Элизия
Шрифт:
— Мы в Англии, Джон. Ты выбрал не ту родину для ранений- усмехнулся Сандерс.
— Ладно, ладно, старый полковник, я еще побегаю.
— Так ты все еще на службе?
— Да, пока держат, не знаю зачем, но должность старшего консультанта это явно не то чем должен заниматься старый вояка.
— Ну, ты всегда был самым симпатичным в группе — вновь улыбнулся Сандерс.
— Хах. Да, черт побери — усмехнулся Джон. — Ты кстати что-нибудь слышал про своего паренька?
— Нет — сухо ответил Ричард.
— Не переживай, он жив и сейчас где-то в Афганистане. Не знаю точно где, но с ним все в порядке и я так понимаю, ты позвал меня, чтобы поговорить о чем то.
— Да, Джон. Именно так. — Сандерс потянулся рукой в карман и достал оттуда конверт, который передал Джону. — Когда я, ну ты понимаешь о чем я.
— Да, Ричард.
— Передай это моему сыну, тут все написано и все сказано. Просто, Джон, передай это ему и скажи что я извиняюсь. — Последние слова Сандерсу дались с трудом, он тяжело дышал и было заметно, что что-то внутри гложет его с беспощадной силой.
— Передам Ричард, передам.
— Тогда до встречи в другом мире, Джон. — Сандерс встал со скамьи и добавил — встань через пять минут, не хочу привлекать внимание.
Сидящий на скамье Джон, лишь кивнул в ответ на слова Ричарда. После чего Ричард Сандерс, смешался с прогуливающимся людьми в парке.
Париж. Больница Жоржа Помпиду. 27 мая 2011 года.
Находясь по эту сторону реальности, я все еще не мог понять, как заставить свой мозг вспомнить последний фрагмент головоломки. Пока что было ясно одно и для этого не нужно было быть гением. Я держал в руках пулю, или одну из пуль, которые, как видно, предназначались мне. Логично было бы подумать, что в меня стреляли, хотя зная коварство своего подсознания, я не был до конца в этом уверен.
— Черт, пуля, где же у тебя эта магическая кнопочка с воспоминанием. — Я вертел в руках пулю и все еще не понимал что с ней делать. Проведя так достаточно долгое время и испробовав все прежние методы, я понял, что все бесполезно.
— Может я еще не готов проснуться? — Спросил я сам себя в слух. — Или может, не выспался?
Следующими по списку шли диалоги с богом, но в этот раз я их пропустил и не в силах больше ничего предпринять, швырнул со всей силы пулю в стену, которая от рикошетив от нее, ударила меня в грудь. В следующее мгновение в глазах все поплыло, я почти не держался на ногах, но все же наклонился и поднял пулю с пола. В глазах все плыло, но взглянув на пулю, я увидел некий вырисовывающийся силуэт, после чего едва успел выкрикнуть.
— Твою мать, это же…
Париж. Дом Этьена. 5 Февраля 2011 года.
— Этьен, ты идешь завтракать?
— Уже спускаюсь — отозвался я на голос своей возлюбленной.
— Поторопись, иначе опоздаешь на работу.
— Не беспокойся, она никуда не денется — прокричал я сверху.
Через пару минут я спустился вниз и зашел на кухню.
— Что моя любовь приготовила мне завтрак?
— Сладкие оладья и чашечку кофе.
— Мм как аппетитно. — Я поцеловал мою милую в губы и сел завтракать.
— Кстати, дорогой, скоро у нас презентация в галерее. Может быть ты посоветуешь ее своим партнерам, это было не плохо для нашей рекламы, ну и финансов.
— Я посмотрю что можно сделать, хорошо?
— Хорошо.
Позавтракав, я еще раз поцеловал свою любимую и быстро выбежал из дома. Я опаздывал, вот вот, должна была состояться встреча по поводу одной старой компании, которую я когда-то развалил и потом продал за бесценок. Сейчас, от всего этого осталось лишь место и сегодня решался вопрос о застройке, поэтому мне нужно было присутствовать на встрече.
