Чтение онлайн

###

Картинка медленно, как на фотографии, проявляется перед глазами. Я лежу на боку, рассматривая заброшенную детскую площадку под пожелтевшими клёнами: ржавая горка, разобранная песочница, качели с лужей. Мимо с включённой мигалкой проносится машина ДПС.

Интересно, что там произошло? Поднимаюсь на колени, встаю, отряхиваюсь. Иду, шатаясь, во двор за мигалкой. Посмотрю хоть издалека, что за цирк.

Гаишники зажали джип в тупике и пытаются вытряхнуть водителя из машины. Упрямый козёл ни в какую не хочет вылезать. Газует, надеется ещё, наверное, что удастся удрать. Наконец они вскрывают боковую дверь и за шиворот вытаскивают незадачливого водилу через пассажирское сиденье. Два амбала с резиновыми дубинками выволакивают брыкающееся тело из авто, выворачивают руки, кладут на капот, надевают наручники.

Странно, но кажется, я уже где-то видел эту задницу. По-женски широкая, но уж очень спортивная: одни мускулы, как у кобылы.

Гаишники отрывают девушку от капота, тащат к себе в машину. И тут я замечаю перекошенное лицо и сбившуюся, до боли знакомую, чёлку.

«Да ведь это Сандра!
– мелькает мысль.
– Как она тут очутилась?»

Подхожу ближе, рассматривая через стекло поникшее лицо Сандры. Гаишник, сидящий спереди, за рулём, поворачивает голову в мою сторону, выходит и идёт ко мне.

– Мы вызвали скорую. Как вы себя чувствуете?
– на его усатом холёном лице читается озабоченность.

– Нормально, - на самом деле у меня раскалывается голова и ужасно ломит плечо. Левая рука висит в кармане, как на перевязи.

– Мне нужно записать ваши координаты, - говорит он, доставая блокнот.

– Зачем?

Он удивлённо поднимает глаза.

– Нам понадобятся ваши показания, чтобы предъявить обвинение.

– Я ничего не видел. А что она сделала?
– вот козёл, а? Меня же ещё пытается втянуть в это дело в качестве свидетеля. Совсем оборзели!

Гаишник теперь уже растерянно пялится на меня.

– Она же вас сбила только что. Умышленно, судя по всему. Вы что-нибудь помните?

Я что-нибудь помню? Эта новость, как гром среди ясного неба, повергает меня в ступор. Я туплю секунд десять, но мозги у меня отбило не окончательно:

– Да...
– начинаю издалека.
– Мы с ней поругались сегодня. Это моя жена - Сандра. Отпустите её, пожалуйста, - начинаю канючить, как нашкодивший ученик, вызванный к директору в кабинет.
– Я сам виноват, это она из ревности, решила мне отомстить. Я ей изменил, вот она и разозлилась. Она же любит меня, поэтому так. И я её люблю, ну оступился раз, сами понимаете, с кем не бывает. Вы её не наказывайте, пожалуйста, - всё это я вывожу плаксивым испуганным голосом.

Гаишник смотрит на меня хмуро. Выражение лица меняется с сочувственного на злое.

– А если бы она случайного прохожего задавила?
– он быстро входит в роль директора школы. Видно, так просто от него не отделаешься.

– Она же только меня. Я ведь один был. И давить не собиралась, только припугнуть. В состоянии аффекта, понимаете? Видите, со мной всё в порядке, и ей тоже неприятности ни к чему, - я туповато улыбаюсь, как могу.

Он ничего не говорит. Возвращается в машину, долго совещается с напарником. Наконец оборачивается, снимает наручники с Сандры, говорит ей что-то. Ей два раза повторять не надо: она, как белка, выскакивает из машины.

Гаишники нервно газуют задним ходом, разворачиваются и уезжают со двора.

Я подхожу к Сандре, она стоит в коротком синем пуховике, тех же чёрных брюках клеш, остроносых сапожках. Потирает запястья, поправляет волосы.

– Муж?
– в её насмешливом взгляде нет и доли благодарности. Наоборот, она как будто злится на меня за причинённые неприятности. Сандра чуть пониже меня ростом, но смотрит всё равно что сверху. Буро-зелёные глаза полные ненависти презрительно сверлят меня насквозь. Мне не хочется думать о ней плохо:

– Можешь отвезти меня в больницу?
– я чувствую лёгкое головокружение, сейчас не время для разборок. И с рукой надо что-то делать.

Она критично окидывает меня взглядом:

– А сам что, не дойдёшь?

Разворачиваюсь и медленно бреду вдоль бордюра. Держусь изо всех сил, чтобы не упасть.

Всё-таки, она сука, эта Сандра! Каких свет не видывал. Зачем я только полез её спасать? Пускай бы сидела сейчас в обезьяннике.

– Витя, постой!
– она догоняет меня. Её голос наполнен испугом, виной и ещё чем-то материнским.
– У тебя кровь. Я думала, ты прикалываешься. Боже, что я наделала...
– хватает меня за руку, тянет за собой назад к машине, достаёт откуда-то платочек, прикладывает к затылку.

Неожиданно я почувствовал, как тёплые липкие капли крови щекочут шею, скатываясь по затылку за воротник. До этого мне казалось, что я в полном порядке.

Сандра утопила педаль газа, джип сорвался с места и полетел по улицам города. И пока мы ехали, она что-то взволнованно щебетала, а я почти не слушал её. В машине было тепло и уютно, и мне вдруг ужасно захотелось спать.

В таком полусонном состоянии она и доставила меня в 9-ую клиническую больницу.

###

В больнице мне поставили неутешительный диагноз: лёгкое сотрясение мозга, плюс перелом ключицы. Гипс накладывать не стали, класть в стационар тоже. Следующую неделю я провалялся в постели. Когда вставал, левую руку носил в повязке, спать приходилось на спине. По-прежнему кружилась голова, подташнивало, и во всём теле чувствовалась слабость.

Сандра взялась ухаживать за мной. Уж не знаю, то ли угрызения совести её заели, то ли она испугалась, что я всё расскажу Ане. Забрала у меня ключи без спросу и приходила, как к себе домой. Приносила продукты, грела пиццу в микроволновке, ставила чай. Я уже не боялся, что она захочет меня кокнуть. Отравить, например. Хотя повар из неё был никудышный, зато трепаться она была мастерица. Сядет в кресло с чашкой кофе, - мне она всегда чай с ромашкой заваривала - ноги задерёт и сидит так целый час, рассказывает, какой она себе коттеджик на Минском море присмотрела. Я почти угадал её вид деятельности. Сандра владела фитнес-клубом, сама вела занятия по шейпингу, там же познакомилась с Родни и Аней.

Во время нашего общения, хотя говорила в основном она, выяснилось, что у неё к Ане не просто дружба, а самая настоящая любовь. Во всяком случае, Сандра мне периодически намекала, что я сам виноват в том, что произошло. Якобы, это я сначала бросил Аню, а потом нарисовался ниоткуда и воспользовался её беспомощностью.

– Зачем она тебе? Ты же не любишь её, - Сандра как обычно пила свой кофе в кресле напротив, когда у нас состоялся этот разговор.
– Аня готова из-за тебя под нож лечь, а ты хоть раз звонил ей, чтобы спросить, как дела?