Чтение онлайн

Ушли старатели, вот это жаль. Забавно —

Тогда ворчала, а теперь другой глагол.

Старанья вымыть все окончились бесславно.

Уж некому стараться – пыл ушел.

(15.09.06)

Ноябрь в разгаре – в сентябре.

Зачем местами им меняться?

И кто же приказал жаре

В края иные подаваться?

Какое потепленье, тьфу!

Природа снова фордыбачит.

Ноябрь просится в строфу,

И кто поймет, что это значит,

Чтоб бабье лето утолить,

Календаря коловращенье

Потребно. Светопреставленье

И то не сможет укротить.

(17.09.06)

Букетик ящиков почтовых

На тонких ножках у дорожек.

Приют печатного тут слова,

Иль рукописного, быть может.

Почтарь для них несет начинку, —

Все тоньше сумка год от года.

Жестянками из-под сардинок

Уполовинены до срока.

Заржавлены и обветшалы,

Потрепаны суровым бытом,

Стоят связующим началом —

Хозяева – и мир открытый.

(18.09.06)

Синеглазый вьюнок улыбнулся в сентябрьское утро.

После целого лета абсолютно чистых небес

Поползли облака. И тотчас же сверкающим буром

Просверлило мозги, будто кто-то в мой череп залез.

Недалекое море капризит в любую погоду.

Что сказать, коль под боком колыхается океан.

Я у моря сижу, ожидаю погоду по году,

Но не той, с океана, а той, что изменит мой план.

Зазевалась судьба, спохватилась – и бьет наотмашку,

Мол, живешь, как в раю, а вот накося, выкуси враз.

С этим годом собаки, ладно, вышла промашка.

Но – потом не канючь, ежели мордою в грязь.

Напридумала планов заранее – жди окорота.

Не бывает по жизни все гладко – таков океан.

Еле слышен грохот сапог – то идет золотая рота.

Место пусто в строю.

И рекрута ждет капитан.

(19.09.06)

Наследники мои, что в вас есть от меня?

Цвет кожи, глаз – гляжу на вас, на взрослых

В перипетиях нынешнего дня —

Ресницы, тон волос, их жесткость?

Что отложилось в вас, пришедшее ко мне

От матерей казаческого рода —

Зарослость лба и рук, присущее родне,

И густота бровей – в семье не без урода?

А доброта? Не так уж я добра.

А ум? Ну, что – бывают и разумней.

Контактность? Не хочу я цену набивать.

Чувствительность? Сомнительные слюни.

Но долг – вот этот бич хотелось передать

В наследство вам неодолимым даром,

И – уходя в неведомое, знать —

Недаром…

(18.10.06)

Хрусть– хрусть, хрусть– хрусть из-под ноги –

Звук от младенчества знакомый,

Как запах – ставят пироги,

Как радость возвращенья к дому,

И бег сквозь горы из листвы,

И хрустко-мягкое паденье,

И взлет до самой синевы.

И невесомого паренья

Мгновенный ужас… (25.10.06)

Закончен труд, обетом взятый

Уж двадцать лет. Отброшен труд –

Как ядовитый. Как пиявка,

Что по болотам кровь сосут.

Опустошен мой мозг. А память

Все отдала, швырнув на свет

Чем жили-были, и как зависть

Неистова свела на нет

Средь множества – семейный атом,

Ячейку мира – мирный дом.

Воспоминания трудом

Иссушена. Но встал из пепла

Мой род под пишущим пером.

Душа в метаниях окрепла,

И стих гром памяти набата.

(26.10.06)

Из мексиканца рукой разрисованной чашки

Пью я напиток богов – китайский зеленый чай.

Этой возникшей привычке невольно предавшись,

Торт шоколадный кончаю, качая ногой – невзначай.

Та мексиканская чашка с цветами и розовым фоном

Вышла впридачу подвеске, что шут продавал.

Вечно печальный шут в шапке рогатой стоял

И предлагал купить – хоть что – с низким поклоном.

Бронза подвески с бронзой браслета сродни.

Тяжко украшены шея и руки металлом.

Что же потом с печальным шутом стало –

Шут его знает, ушло… И забытым саднит…

(28.10.06)

Дворец эмира в полночь блещет –

Безумство блеска бытия.

Бассейна воды мягче плещут –

В себя впускает ночь струя.

Из полукруглых окон взгляды

Нескромные нейдут во тьму.

Плывут тела нагие рядом –

Эмир ласкает Фатиму.

Кудрявых пальм восточных нега.

Неслышен шопот над водой.

Светильников парад ночной

Приказано убрать с рассветом.

Светлеет небо над дворцом,

Бассейна воды розовеют.

Остывший воздух вновь теплеет.

А Фатимой владеет сон.

Красавица, глаза открой –

Напрасен зов, угасли очи.

Жизнь кончена с финалом ночи

Тысячепервой. Роковой.

(29.10)

Одиннадцатый месяц побежит на следующий день.

Зима сбирает силы.

И расцветают яблони и сливы.

И повисают тени на плетень.

Весенних маков тыквены цвета – взялись на Холлоуин.

Весна перед зимою?

Но отрицательно качает головою

Ученый господин.

Ему беда, что весело весне.

Он знает, что растенья истощатся.

Он хочет с потеплением тягаться,

Закрыв глаза на бури в глубине

Планет и Солнц…

(31.10.06)

На фоне черно-синих туч

Еще отчетливее роза

И рыжегривая береза.

И глупостью себя не мучь

Обидок мелких. Солнце рвется

Сквозь облака, и дождь несется

Долиной меж Los-Gatos круч,

Пришпоренный раскатом гроз,

Столь редких в это время года.

Непредсказуема природа,

Невнятна тем, кто здесь не рос.

И потому магнитной бури

И дождевой туманной хмури

Так трудно вынести прогноз

(2.11.06)

1. Меха

Туман пастелью умягчил

Фотографическую резкость

Осенних красок. Новый чин

Приняла осень – окосела

С дождями. Свального греха

Деревья жаждут облегченья.

И ветр – пособник исступленья

Разносит пышные меха

Растительного облаченья.

2. Сыпь

Туман паутину белесую, горы скрывая,

Развесил, как если бы выпил паук мушиную плоть.

И съежилась горная цепь до паршивых холмов, превращая

Альпийский пейзаж в серое месиво. Дождь.