Его трудное счастье
Шрифт:
— Ты у меня самый лучший муж, клянусь сандалиями! И рёбрами!
— Ленка, — рассмеялся начмед и вопросительно поднял брови, глядя на любимую толстушку, та махнула рукой и майор начал свой рассказ: — Решила моя Ленка в тритыщипятый раз худеть и записалась к массажисту. Ну вы сами видите, что жена моя как яблочко наливное, хотя меня её тип фигуры — «яблочко» — устраивает и ещё как. Ножки у нас стройные, а животик немного выдающийся. Когда массажисты работают с такой замечательной фигурой, стараются убрать не «всё везде», а «вылепить» узкую талию для начала, поэтому активно работают с зоной от груди до талии. И вот звонит мне Лена перед очередной процедурой и испуганно заявляет, что она больше никуда не пойдёт, потому что какие-то уплотнения нащупала у себя под грудью. Я в шоке! Спрашиваю: «Температура есть, болит, чешется?» Отвечает, что всё в норме. Вот тогда у меня появились первые седые волосы… Говорю: «Сиди жди, сейчас на консультацию поедем». Звоню в онкодиспансер, договариваюсь со знакомым хирургом. Приехали. Жду в коридоре. Выпархивает моя Лена, бежит снимать бахилы. Выходит мой знакомый — выражение его лица я затрудняюсь описать. Спрашиваю: «Что диагностировал?»
— Ой, да ладно! — смутилась Лена и сделала глоток ароматного вина.
— Так что диагностировали-то? — раздалось со всех сторон.
— Рёбра! — закончил свой рассказ начмед и захохотал вместе с виновницей истории и коллегами.
— А помните, как у нас в детском саду все малыши начали ругаться матом? — спросила жена одного из офицеров.
— О да! — заулыбались офицеры, а один пояснил для недоумевающих Кучерова и Вегержинова: — Командир приказал разобраться. Разобрались в причине подобной «эпидемии» быстро, потому как выяснили, что незадолго до того, как она начала лихо распространяться, в сад приходили двое солдат, чтобы в группах люстры повесить. Об этом было доложено заведующей, которая тут же позвонила командиру части, чтобы тот там наказал кого нужно. Командир вызвал к себе на ковёр тех самых «героев». Ну вы нашего отца-командира уже знаете, да? Так может разобраться, что белогривые лошадки бабочками покажутся. Если выбросить все неологизмы, на которые наш полковник мастер, то разговор происходил примерно так: «Вы отдаёте себе отчёт, что из-за вашего неподобающего поведения все дети в саду теперь матом ругаются?» А ему в ответ: «Мы ни в чём не виноваты. Мы обращались друг к другу, выражаясь культурно. Рядовой Иванов паяльником обрабатывал провода, я стремянку придерживал. С паяльника олово мне капнуло прямо на голову. Я ему и сказал: «Уважаемый рядовой Иванов, будьте так добры, не капайте мне на голову раскалённым оловом».
Небольшая поляна потонула в громком хохоте собравшихся. Вскоре шашлык был готов, вино и кристально чистая водочка разлиты по стаканам, компания разбилась на группки, перекидываясь словами, вспоминая и смеясь.
— Валь, а вы с Алёшей когда уезжаете? — Нина прижалась к Кучерову и посмотрела ему в глаза.
— В понедельник, Нин. И на полгода. Не знаю даже, сможем ли мы приезжать на побывку, если честно.
— Ничего, я подожду, — с улыбкой ответила женщина и положила голову ему на плечо. — Главное учёба. И твоя мечта. Я всё понимаю.
Кучеров кивнул и поднял голову, всматриваясь в голубое небо. Он даже себе не мог объяснить, почему решил стать нейрохирургом. Наверное, постоянные тихие жалобы мамы повлияли на его решение. Но это всё в далёком будущем, а пока надо научиться спасать, потому что из разговоров офицеров они с Алексеем поняли, что дивизии, возможно, придётся выдвинуться в зону боевых действий. На то они и войска дяди Васи, как говорит командир.
Глава 3
Вадим оглянулся и удовлетворённо усмехнулся — не зря, ой не зря он решился на эту, можно сказать, авантюру. Заодно и нос утёр Резникову, да и Заславский теперь не сможет сказать ни слова. А потому что она теперь его жена! Конечно, совсем молоденькая, всё-таки разница в целых восемнадцать лет… Но какая красавица, умница, воспитанная в лучших чуть ли не патриархальных традициях, открытая с ним и строгая с другими. А уж какая из неё получится любовница! Он сам сделает из неё постельную фурию, хотя и сейчас она просто великолепна.
