Чтение онлайн

Но получится ли так сделать? Можно ли как-то приманить Альфу, чтобы он напал на нас? Ведь монстру куда логичнее как минимум первую атаку устроить на беглецов без экипировки. Хотя у них ещё двадцать минут безопасной форы, и если ребята умные, то к исходу времени найдут место, в котором удобнее всего обороняться от астрального биста.

— Нас ничего не держит, — крикнул Горун, глядя с верхней ступени лестницы вниз. — Можем хоть сейчас спускаться.

— А у тебя крепкий череп, — хмыкнула Алёнка. — Уважаю.

Минотавр даже не понял, что над ним издеваются, и довольно фыркнул в ответ, мол, конечно, у меня могучая твёрдая кость.

— Ты первый спускайся, — оскалился Волчара. — А мы за тобой.

— Стой, это нарушение священных правил охоты, — бросил я. — Второе наказание будет смертельным.

Мне вовсе не улыбалось потерять четвёртого охотника и остаться в одиночку против пары спевшихся убийц.

— Ха, я и забыл, спасибо, худосочный, — хохотнул Горун, по-братски хряснув меня по плечу здоровой рукой.

– 5 хитов (355/360)

И это через резист дамага 20!

— Ты совсем озверевший? — поразился я. — Не соизмеряешь силу?

— С детства неуклюжий! — минотавр замотал головой в замешательстве. — Не злитесь, просто покажите, куда бить, и я ударю. Туда? Сюда? Туда?

Он размахивал рогами как заведённый и так хорошо сыграл роль тупого громилы, что никто из нас, даже стремительная рога Алёнка, которая по классовой пассивке всегда на стрёме, не успела среагировать на угрозу. Сломанная левая рука минотавра в меховой подвязке распрямилась со скоростью кобры, оказавшись уже не сломанной, а полностью восстановленной варварским регеном. Прямо в ударе возникло уже знакомое короткое копьё, и оно вонзилось Волчаре в плечо.

Тот инстинктивно успел отдёрнуться, иначе гранёный наконечник проткнул бы рейнджеру шею с четверным критом, а так была просто проникающая рана, я со своей проницательностью увидел системное уведомление: «-29 хитов, пошатнувший удар».

Волчара устоял на ногах, рыкнув, перекатился назад и выстрелил прямо с пола. Никогда не видел, чтобы лучники так делали — но это стало возможным именно благодаря тому, что даже громоздкий лук можно в долю секунды воплотить из инвентаря, а после выстрела убрать обратно и как ни в чём не бывало завершить перекат. Что рейнджер и сделал.

Две элементальных стрелы мелькнули в воздухе и врезались в минотавра в упор, ледяной заряд клацнул, отбитый секирой, и рассыпался на льдистые осколки, а искрящаяся молнией стрела ударила варвару в плечо, таким образом очень быстро вернув должок. Око за око, плечо за плечо.

Алёнка уже скрылась под теневым покровом, а он кроме света прятал и звук, так что мы не могли понять, куда прыгнула невидимая девчонка и кого атакует первым: Горуна или меня.

А рогатый оказался не так уж и прост! Идеально изобразил увальня-дурака и убедился, что этим двоим доверять нельзя, а мне можно; после чего без лишних слов пошёл в атаку. И поставил меня в положение практически отсутствующего выбора: или вдвоём разобраться с этой парой, чтобы остаться с ним один на один; или убить минотавра вместе с Волчарой и Алёнкой — и остаться одному против двоих!

Естественно, второе мне было совершенно не выгодно, и Горун заранее знал, что стоит ему напасть на волка, я буду вынужден занять его сторону. Пока я стратегически планировал эффективные ходы, а сладкая парочка невербально хитрила, думая, что мы не замечаем их выразительных взглядов, варвар пошёл напролом и разрешил ситуацию в свою пользу. Крутой.

Сейчас он набросился на рейнджера и обрушил каскад атак, не позволяя врагу вскочить на ноги и разорвать дистанцию — волк был вынужден крутиться на всех четырёх лапах. Прыг, перекат, он едва уходил от удара за ударом. В могучих руках варвара секира страшно свистела: «Вжух! Вжух!», и в каждой атаке прятался по меньшей мере полуторный крит.

