Чтение онлайн

Девушка почувствовала, как ее сознание сталкивается с Солнцем — огромным, живым и дышащим. Солнечная поверхность была усеяна тысячами вулканов, но извергались они не лавой, а целыми потоками цветов, птиц, животных и насекомых, разлетающихся во все стороны в танце жизни и смерти. Элиара простирала свои руки к этому свету, который был и добрым, и беспощадным одновременно, и на мгновение почувствовала, как Солнце вплетается в ее собственное сердце.

Потом все вдруг завертелось, видения стали искажаться, ломаться, и она очнулась на берегу, где яркий свет рассветного солнца уже касался морских волн. Она сидела на коленях, поглаживая мокрый песок, словно пытаясь осознать и уложить в голове все, что видела и чувствовала. Мир вокруг казался далеким и чужим, как будто она ему больше не принадлежала.

— Элиара, что ты тут делаешь? — раздался вдруг знакомый голос, и она вскочила от неожиданности. Перед ней стоял Лаврентий, а рядом с ним — старичок-астроном в синем колпаке со звездами.

Чародейка быстро потерла лицо, стараясь скрыть остатки странных эмоций и впечатлений.

Лаврентий представил ее своему спутнику:

— Это чернокнижница Элиара, тоже с нашего корабля. Она увлекается всякими древними тайнами и богами.

Астроном прищурился, разглядывая ее блестящие и расширенные зрачки:

— Девчонка, что у тебя с глазами?

Элиара беспомощно пожала плечами и вымолвила одно слово:

— Грибы…

Старик расхохотался, его смех звучал как карканье старого ворона:

— Ха-ха-ха! А я сам, бывало, баловался по молодости. Хотел звезды ближе увидеть. Вот и ты, значит, увидела? Запомни, девочка, не все тайны стоит трогать, иначе могут утащить за собой в бездну.

Элиара поежилась от его слов, но где-то в глубине ее души пробудился новый интерес — к звездам, к богам и к тому, что скрывается за завесой видимого мира.

На рассвете следующего дня корабль ожил от шума и суеты команды. Все готовились к отплытию, закрепляли канаты, проверяли снасти и разворачивали паруса. Самсон, стоя у руля, наблюдал за своей разношерстной компанией, в которой все уже привыкли друг к другу в этом долгом пути. Он вздохнул, собираясь с мыслями, и громко произнес:

— Впереди у нас самая важная и ответственная часть путешествия. Мы покидаем уютную Атоллию и отправляемся к неизведанным землям. Когда мы пройдем за Атолл Затмения, дорога назад станет более чем туманной. Те, кто боятся, могут сойти сейчас. Возможно, это ваш последний шанс.

Казалось, вся палуба замерла. Никто не произнес ни слова, только напряженные взгляды устремились к капитану. Даже те, кто раньше позволял себе шутки и подколки, сейчас были серьезны. Самсон внимательно всмотрелся в каждого и, увидев решимость в их глазах, кивнул с уважением:

— Ну что ж, раз остаться никто не желает, мы отчаливаем!

Когда корабль начал медленно отходить от пристани, Галвина подошла к капитану и тихо сказала:

— Капитан, я тут получила стратегически важную информацию. В южных морях может жить огромное морское чудовище, причем оно совершенно бесшумное. Возможно, это оно топит почти все корабли, которые отваживаются уйти слишком далеко на юг. Говорят, это левиафан по имени Тихий Ужас, и единственный шанс убить его — поразить в самый мозг.

Самсон нахмурился, глядя на уходящий вдаль берег:

— Возможно, в прошлый раз нам действительно просто повезло. Если это чудовище существует, нужно быть готовыми.

К ним присоединился Драгомир, отряхивая руки от древесной стружки:

— Слышал я такую байку. Мол, на юге водится Тихий Ужас, и вот он-то и делает южные моря такими опасными. Но я не воспринимал это всерьез. Мало ли сказок ходит по портам.

Капитан взглянул на него и тихо усмехнулся:

— Многие из портовых баек оказываются правдой, когда речь заходит об Атоллии и южных морях. Если это чудовище реально, то мы должны быть готовы встретиться с ним лицом к лицу.

Друзья встали у борта, провожая взглядом Черную Лагуну и остров Черепа, который постепенно таял за горизонтом, словно призрак в утреннем тумане. Лаврентий, до этого стоявший молча, указал на одинокую башню на скале, еще видимую вдали:

— Видите ту башню на скале? Это обсерватория. Я помог местному астроному высчитать, когда появляется Малая Луна, когда она бывает одна, а когда вместе с Большой Луной!

Глезыр прищурился, скрестив лапы на груди и задумчиво глядя на отдаляющийся остров, сказал:

— Был готов сказать, что ты тратишь время на чушь, святоша. Но астрономия — это необходимая штука в навигации. Наконец ты сделал что-то полезное! Хвалю!

Элиара, стоя чуть поодаль, задумчиво посмотрела на волны и призналась:

— Я попробовала на острове грибы, которые показали мне мир богов. До сих пор увиденное не может уместиться в голове. Как будто я заглянула в тайны вселенной, но они оказались слишком велики для меня.

Лаврентий вспомнил ту сцену на пляже, когда нашел Элиару, и сдержанно улыбнулся:

— В мире есть вещи, которые смертным трудно осознать, но мы все равно их ищем, не правда ли?

Гругг, сидя рядом с Глезыром и разглядывая свои огромные руки, вдруг усмехнулся:

— У нас, огров, есть свои способы заглянуть за завесу. Мы ловим особых золотых рыбок, едим их сырыми, и вот — видим богов и не только! Хотя кто знает: богов мы видим или просто самих себя?

Все на мгновение замерли, слушая его грубый, но странно поэтичный рассказ, а затем над морем разнесся смех команды. На этот раз он был светлым и искренним, будто они пытались таким образом отогнать прочь тени, которые следовали за ними.

Корабль шел на юг, в неизведанные земли, к тайнам и опасностям, готовым либо открыть новые горизонты, либо сделать их плавание последним.

Корабль, рассекая воды, уходил все дальше на юг сквозь непредсказуемые просторы Атоллии. Мимоходом друзья заметили крупный остров, где виднелись массивные каменные сооружения, будто выложенные из огромных блоков. Драгомир всмотрелся в них и поморщился:

— Это остров циклопов. Лучше не подплывать к ним близко.

Торрик взмахнул своей секирой, в его глазах вспыхнул огонь:

— Жаль! А то обещал показать, как владею секирой, но шанса все нет!

Драгомир усмехнулся, не сводя глаз с таинственных строений на острове:

— Тебе бы только свою удаль показать, а эти ребята могут пробить наш корабль камнем или поджарить нас с помощью луча из глаза.

Но его слова прозвучали как предупреждение слишком поздно. Внезапно корабль зашатался, по палубе разнесся громкий треск. Один из матросов закричал:

— Циклопы!

Из пены и брызг с мелководья поднимались четыре огромные фигуры. Массивные трехметровые великаны с одним глазом на лбу, вооруженные булавами и бронзовыми ятаганами, принялись взбираться на борта корабля. Их кожа была цвета высохшей глины, а глаза, горящие алым светом, смотрели на людей с ненавистью и с жаждой крови.