Париж. Здание Дюэм Компани.
— Прошу прощения господа — ворвавшись в конференц-зал, произнес я. — Вы уже начали обсуждение?
— Пока что нет, месье Дюэм.
— Ну и прекрасно, у меня есть проект, который как раз подойдет для застройки этого места.
— И что же это будет?
— Современная галерея искусств.
— Галерея искусств? — Послышали недоумевающие возгласы.
— Да да господа, галерея искусств. Только не говорите что не слышали о таких — улыбнулся я. — Все просто, мы не можем построить там еще один офис, потому что это не рентабельно для нас и мы не хотим отдавать эту землю в аренду, так как при спаде цен мы проиграем на стоимости участка. Поэтому мы просто построим там галерею искусств, в которую свезем лучшие произведения современного искусства. Это даст нам постоянную прибыль благодаря торгам, аукционам, экскурсиям и разного рода мероприятиям, проводимых, в этом здании.
— Да, но…
— Никаких Но господа, проект уже сделан.
— Где? — Раздался вопрос.
— В моей голове, осталось лишь перенести его на карту.
— А министерство?
— С ними все уже решено и мы получили разрешение на строительство.
— Тогда зачем нужно было созывать совет?
— Ах это? Ну, это чистая формальность, считайте это была разминка для ваших ног, ведь согласитесь, чертовски сложно жить, когда ты передвигаешься только в лимузине, да еще и по таким узким улочкам. Приходится перекрывать движение, убирать прохожих.
— Прекратите, мистер Дюэм! — Раздался голос одного из партнеров.
— Ладно. Я думаю, вы все уже понимаете. Мы извлечем из этого неплохую выгоду и если все согласны, предлагаю проголосовать. И так, кто за?
Все партнеры и члены правления подняли руки.
— Большинством решено, что мы начинаем строительство новой галерей современного искусства. На этом, заседание членов правления окончено, все свободны.
Париж. Дом Этьена. 3 часа спустя.
Я вернулся домой в надежде на то, что проведу пару часов со своей дорогой и горячо любимой девушкой, которой я собирался сделать предложение. Да, я давно собирался это сделать и даже говорил про это пару раз, но никогда так и не решался, до сегодняшнего момента. По дороге домой я заехал в один из ювелирных салонов, куда уже пришел мой заказ. Кольцо, очень дорогое и необычное кольцо, специально для такого случая. Мне даже пришла в голову мысль приобрести бутылку вина, из частной коллекции, разумеется. И вот, со всем этим добром я вернулся домой, но лучше бы меня в тот день там не оказалось.
Как только я открыл дверь и зашел в дом, то сразу понял, что что-то не так. Света нигде не было, кроме как на кухне горело освещение барной стойки.
— Дорогая, ты дома? — Я решил, что игривый тон моего голоса хоть как-то согреет холодную атмосферу царящую в моем доме. Но, как видно, этого не произошло. Моя дорогая не отозвалась.
— Милая ты на кухне? — Не дожидаясь ответа, я прошел на кухню и застал свою дорогую за барной стойкой. Она плакала, а на стойке была открытая бутылка вина.
— Что-то произошло? — Я подошел обнять ее, но она тут же вырвалась из моих объятий.
— Что случилось? — Растерянно и не понимая что происходит, переспросил я.
— Его арестовали, он в тюрьме.
— Кто в тюрьме?
— Мой брат! — Едва не крича, ответила она.
— Твой брат? Подожди, у тебя есть брат? — Я был удивлен и более того, я был полностью растерян.
— Он в тюрьме Этьен. И…
— Что, и? Ты хочешь что-то сказать еще? — Я вновь попытался обнять свою любимую, но теперь она рывком высвободилась из объятий и отбежала в сторону.