Я врубил Движение ауриса, ускорившись на 30%, и ушёл с линии возможной атаки, снова махнув мечом наугад в пустоту. По привычке едва не прыгнул Фазовым прыжком за Волчару, чтобы ударить ему в спину — в последний момент спохватился и погасил порыв, фух, пронесло.

«Крит! –41 хит», — сообщила система, когда Алёнка ударила Горуна в спину из-под полога двумя изогнутыми ножами и пропорола его меховой доспех. «Отравление!» — мелькнуло в его статусе: естественно, клинки ассасинши были с ядом. Но варваров с их выносливостью и резистами ко всем натуральным угрозам яды особо не берут, так что минотавр лишь яростно взревел и рассёк секирой бок Волчары.

Я вошёл в бой и попал по рейнджеру первым же ударом, вспоров ему ногу; второй он едва отбил, от третьего почти увернулся — на локте появился алый прорез сквозь наруч. Вершитель летал у меня в руках, как сверкающая молния, усиленное воинское мастерство пришлось как нельзя кстати. Волчара придушенно перекатился и сделал двойной выстрел уже в меня, от огненной стрелы я уклонился, а шоковую, сам себе поражаясь, отбил клинком!

Во взгляде волка мелькнуло отчаяние, кровь окрасила серую шерсть уже в четырёх местах, а Горун ударил секирой прямо по каменному полу и вызвал сотрясение, от которого даже меня шатнуло, хотя я стоял в стороне — а рейнджер не устоял на ногах. Казалось, сейчас мы его добьём, но рога не теряла даром ни секунды и сделала идеальный шаг.

Хлоп! Всё пространство вокруг заполнилось густым едким дымом, Алёнка лопнула сразу две дымных бомбочки, чтобы ослепить всех, а сама промелькнула в густых клубах с прозрачной маской на всё лицо, включая глаза, — и резанула меня по ноге. Но не пробила защиту по всему телу от доспеха и отскочила, скрывшись в дыму. Продуманная девка.

Оказавшись в едкой клубящейся тьме, я активировал особое свойство доспеха — и по всему корпусу начали с чмоканьем открываться глаза. Красные, зелёные, чёрные: демонические пылали, звериные щурились, элементальные лучились разрядами энергий, око нежити брезжило жадной тоской; а на груди с лязгом растворились бронированные веки, явив миру круглую драконью зеницу с отблеском негасимого огня. Каждый из глаз видел в своём спектре, а все вместе они давали мне круговое зрение сквозь невидимость и скрывающие покровы.

Поэтому, зажмурив собственные глаза, которые разъедал ядовитый дым, я тут же увидел Алёнку, которая пригнулась под завесой тени перед прыжком — и Горуна, который с рёвом срубил секирой вскочившего следопыта… и отсёк ему голову.

Вот только голова повела себя странно: она прилипла к секире и обволокла её, как жидкая резина, нейтрализуя остроту обоих лезвий. Тело Волчары рухнуло вниз, деформируясь, как волна мягкой глины, и захлестнуло минотавра, стреножив его на месте. Конечно, это был не настоящий рейнджер, а его теневая копия из мглы, которого Алёнка подставила у Горуна на пути, зная, что в клубах дыма тот не заметит подмену. А поразив его, варвар попал в ловушку, и его оружие разом потеряло убийственную остроту. Быкоглавый взревел, но даже со своей силищей он не мог так быстро и просто вырваться из вязкой хватки — а взрезать путы мглы было нечем.

Офигеть, откуда у какой-то молоденькой обывательницы Алёнки Сидоренко такой уровень грамотных действий?! Она подскочила ко мне сзади, чтобы ударить врасплох, — но заметила десяток распахнутых глаз на спине, сообразила, что я её вижу, и вовремя отшатнулась. Я почти достал её горло ударом Вершителя назад, стерва была буквально в миллиметре от четверного крита — но ахнула и разом канула в мир теней, исчезнув с глаз моих и доспеха.

Варвар раскрутил секиру, крича гортанные ритуальные звуки, и она налилась пламенем и вихрем: алые искры заплясали в вязкой мгле. Как известно, сумрак боится огня, и резкий порыв пламенеющей секиры смёл серую массу с лезвий. На это ушло всего две секунды — вот только в сражениях опытных бойцов это очень много времени.