Чтение онлайн

Основной акцент в этой притче делается на различную восприимчивость почвы. Ни сеятель, ни семя (и уж, конечно, не погода!) не имеют решающего значения. Урожай зависит от состояния почвы. «Притча, — как утверждал еще в 1899 году Джуличер, — имеет в своей основе какой–либо важный элемент, который и определяет все ее значение». Если Додд был прав, утверждая, что каждая притча раскрывает истины, относящиеся к реалиям Царства Божьего, тогда притча о сеятеле объясняет, почему некоторые люди отвечают на благовестие и входят в Царство, а другие нет, тогда как благодать Божья доступна всем. И если Харальд Рейзенфелд прав, считая [23] , что с помощью одной и той же притчи можно объяснить различные ситуации (чему есть свидетельства и в Новом Завете), тогда мы можем предложить свои догадки о намерениях Иисуса. Не стоит думать, что Он был равнодушен к тому, что одни люди отвергали Его деяния и слова, а другие отвечали на них верой (Мф. 23:37–39; Лк. 13:34,35). Почему же не все поверили, если предложенное Им было рассчитано на всех? Мы можем быть уверены, что и Его ученики задавались этим вопросом не только в отношении религиозных вождей (3:22–30), но и, может быть, в отношении семьи Иисуса (3:21,31–35). Те, кто принял благовестие Марка, столкнулись с этой загадкой также, как и христиане сегодня. Ни притча(1–8), ни пояснения к ней (13–20) не объясняют, почему такое происходит, но определяют источник проблемы — ожесточение сердец, поверхностность ума и потакание своим прихотям. В определенном смысле проповедник благовестия ограничен этими факторами, поскольку Бог не станет насильно принуждать людей принять Его благодать (см., напр., Мф. 23:37–39и Лк. 13:34,35). Здесь мы прикасаемся к тайне Божьего провидения, когда триумфальные настроения не приносят ожидаемых плодов и становятся причиной разочарования для молодых христиан.

Отрывок 4:10–12 — один из самых трудных в Новом Завете. Во–первых, нет полной определенности. Во–вторых, предлагаемую истину сложно принять, даже если мы начинаем ее понимать. Ученики пребывают в недоумении и приходят к Иисусу за разъяснением (10). Поступая так, они показывают, что крепко держатся своей роли призванных апостолов Иисуса. В стихе 11 Он напоминает им об их особом положении, о чем не следует забывать и нам. Весь секрет заключается не в таинстве самой религии, но в ветхозаветной идее, что все тайное остается сокрытым до тех пор, пока не открывается Богом, а иначе это тайное постичь невозможно. Сия же тайна относится к Царству Божьему и ее следует соотнести с 1:14, что находит свое выражение в учении, исцелении и изгнании бесов. Однако тайна Царства Божьего воспринимается только теми, кто видит уникальность личности Иисуса. Во всяком случае ученики начали понимать Его уникальность, и это проявилось в том, что они все бросили и последовали за Ним. Их непонимание притчи не должно удивлять, оно лишь показывает, какой долгий путь им еще предстоит преодолеть. Как говорит об этом Кранфилд: «Воплощенное Слово не так очевидно. Только глазами веры в уничиженной фигуре Иисуса из Назарета можно увидеть Сына Божьего. Секрет Царства Божьего и есть секрет личности Иисуса» [24] .

Но если не отвечать Иисусу верой, с помощью одних только притч достичь результата невозможно (12). Как семя, посеянное при дороге, на каменистой почве и в тернии, притчи будут посеяны напрасно и не смогут оказать влияния на тех, кто не захочет принять их. Иисус использует Книгу Пророка Исайи 6:9,10 (по всей вероятности из Септуагинты, греческого перевода Ветхого Завета). Проблема заключается в словах так что из стиха 12. Были высказаны предположения, что, возможно, выражение «в результате» было бы здесь более уместным. Конечно, так было бы легче! Матфей и Лука, похоже, стараются смягчить резкость выражения, но резкость эту скрыть не удается.

