Чтение онлайн

стоит.

Ладно, она уже успокоилась. Добавив в яичный крем немного сахара и ванили, и

облизнув пружинную взбивалку, Энди погрузилась в печальные раздумья. Через три

недели ей исполнится тридцать. Слишком много, чтобы верить в чудеса. Пора

наконец избавиться от бредовых надежд и начать новую жизнь. Иначе она погибнет, превратится в одну из этих глупых женщин с телячьими глазами, которые все ждут, ждут и ждут… а потом в один прекрасный день понимают, что жизнь прошла, а

мечты развеялись.

Гренки приняли аппетитный золотисто-коричневый оттенок, как раз когда шум в

ванной прекратился. Через мгновение, распространяя вокруг запах душистого мыла, в комнату вошел чисто выбритый, босой, голый по пояс Девлин в старых, истрепанных джинсах. “Он все еще в прекрасной форме, — машинально отметила

Энди, — такой же стройный, такие же широкие плечи и плоский живот”. Мало того, его неподражаемая ленивая ухмылка все еще заставляла ее сердце биться сильнее.

Выбросив из головы дурацкие мысли, Энди приветливо улыбнулась: — Снова похож на человека. Самочувствие не улучшилось?

— Самочувствие как у последнего кретина, — пробормотал он. Подойдя ближе, наклонился, целомудренно коснулся губами ее щеки. — Энди, прости, я не знаю, что за черт в меня вселился. Вдруг, так… У меня и в мыслях ничего не было…

“Это я как раз прекрасно знаю”, — устало подумала Энди.

— Все нормально, Девлин, — дружелюбно отозвалась она. — Ты мужчина. Мужчины

время от времени совершают идиотские поступки. За это вас и любят. — Энди не

хотелось ни о чем вспоминать. Она положила толстую гренку на подогретую тарелку

и протянула ему: — Лучше поешь. Ты здорово осунулся.

— Это ужасно. — Усмехнувшись, Конн взял тарелку и направился в столовую, залитую ярким солнечным светом. Сел за стол. Пригладил мокрые волосы. — Просто

ума не приложу, как у меня хватило наглости вытащить тебя из постели и

заставить проехать через весь город. И все ради того, чтобы тебе поплакаться.

— Бывает, — бросила она, усаживаясь напротив него. — Большую часть времени ты

умный, серьезный бизнесмен, которому по плечу любые задачи. Поэтому ты имеешь

право на одну ночь стать полным идиотом. Только не увлекайся.

Конн поморщился.

— Понял. Мы останемся друзьями?

— Навсегда.

Он просто кивнул в ответ, задумчиво жуя гренку. Он думал об Энди, пока принимал

душ, — не самые пристойные мысли, но дело даже не в этом. Он вспоминал, что в

нужный момент Энди всегда была рядом. Размышлял, почему, собственно, она

воспринимает это как должное: стоит ее позвать, и вот тона здесь, спокойная, собранная, прекрасно владеющая собой.

— Ты, ммм… — Конн напряженно взглянул на нее. — Энди, скажи честно, ты ведь

была одна, когда я позвонил?

Энди уставилась на него, вилка застыла на полпути ко рту.

— Очень уместный вопрос, Коннор.

— Ты бы мне сказала, правда? Если бы у тебя было что-то серьезное?

— Ну надо же. — Энди наклонила голову, словно прислушиваясь к чему-то. — Могу

поклясться, что слышу голос своей матери. Она всегда задает именно такие

вопросы.

— Иди к дьяволу! — буркнул Конн. — Да знаю я, что это не мое дело, но…

— Мама приехала. — Энди огляделась с наигранным удивлением. — А я-то думала, что на этой недели она в Портленде.

— Очень смешно, — проворчал он. — Я серьезно спрашиваю. — “А ведь я

действительно серьезно спрашиваю”, — мелькнуло у него в голове. — У нас никогда

не было секретов друг от друга. Я знаю, последнее время ты всюду появляешься с

этим французским банкиром Андре, или Альбертом, или как его там.

Энди откинулась на спинку стула, театрально вздохнула и закинула ногу на ногу.

— Видимо, ты имеешь в виду Алана Дерошера, французского канадца, эксперта по

инвестициям, с которым ты познакомил меня в прошлом году. Да, мы часто

встречаемся, то есть встречаемся при каждом удобном случае, учитывая, что я

живу на одной стороне континента, а он — на другой. Кстати, Алана не было со

мной этой ночью. И вообще эту ночь я провела одна. Ты доволен?

Конн, лишь наполовину успокоенный, что-то промычал.

— Но у вас с ним?.. — Он выразительно поднял брови.

— Коннор! — Энди расхохоталась. — Это и вправду не твое дело. Впрочем, чтобы

избавить тебя от необходимости задавать дальнейшие вопросы, сообщаю: между нами

ничего нет… Пока, — со значением добавила она.

— Пока нет! — Он сузил глаза. — То есть подумываете о постели.

— Естественно, Алан подумывает о постели — ведь он француз!

— А ты?.. — Конн снова поднял брови.

— Коннор, ты окончательно залез не в свое дело.

— Значит, и ты была бы не против.

— Коннор! — Энди со вздохом рассмеялась. — Я по крайней мере не сомневаюсь, что

Алан сначала подарил бы цветы и принес бутылку вина и только потом начал бы

стаскивать с меня джинсы.

— Энди, по-моему, я уже попросил прощения, — раздраженно бросил Конн.

— Ммм… — Она странно взглянула на него. — Дело в том, Конн, что я и сама не

понимаю, как именно отношусь к Алану. Пожалуй, в нем есть все, о чем мечтает

каждая женщина, но …

— Он слишком стар для тебя, — перебил он. Ему не понравился ни тон Энди, ни ее

слова. Боже, Дерошер стаскивает с нее джинсы! Конна почему-то не обрадовала

подобная перспектива. И какая разница, дарил ли он ей до этого цветы или нет!

— Прости, по-моему, я не расслышала, — настала очередь Энди со значением

поднимать брови.

— Да ему вот-вот стукнет пятьдесят.

— Сорок один.

— Я же говорю, он для тебя староват.

— Мне нравятся зрелые мужчины, — в глазах ее мелькнул опасный огонек.