Чтение онлайн

Поднимаю ногу и собираюсь сделать шаг. Один шаг — и станет все равно, что Артём обо мне подумает. В этот момент сигналит проезжающий грузовик. Я отскакиваю назад, окно открывается, и незнакомый мужчина кричит:

— С ума сошла, девка! Пешеходный в пятидесяти метрах!

После таблетки становится легче. Организм насыщается энергией, появляется легкость в движениях и мыслях. Наире рассказывать про Артёма нельзя ни в коем случае: она может проболтаться Адель, и тогда та запретит ходить в университет совсем.

Я хоть и реже посещаю занятия: чаще всего не могу проснуться до полудня, но все же лекции — моя отдушина, и рисковать нельзя.

— Пообедаем вместе? — предлагает Наира. Трет лицо. — Я полутруп. На зимние праздники мама с сестрой приезжают, не представляю, как буду совмещать работу и культурную программу. Для мамы те, кто встает позже шести, тунеядки.

— Ты в это время обычно ложишься.

— Да, точно. Когда же я найду себе спонсора и прекращу мотаться по гостиницам? Задолбалась. — Она потягивается и идет в ванную. — Так что, ты со мной? Девчонки тоже будут. Лина придет.

— Как она?

Две недели назад Лина, удирая от клиента, выпрыгнула из окна, благо этаж был второй и под окном карниз. Она сломала руку и поцарапалась. Так иногда бывает, когда клиенты слетают с катушек. Наира думает, что подобное случилось в ту ночь и со мной. Она не верит в причастность Адель. Сразу ушла в отказ, больше мы на эту тему не разговаривали.

— Нормально. Вроде бы возвращается к работе. Так ты с нами?

— Да, конечно.

Одна оставаться не могу, накрывает. А больше общаться не с кем. Подружке из универа не расскажешь, почему всю ночь снились кошмары.

Наира лениво чистит зубы, я смотрю в окно и слегка подвисаю. Отпускает. Чувства тускнеют, они там где-то, далеко, за пеленой. Меня не касаются. Надо держаться, иначе долг ляжет на семью. Они придут к моим малышам. Волосы встают дыбом. Я сама в это влезла и сама выберусь, никто не узнает.

Держаться изо всех сил и не допускать встреч с Артёмом. Он как лакмусовая бумажка — одним своим появлением показывает мечту, навсегда ставшую недоступной. Если узнает обо мне все, еще и о долге — видеть не захочет. А если смело предположить, что захочет поиграть в рыцаря, то с Адель такое не прокатит.

Вечером я занимаюсь макияжем. Девчонки научили, как правильно краситься, чтобы выглядеть на все сто процентов. Тут неважно, бледная ты, серая, красная или еще какая — тон кожи становится безупречным. Вообще, мы, медузы Адель, во всем должны быть безупречны.

Укладываю волосы. Наряжаюсь. Репетирую улыбку перед зеркалом. Чувства ослаблены, взгляд слегка расфокусированный и будто тупой.

Выстоять. Продержаться еще одну ночь. Проверяю, на месте ли таблетки: без них я быстро ломаюсь.

Накидываю пальто и выхожу на улицу.

Отключить мозг, отключить чувства. Не думать ни о чем. Попроситься станцевать. Я работаю с бизнесменами в возрасте, они обычно разрешают. Быть максимально обаятельной и красивой, тогда танцевать можно долго. Все два часа. Почти все.

Быстро качаю головой.

Порывы холодного ветра заставляют щуриться.

Делаю несколько шагов и чуть не поскальзываюсь. Днем выпавший снег растаял, а потом, ближе к ночи, — застыл ледяной коркой. Привет, гололед. Я с трудом удерживаю равновесие, поднимаю глаза и... вижу перед собой Артёма.

Обмираю. Поначалу кажется, что это мираж.

Истомин окидывает меня мрачным взглядом и понимает все. По глазам видно.

Трясет сразу же, как полдня до этого.

В ушах начинает шуметь. В груди гулко колотится. В следующее мгновение меня разрывает на части от ужаса и разочарования в самой себе.

Артём

Вот она. Попалась! Не пришлось подбирать код к домофону.

— Привет!

Еще раз окидываю Алину взглядом: роскошный внешний вид не доставляет удовольствия, как было в Сочи. Напротив.

— Привет, — бросает она беспечно, улыбается широко, рукой машет. — И пока! — Торопится в обход.

— Стоять! — командую и хватаю за плечо. — Куда собралась, красивая такая? Ко мне на занятие пришла по-другому одетой. Обида душит.

— К тебе я вообще больше не приду. Пусти, пожалуйста.

— Отмени. Я же приехал.

Алина вздрагивает. Да понимаю я, куда ты летишь на каблуках. Хочешь же, чтобы не пустил. По глазам вижу. И не отпускаю.

— Ко мне приехал? — переспрашивает она ошалело.

— Ну да. Что я, по-твоему, здесь делаю?

— Всякие бывают совпадения. Однажды я прочитала сценарий к фильму «Роман с камнем» и подумала, как было бы здорово посмотреть кино. Включила телевизор вечером, а оно идет. Честное слово.

Улыбка растягивает губы.

— Я по тебе скучал, Алин. По твоей шокирующей любознательности. Ты действительно читала сценарий к фильму? Полностью?

Она кивает. Затем смотрит на часы и пугается.

Неприятные ощущения проскальзывают вдоль позвоночника. Ну нет, больше тебя за деньги е*ать не будут.

— Не помню этот фильм. Пошли к тебе, проверим, есть ли он по моей подписке, — говорю примирительно. — Мы поссорились днем, я не буду нападать больше.

— Нет. Мне правда пора. — Она пятится. — Надо идти.

— Алина, я сейчас бегло поясню свою позицию...

— Давай потом пояснишь? — перебивает она невежливо. И видя, в каком я а*ере от ее наглости, добавляет: — Например, завтра. Я правда очень спешу.

— Окей. Тогда еще короче: ты больше не работаешь в сфере.

Алина приподнимает брови:

— Это почему?

— Вероятно, потому что это не твое.

— А чье тогда? — смеется она настолько наигранно, что будто обреченно. — Ты что, думаешь, хоть одной девушке на свете нравится, что ее имеет незнакомый мужик? Все терпят через силу. И молятся, чтобы скорее этот козел отвалил. Не обольщайся на свой счет, красивая физиономия не гарант того, что тебя захотят с полщелчка, Истомин!

— Я приехал поговорить о тебе, а не о несправедливости древнейшей профессии.

— А-а-а, мораль почитать хочешь? Не парься, знаю: эскорт — это плохо, недостойно и грязно.