист поднял руки, скрипнув пластиком комбинезона.

– Все-все! Уже отвалил. Раб идет трудиться!

Самсонов сидел дома за компьютером, составлял рапорт и просматривал бумаги по делу, чтобы ничего не забыть. За приоткрытым окном хлестал дождь, и в комнате было свежо.

Полицейский отпил глоток черного кофе и перелистнул страницу последнего отчета криминалистов. Кое-что его заинтересовало.

Во-первых, Полтавин писал, что на ноже, который Веретнов принес в больницу, не было крови Йорга, Бончовска и Цыплакова. Криминалист утверждал, что кровь должна была остаться, хотя бы в основании рукояти. Разве что Веретнов использовал для снятия кожи какой-то другой нож. Например, охотничий. Дома у него нашли несколько подобных клинков, но ни на одном крови не оказалось.

Во-вторых, на шахматах и мобильнике, с которого он отправлял эсэмэски, не было никаких отпечатков. Самсонов не понимал, как такое могло случиться: если человек держит такие улики у себя дома, он не заботится о том, чтобы не оставлять на них отпечатки.

В-третьих, старший лейтенант тщательно проверил список вещей, обнаруженных в доме Веретнова, и не нашел среди них набора инструментов для резьбы. Он позвонил Морозову, который руководил обыском, и уточнил, почему набор не включили в список. Тот ответил, что инструментов не было.

Эти несоответствия теперь не давали Самсонову покоя. Он не выносил, когда что-то выбивалось из общей картины, потому что понимал: такие вещи разрушают все, свидетельствуют о закравшейся ошибке.

Он сидел полчаса, обдумывая новые данные, пытаясь объяснить их то так, то этак. А потом снял трубку и позвонил в лабораторию Полтавину.

– Привет, это я. Можешь сделать кое-что для меня?

– Конечно, мой господин. Чего изволите? – Криминалист что-то грыз – наверное, очередной диетический хлебец.

– Проверь маску кролика на наличие биологической ДНК.

– И что мы ищем?

– ДНК Веретнова.

– На кой черт? Мы и так знаем, что маска его.

– А я хочу доказательств, что он надевал ее на лицо.

Полтавин фыркнул.

– По-моему, ты считаешь, что нам тут нечем заняться!

– Я серьезно. Мне нужен этот анализ.

Криминалист шумно вздохнул.

– Когда закончу с другими делами, – сказал он. – Не думаю, чтобы это было срочно.

– Могу подождать до завтра.

– Очень смешно! Чтобы ты знал, я через час ухожу домой.

Самсонов не стал спорить. Он знал, что Полтавин сделает тест.

– А хочешь пари? – предложил вдруг криминалист.

– Нет, и ты об этом отлично знаешь.

– Да брось ты, Валер! Беспроигрышный вариант. Просто хочу дать тебе возможность отыграться. Поставь против того, что на маске есть ДНК Веретнова.