Чтение онлайн

Тренер поморщился. Затем провел рукой по своему изможденному лицу.

— Да. Никто из нас с ней не встречался. Не думаю, что она часто появлялась в последние несколько лет.

— Ее вообще не было рядом, тренер.

Он поморщился.

Мысль о том, что Фейт когда-либо вот так бросит меня, была такой, словно кто-то выбивал воздух из моих легких. Да, этот человек был чертовски богат, но его дочь была единственной семьей, которая у него была. Кто так делает?

— Она жила где-то в Европе, — сказал я, когда тренер ничего не ответил. — Наряжалась. Какой-то бизнес, который она пыталась открыть, потерпел ужасную неудачу, судя по тому, что он мне сказал. И теперь мы передаем ей бразды правления? — Я махнул рукой в сторону коридоров.

Гнев пронзил меня, разочарование налетело, как горячий ветер. Потому что, кем бы она ни была, она ни черта не сделала, чтобы заслужить это право.

Тренер потер лоб и тяжело вздохнул.

— Она что-нибудь понимает в футболе? — яростно спросил я.

— Не знаю, Пирсон, но тебе лучше не спрашивать ее об этом на этой встрече.

Я упер руки в бока и постарался дышать ровно.

— Мне это не нравится. Мне это очень, очень не нравится.

— Тебе не обязательно это должно нравиться, — напомнил он мне, приподняв брови. — Тебе нужно играть в футбол, и играть хорошо. Это твоя работа.

— Понял, — сказал я сквозь сжатые губы. Из конференц-зала донесся взрыв смеха, и я, гипотетически говоря, сделал свое игровое лицо. Тренер заметил трансформацию и удовлетворенно кивнул. — Она там?

— Я так не думаю. Кэмерон хотел сначала объяснить это капитанам, прежде чем она войдет для знакомства. — Он снова указал на меня. — Теперь, независимо от того, что вы думаете об этой ситуации, помните, что она потеряла своего отца на прошлой неделе, и эта ситуация не может быть для нее легче, чем для нас.

Я едва сдержал недоверчивое фырканье. Да, это, должно быть ужасно тяжело для единственного ребенка Роберта Саттона Третьего. Женщина, вероятно, стала миллиардером в тот момент, когда его сердце перестало биться. Расти с таким богатством на кончиках пальцев было бы непостижимо для меня.

Быть сыном школьной секретарши и механика означало, что мы никогда не голодали, у нас всегда была крыша над головой и одежда, которая нам подходила, даже если и была подержанной. Но мои родители были скромными и такими же синими воротничками, как заляпанная жиром униформа, которую мой отец носил каждый божий день.

Он вдалбливал в нас с сестрой, что богатство мимолетно, деньги не излечат от несчастья, и если вы умны, то будете держать голову опущенной, оплачивать счета и жить так, чтобы не разорять свой банковский счет, откладывая немного, чтобы у вашей семьи было хорошее будущее.

Детство в особняках, мир частных самолетов и школ-интернатов был для меня таким же чужим, как если бы кто-то забросил меня в другую страну, языка которой я не знал. Богатство, которым я обладал сейчас, все еще казалось хрупким и ненадежным, вот почему я жил скромно. Никогда не хотел, чтобы Фейт думала, что ее привилегированная жизнь — это то, на что она имеет право. Что это нормально. Потому что я чертовски хорошо знал, что это не так.

— Ты идешь? — спросил тренер, когда я не пошевелился.

Следуя за ним, я поприветствовал двух других капитанов. Дэйвон, наш левый защитник, был огромным, неповоротливым и наводил ужас, если его не знать, и он был единственным человеком, которому я доверил бы защищать мою слепую сторону, с чем он справлялся удивительно хорошо. Когда я проходил мимо, он выставил вперед кулак, и я стукнул по нему своим.

— Эй, чувак, ты поблагодарил Моник за те печенья, которые она дала Фейт? — спросил я его.

При упоминании своей жены он широко улыбнулся, его зубы сверкнули белизной на фоне смуглой кожи лица.

— Она хочет забирать эту девочку себе каждый раз, когда ты приводишь ее. Говорит, что после рождения четырех мальчиков ей нужно попробовать завести маленькую девочку, такую же, как Фейт.

Я рассмеялся, маленький узел напряжения разматывался у меня в груди, пока мы разговаривали. Я мог бы это сделать. Это было бы прекрасно.

Логан, наш ветеран безопасности и капитан, представляющий защиту, приподнял подбородок в знак приветствия. Я сделал то же самое. Никаких ударов кулаками или светской беседы, поскольку Логан был тихим парнем для тех, кто не из его ближайшего окружения. Не то, чтобы я держал на него обиду. Он руководил обороной так же, как я руководил нападением, с тщательной подготовкой.

Кэмерон, президент и исполнительный директор команды, сидел на противоположном конце длинного прямоугольного стола, листая какие-то бумаги. Когда я подошел к пустым стульям по другую сторону Дейвона, он протянул мне руку. Его лицо выглядело более морщинистым, чем обычно, так что, возможно, у всех были некоторые проблемы с адаптацией к переменам.

— Пирсон, — сказал он, когда я пожал ему руку. — Спасибо, что пришли.

— Конечно. — Как будто у меня был выбор, вот что я хотел сказать.

Как только я сел, Кэмерон глубоко вздохнул и бегло оглядел стол.

— Позавчера мне позвонили адвокаты Роберта и сообщили о трасте, который он создал всего за пару недель до своего сердечного приступа. Учитывая, что у нас с Робертом на протяжении многих лет были прямые рабочие отношения, я должен предположить, будто он думал, что у него будет время объяснить мне свои действия, чего, к сожалению, не произошло. У него и его покойной жены был только один ребенок, и, насколько я понимаю, ее отношения с Робертом не были близкими. У меня сложилось впечатление, что мисс Саттон получила еще меньше разъяснений, как мы должны объяснить, почему он предпринял эти шаги.

Пока эта информация оседала в напряженной тишине комнаты, мне потребовалось несколько мгновений, чтобы замедлить ход своих мыслей. Потрясающе. Она не только не заслужила этого, но и не ожидала и не была подготовлена. Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не удариться головой о стол.

— Причина, по которой я объясняю это вам сейчас, прежде чем она и Уильям присоединятся к нам, — продолжил Кэмерон, имея в виду нашего генерального менеджера, — заключается в том, что мы не подвергаем ее неловкому объявлению о том, что ее не предупреждали о том, что станет владельцем профессиональной футбольной команды. Именно по этой причине, — его голос стал твердым, и я понял, что четверо из нас получили кристально четкие инструкции о том, как мы должны провести эту встречу и собрание команды завтра, — мы хотим убедиться, что вы — лидеры этой футбольной команды — на совете директоров выразите ей признательность, поскольку она берет на себя эту огромную ответственность, и убедитесь, что остальная команда делает то же самое.

— Конечно, — сказал тренер Кляйн, аккуратно сложив руки перед собой. — Верно, ребята?

Дэйвон кивнул.

— Было бы неплохо добавить сюда немного свежей крови.

Логан бросил на меня быстрый взгляд, как будто проверял мою реакцию, прежде чем заговорить. Или, может быть, это было потому, что мои руки были сжаты в кулаки так, что побелели костяшки, а нога яростно дрыгалась под столом. Он отвел взгляд.

— С моей стороны никаких возражений.

Я ответил не сразу, потому что чувствовал, что любые слова, слетающие с моих губ, будут наполнены разнообразием из четырех букв.