Конечно, развод с Мариной получился не очень красивым, но она осталась не в обиде — и квартира, и машина остались у неё. С сыном, правда, отношения испортились, но он уже взрослый парень, всего на два года младше его нынешней жены, так что потом он всё поймёт, когда сам столкнётся с потребностью в молодом и, что немаловажно, здоровом теле. А с Мариной и раньше не очень-то расслабляться получалось, а после вмешательства коллег, когда она — увы! — лишилась всего женского, и вовсе всё сошло на нет, а ему после работы и тяжёлых операций просто необходима была порция хорошего и необузданного секса. А как можно расслабиться, если от жены не то что крика, стона не услышишь! А эта девочка совсем другое дело. Даже в их первую ночь улыбалась сквозь слёзы, но ни слова жалобы или попытки остановить. Моя! Недаром он Король, вот и жена ему нужна соответствующая, а эта малышка и впрямь королева!
— Валентина!
Вадим поднялся с удобного кресла и с улыбкой протянул руку молодой жене. Этот приём в посольстве был приурочен к чёрт знает какому-то местному празднику. А что можно ожидать от людей, у которых в крови танцы, песни и секс? Здешние женщины как правило смуглые или чернокожие, любят открытые цветастые платья, широкие блузы, длинные юбки. А потому стройная белокожая красавица в прилегающем вечернем платье бутылочного цвета, что так гармонировал с её глазами, произвела настоящий фурор. Но даже в окружении этих самцов-павлинов она держалась непринуждённо, но строго, так и не сделав ни одного глотка из предложенного бокала. Молодец девочка!
Валентина коротко извинилась перед гостями и со счастливой улыбкой подошла к мужу.
— Не устала? — заботливо поинтересовался Вадим и откинул назад тёмные локоны, оголяя женские ключицы, один поцелуй которых воспламенял его маленькую стеснительную недотрогу и превращал в ненасытную тигрицу.
— Нет, что ты! — Валентина поставила бокал на столик и провела кончиками пальцев по щекам — жарко сегодня. — А тебе ещё надо с кем-то тут встретиться?
— Нет, я всё решил ещё вчера, сегодня решил дать тебе отдохнуть. Ну не всегда же ты должна сидеть в амбулатории или в каюте, правда?
Валентина счастливо улыбнулась — это была её первая заграничная командировка и сразу поездка через океан. Да ещё и с самим Королём! А уж его признание и последующее предложение и вовсе превратили рутинную работу в свадебное путешествие. Их брак был зарегистрирован в посольстве, и вот она уже жена самого лучшего мужчины на этой планете! Боже мой, умный, талантливый, красивый мужчина и отличный хирург вдруг признался ей в своих чувствах. Но не предложил ей стать его постельной утешительницей, как сделал это гадкий Резников, а назвал её своей женой. К тому же тогда Валя узнала, что он не только решил это вот так сразу, а думал об этом уже давно, даже успел оформить развод, иначе она бы никогда не согласилась на интимные отношения с женатым мужчиной.
Последующие семнадцать дней перехода через тёплый океан, затем холодное и штормовое северное море превратились для Валентины в сплошной праздник, праздник любви, нежности и счастливых слёз. Она порхала по судну, спускалась в нижние отсеки, оборудованные под больничные палаты, ставила капельницы, делала уколы и угощала детей витаминами, которые всегда носила в карманах медицинского халата. И мечтала. Мечтала о семье, о детях, о дальнейшей учёбе. Она два года подряд пыталась поступить в мединститут, но — увы! — не добирала баллы. Работала санитаркой в операционном блоке госпиталя и училась, училась, готовясь опять и опять поступать в выбранный вуз. После второй неудачной попытки одна из операционных сестёр Евгения Петровна Шахова, которую все и в глаза, и за глаза называли Шахиней, усадила Валю на диван в комнате отдыха и серьёзно заметила:
— И долго ты ещё полы мыть собираешься? С твоими мозгами и реакцией уже бы давно у операционного стола стояла, а ты? Вот что, дорогая, поступай-ка ты в медучилище, хоть профессия нормальная будет. А потом поступай ты в этот свой медин сколько твоей душе будет угодно, понятно?
Стоящие рядом другие медсёстры молча кивали, но ни одна не сказала что-то против идеи Шаховой. Валя подумала и согласилась. Учитывая её отличные оценки в школьном аттестате, документы у неё приняли и сразу же зачислили в училище без экзаменов. Два года учёбы пролетели практически незаметно, и она уже операционная сестра. Причём взяли её в штат родного оперблока даже без дополнительной учёбы — за четыре года работы она уже знала не только весь инструментарий, но и освоила все операции и манипуляции.
И вот в свои двадцать два она впервые покинула родную страну и увидела мир. Хотя, конечно, назвать миром расстилающийся от горизонта до горизонта океан назвать было трудно, но ей и это казалось чем-то невероятным. А уж поездка с самим Вадимом Васильевичем Королём уже делала это без того незабываемое путешествие просто сказкой. И через неполных три недели она и вовсе стала его женой. Это ли не сон? Счастливый и бесконечный!
Валентина прижалась к мужу и тихо прошептала:
— Если это так, товарищ подполковник, то предлагаю сбежать и отправиться в порт. Думаю, что дежурные офицеры пустят нас на борт, как вы думаете?