Чтение онлайн

Мистер Дуглас расчертил белую доску маркером. Красным цветом он написал наверху слово “против”, рядышком зеленым — “за”.

— Итак, Рерайта и Карли я сразу заношу в левую колонку, себя в правую.

— Мой голос не учитывается, верно? — Джастин прижимал скрещенные руки к груди. — Голосование через две недели, я не успею вступить в наследство.

В кабинет с подносом в руках зашла миссис Дуглас. Разливая чай в чашки, она косилась на доску на стене.

— Ты приносишь такую пользу компании, Джастин. Я уверена, что контракт с тобой продлят. — Мэри протянула ему чашку.

— Спасибо, Мэри, — улыбнулся Джастин, — Но я не уверен. Покупая долю в компании, люди не приобретают долю ума бонусом.

— Купера, Грина и Бонамичи я сразу запишу под собой, — мистер Дуглас бегло писал на доске, — Я прощупал почву. Они не хотят тратить свое время на углубление в вопросы компании. Чтобы выбрать нового директора, необходимо изучать кандидатуры. Достойной смены, кстати, нет. Пока размер дивидендов растет, их всё устраивает. А Рерайт им неприятен.

— Митчела к Рерайтам добавь. Несколько месяцев назад он попросил взять его невесту в IT отдел. Эта дура полдня искала кнопку, чтобы компьютер включить. К сожалению, она всё-таки ее нашла, и удалила реестр клиентов. Я ее сразу уволил.

— Ну, тогда я к ним и Томпсона добавлю. Они с Митчелом как близнецы — везде вместе.

Мистер Дуглас отступил пару метров от доски, чтобы оценить целиком картину распределения голосов. Затем вернулся и записал в левую колонку еще одну фамилию.

— За голос Малиновски нужно побороться, его 5 % смогут создать перевес. Подумай, что мы можем ему предложить.

Против

Рерайт -10 %

Карли 10 %

Малиновски 5 %

Томпсон 5 %

Митчел 5 %

За

Дуглас — 10 %

Купер 5 %

Грин 5 %

Бонамичи 5 %

Миссис Андервуд 10 %

Коэн 25 % + 5 %

Посредине доски под всеми фамилиями Дэвид Дуглас написал крупно: Андервуд, и несколько раз обвел фамилию, сильно нажимая маркером. Он присел рядом с Джастином на диванчик и, хлебнув чая, резюмировал:

— Итого: 35 % голосов против 25 %. Миссис Андервуд и ее 10 % решают итог голосования. Она хорошо к тебе относится, но будет голосовать, как скажет Рерайт. Он меценат ее творческих проектов, к тому же они дальние родственники.

— Почему же он не купит ее долю? — Джастин поднес чашку ко рту, но та оказалась пустой. — Она говорила мне, что ей нужны деньги для открытия Академии актеров.

— Наверное, потому что она ее не продает.

— Ей давно не интересны дела компании. Она решила, что рождена для искусства. Я поговорю с ней, объясню, что с ее проектами не ладится, потому что она не готова отпустить старое. Как только Эирспарк отойдет в прошлое — ей откроются новые двери. А к новым дверям приложатся деньги от продажи доли. Я дам больше чем Рерайт.

— Согласен, ее можно убедить, — мистер Дуглас включил свет, предварительно опустив жалюзи, — Заметил, что стало раньше темнеть?

Джастин резко тряхнул головой в сторону, откидывал несуществующую челку.

— А зря не замечаешь. Нужно иногда останавливаться, заземляться, наблюдать. — Дуглас обвел рукой комнату. — Ум проясняется. Лучшие идеи, что до этого толпились за суматохой мыслей, выплывают на поверхность.

— Хотя, зачем я тебя учу, — продолжил он, — сам до этого дойдешь.

Джастин равномерно стучал пальцем по кисти, словно отсчитывал положенное количество секунд ожидания.

— Ладно, вернемся к делам, — мистер Дуглас присел на диван, — Хочу тебе напомнить, что купить долю недостаточно, нужно получить одобрение учредителей на сделку. А у нас нет большинства.

— Да, поэтому долю у миссис Андервуд купишь ты. Деньги я предоставлю. Некоторая сумма у меня есть, часть возьму в кредит.

— Джастин, но я не смогу передать тебе эту долю потом. Всё по тем же причинам. Большинство учредителей не одобрит.

— Я всё продумал, — Джастин воодушевился, — Ты внесешь долю как вклад в уставной капитал моей фирмы Старлегион на определенных условиях. Она спящая, но есть у меня на уме одна схема…

— Я не участвую в схемах, — голос Дэвида взлетел на резкую высоту.

Джастин скривил уголок рта. Он оглядел комнату. Белизну стен и мебели компрометировал желтый свет включенных светильников. Белая канцелярская доска, исписанная фамилиями учредителей, грубо вмешивалась в изящество золотистых рам, украшающих стены. Вдох. Выдох. Ум проясняется.

— Хорошо Дэвид. Извини. Но что же мне делать?

Мистер Дуглас открыл пальцем коробку из толстого дерева и достал аккуратную сигару. Лицо Джастина хранило мимику сожаления, но глаза с любопытством следили за собеседником. Дэвид не курил. Мистер Дуглас понюхал сигару, поворачивал ее и так и этак, словно проводил тщательный контроль качества табака. Положил сигару на место и громко хлопнул крышкой коробочки.

— Я поговорю с миссис Андервуд. А ты найди нужную сумму и пообщайся с Малиновски. После того как продлят твой контракт, ты приложишь все усилия, чтобы расположить к себе мистера Рерайта. Если всё получится, то у тебя будет 40 % доли участия. И я надеюсь, что к ним приложится бонусом благоразумие и осознание, что ты не умнее всех.

— Точно не умнее тебя, Дэвид — Джастин поднял чашку, словно хотел чокнуться с собеседником воображаемым бокалом шампанского.

Катя волновалась. После истории со спасением брата обида на Джастина затерлась. Придавленные чувства высвободились, расправились и заполнили сердце. Она была бы счастлива получить возможность стереть прошлое и любить: просто, по-женски. Без страха и опаски. Она была из того разряда женщин, которые хоть и способны успешно взбираться по ложной для них тропинке построения карьеры, но вянут без обычного женского счастья. Катя тянулась к Джастину, а он холодно отстранялся, словно обида-перебежчица переселилась к нему. Приходил как обычно поздно, тарелку с едой ставил возле ноутбука и продолжал работать. В воскресенье не вставал весь день с постели. К ней не прикасался, на вопросы отвечал односложно, беседу не поддерживал.

Сегодня под утро, когда утренний свет робко просачивался в слепую ночь, Катя упала с кровати. Джастин всю ночь теснил ее, то боком наваливался, то колено выставлял. Катя отодвигалась спросонья, пока не оказалась на самом краю постели. Джастин резко потянул к себе ее подушку и после секундного полета боль падения разбудил девушку. Сосед по кровати продолжал спать, уютно обняв руками подушки.

Катя волновалась. Джастин стоял посреди спальни и застегивал пуговицы на рукавах белой рубашки. Она подошла вплотную к своему мужчине. Она застегивала пуговицы на его рубашке, а он стоял, опустив руки, и смотрел на нее сверху вниз.