Если жизнь мне крылья перебьет...
Шрифт:
– Ну что сегодня за день такой?! – в сердцах крикнула она в пустую квартиру. – Я слушаю!
– Маша, это Ася. Ну так мы идем?
Мария усмехнулась, похоже, сегодня ее вряд ли оставят в покое...
– С условием, что меня в любой момент отвезут домой!
– Без вопросов, мы будем через полчаса, спускайся!
Еще немного понежившись в ласковой пене, она с неохотой включила душ, периодически меняя горячую воду на ледяную, и через пару минут, укутавшись в пушистое полотенце, вышла в гостиную. В квартире царил легкий бардак. Ян отдыхал в лагере, муж последнее время пропадал в командировках, а Маша одна все никак не могла собраться с духом навести дома порядок. Без особого энтузиазма оглядев свой гардероб, она остановилась на черной водолазке и белых брюках. Мария очень трепетно относилась к одежде. Она обожала добротные качественные вещи с лейблами известных модельеров. Но к сожалению, регулярно пополнять свой гардероб безумно дорогими шмотками не имела возможности, поэтому, обладая безупречным вкусом, приходилось комбинировать одежду, сочетая дорогие брюки от Армани с какой-нибудь экстравагантной кофточкой, купленной по случаю на ближайшей «барахолке», впрочем, никто из окружающих об этом не догадывался. Одевшись, Мария принялась наносить макияж. Несмотря на комплекс водных процедур, ее лицо продолжало хранить следы усталости. Под глазами предательски синели круги, возле рта явственно угадывались морщинки, уголки губ угрюмо ползли вниз, на щеках не было ни единого намека на здоровый румянец, а в самих глазах, казалось, застыла вселенская тоска. «Да, подруга, если так пойдет, тебе скоро сорок лет будут давать, и то лишь исключительно в плохо освещенном помещении». Грустно вздохнув, она нанесла на губы прозрачный блеск, тряхнула копной черных волос, бегло оглядела свою все еще изящную фигурку и вышла на улицу. Напротив подъезда стоял громадный тонированный джип.
– Мария, садись на переднее сиденье! – крикнула Аська, просунув голову в окно.
– Добрый день! – Маша захлопнула дверь и огляделась по сторонам.
За праздничным столом Ася очень суетилась и готова была проглотить сразу весь именинный торт, лишь бы побыстрее оказаться на свободе, вдали от всевидящих взрослых.
– Ну, доченька, за твои шестнадцать лет! Оставайся всегда такой, как ты сейчас, милой и непосредственной. – Асин отец с гордостью и теплотой смотрел на свою дочь.
– Спасибо, пап! Ну, мы уже покушали, мы прогуляемся, ладно? – Ася глазами указывала Марии на дверь.
– Большое спасибо, все было очень вкусно! – Мария не без сожаления посмотрела на нетронутый торт.
– Девочки, может, еще немного побудете с нами? – Гости наперебой уговаривали подруг остаться. Но Ася была непреклонной. Выдержав бой, подружки вышли на улицу.
– Наконец-то! Я думала, это никогда не кончится! – Аська громко выдохнула. – Маш, мне надо тебе сто-о-олько рассказать... – Именинница несколько раз оглянулась вокруг. – Пойдем пройдемся!
– Ася, да что с тобой? Какая муха тебя укусила? Куда ты все торопишься? – Мария никак не могла привыкнуть к новому образу подруги.
– Маш, ты чем занималась летом? – Ася вдруг перешла на шепот.
– Ну как чем? Ну не знаю... читала, гуляла. Да объясни ты толком, что произошло. – Мария остановилась и в упор посмотрела на подругу, инстинктивно догадываясь, о чем сейчас пойдет речь.
– Маш, а я занималась любовью, представляешь, почти целое лето! – Ася ждала реакции подруги.
– Аська, ну ты даешь! Ася, ты влюбилась? Кто он? Как все было? Расскажи, где вы познакомились! – Мария почувствовала, как волна чего-то совершенно нового с силой накатывается на нее так, что становится даже трудно дышать.
– Машка, ты же знаешь, я была в лагере и...
– Ну, давай все по порядку! – Маша, нетерпеливо перебивая подругу, тоже перешла на шепот.
Оглядевшись, Ася взяла Марию под локоток и заговорила пронзительным шепотом:
– Маша, я в лагере была два месяца, в общем. – Ася начала усиленно жестикулировать. – Короче, когда я только приехала и в первые дни познакомилась с девчонками, я, ты знаешь, просто выпала в осадок – оказывается, большинство из них расстались с драгоценной девственностью еще в пятнадцать лет, представляешь! – Аська остановилась и набрала в грудь побольше воздуха.
– Ася, а они что, так открыто об этом говорили в самые первые дни знакомства? – Маша удивленно смотрела на подругу.
– Машка, да ты чё! Мы стали об этом говорить в первые минуты знакомства, приблизительно так: «Меня зовут Таня, мне уже шестнадцать, первый раз все было в пятнадцать с половиной лет», – ну и так далее...
– С ума можно сойти! Ася, а как ты думаешь, наши одноклассницы уже тоже... – Мария не смогла сразу подобрать нужные слова. – Ну... тоже попробовали?
– Да, даже можешь не сомневаться. – Ася в очередной раз огляделась. – По крайней мере половина наших девочек уже не девочки. – Подруга заговорщицки подмигнула Маше.
Конечно, Мария в последнее время часто задумывалась, как это произойдет с ней, с Асей. Но сейчас почему-то ей вдруг стало резко не по себе от откровений подруги. И естественное в таком возрасте любопытство заглушалось еще большим чувством стыда и чего-то неприятного. Маша не могла понять причины, почему она не хочет слушать пикантные подробности о любовных приключениях лучшей подруги. До нее внезапно дошло, что о своих первых ощущениях и вообще об отношениях с противоположным полом она вряд ли смогла бы с кем-нибудь поделиться.
– День? – насмешливо повторил мужчина за рулем. – Однако как долго у вас длится день!
– Мария, знакомься, это Егор. – Ася с обожанием указывала на сидящего рядом с ней мужчину.
«Да, похоже, мы совсем с Аськой стали разные, зачем меня занесло в эту компанию?» Маша, развернувшись вполоборота, чтобы было видно заднее сиденье, с легким недоумением рассматривала Егора. Судя по всему, высокий, крепко сложенный блондин с волевым подбородком и плоским лицом явно не знаком с творчеством Булгакова. Почему-то это было первое, что пришло в голову Марии.
– Очень приятно, Мария! – Вежливо улыбнувшись, она развернулась к водителю.
– Павел. – На Марию в упор смотрели черные ироничные глаза. – Куда едем?
– Прямо. – Маша откинулась на сиденье, нечаянно бросив взгляд назад, и поняла, что сидящим там людям было совершенно все равно, в каком направлении двигаться. Машина резко рванула вперед.
– И чем это вы занимаетесь такими долгими-долгими днями? – с улыбкой спросил новый знакомый, обнажая ряд безупречно белоснежных зубов.
– А это имеет значение? Я же не спрашиваю у вас про работу! – зло съязвила Мария, несколько резковато посмотрев собеседнику в глаза.
– Почему? – еще с большей иронией прозвучал вопрос.
– А вы ответите правду? – «Надо же, какая самоуверенность в голосе», – подумала она.
– А Мария у нас занимается продажным творчеством! – крикнула с заднего сиденья Ася, на несколько минут прервавшая бурные поцелуи со своим возлюбленным.
– Ух ты! – донесся голос явно не поклонника Булгакова.
– Вы журналист? – Похоже, разговор начинал все больше и больше веселить водителя.
– Надеюсь, мне не придется перечислять круг своих обязанностей? – парировала Маша.
– Это было бы любопытно. – В глазах Павла прыгали веселые чертики. – Так куда же мы все-таки направимся?
– В «Панораму», там отличное место! – Маша с некоторой издевкой посмотрела на Павла. «Что ж, если ему так хочется быть крутым – предоставим эту возможность», – улыбнулась она своим мыслям.
«Панорама» в их городе считалась самым дорогим клубом. Припарковавшись на платной стоянке, компания направилась в сторону ресторана. Егор с Асей шли обнявшись, постоянно останавливаясь и целуясь на глазах у прохожих. Мария опять не узнавала свою подругу. «И за что можно любить этих бандитов?» – недоумевала Маша, почему-то ни капли не сомневаясь в том, что Егор с Павлом связаны с криминалом. Неподалеку от ресторана стояла, зябко кутавшись в платок и постоянно притопывая, несмотря на теплое время, пожилая женщина, под ее ногами синела огромная корзина, доверху наполненная васильками.