Подытоживая все сказанное, можно утверждать, что одни только притчи не в силах привести людей к вере, иначе все, кто слышал, поверили бы. Притчи — это приглашение к вере, как и само Евангелие (если принять 4:14). Ни притчи в частности, ни Евангелие в общем не принудят к вере и не дадут ее. Все, что требуется, — это постижение тайны Царства в Иисусе. Без этого понимания притчи приведут слушателей к разочарованию, ибо они примут дорожный указатель за место назначения, тень за реальность, а метафору за истину. Как действует Бог и чего Он хочет от людей — обо всем этом сказано в Писании. На данный же момент нужно только принять для себя серьезные ограничения и научиться не становиться внешними. Мы должны удивляться так, как того ожидал Иисус от первых слушателей, удивляться тому, что в столь неблагоприятных обстоятельствах можно получить столь удивительный урожай.

Для учеников наступили трудные времена. После первых восторгов от служения Иоанна Крестителя (так как некоторые из них были очевидцами его служения), после их призвания Иисусом и первых Его чудес дела пошли хуже. Религиозные лидеры перешли в наступление. Семья Иисуса стала проявлять беспокойство о Его психическом здоровье. Может быть и в толпе сопровождавших их людей кто–то думал так же (см.: перевод 3:21 GNB: «…люди говорили: «Он не в Себе!»). Более того, сами ученики Иисуса слушают Его небольшие рассказы (которые Марк называет притчами) и не понимают их. Они знают, что в них имеется скрытый смысл, но не в состоянии уловить его. Почему Учитель не сделает их более понятными, почему не скажет открыто, Кто Он?

Мы все хотели бы одного — «легко поверить». Но Царство не открывается лишь благодаря блистательным ораторам или эффектным зрелищам. Посмотрите, то же самое говорит об этом Павел в Первом послании к Коринфянам 2:1–5. Интересно, что Павел тоже употребляет слово «тайна» («тайная премудрость Божия»; 1 Кор. 2:7), ибо и для него главная истина — быть «не знающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого» (1 Кор. 2:2). Трудно найти более подходящий комментарий к повествованию Марка о том, что Иисус стремился донести и сделать.

Сегодня люди проявляют довольно сдержанное отношение к евангелизму, и это требует серьезных размышлений. Павел выразил цель евангелизации — «спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9:22), что не означает их спасения «любой ценой». С другой стороны, также неверно думать, что нам дано право решать, готов ли человек стать христианином. Однако мы можем сделать две вещи: во–первых, в своем благовествовании не исходить из ошибочных положений; во–вторых, быть уверенными, что мы ясно донесли, что быть учеником Христа — это значит взять свой крест и следовать за Ним. Иисус в Евангелии от Марка делает все, что возможно, чтобы мы поняли это. То же делал Павел. Так же должны поступать и мы.

Слуга Иисуса есть также слуга благовестия в том смысле, что он или она никогда не смогут контролировать ни самого Евангелия, ни его результативности. Даже Иисус размышляет о непредсказуемости ответа на Свое послание. Использование сравнений из жизни природы, особенно сравнения с посевом и сбором урожая, усиливает понимание этого явления. Земледелец знает, что должен засеять свое поле, трудиться и вырастить урожай, но есть силы, которые в большей степени, чем его мастерство и трудолюбие, повлияют на результаты его труда. Проповедник, евангелист и свидетель тоже должны помнить об этом. Они должны выполнить свою роль, но это всего лишь роль. Играя ее, невозможно не рисковать, потому что раз за разом их ждет либо поражение и разочарование, либо успех и радость. И здесь нам опять помогут слова Павла: «Чтобы вера ваша утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божией» (1 Кор. 2:5). Вся наша христианская работа должна время от времени испытываться этими мерками.

В этом отрывке представлено два важных высказывания. Оба очень подходят к сложившейся ситуации, хотя у Матфея и Луки они представлены несколько в ином контексте. Конечно, Иисус, как и любой другой оратор, часто повторял одни и те же идеи в разных обстоятельствах. В Евангелии от Луки 8:11–18 воспроизведены те же истины в подобном же контексте. Встречаются они и во многих других библейских текстах (см., напр., Лк. 6:38; 11:33; 12:2,31; 14:35; 19:26, а также Мф. 5:15; 6:33; 7:2; 10:26; 11:15; 13:9,12,43; 25:29). Мы должны постараться определить, имеем ли мы описание различных происшествий, где Иисус каждый раз употребляет одни примеры, или же евангелисты, верно передавая слова Иисуса, разместили их в разных местах Писаний, чтобы осветить отдельные богословские вопросы внутри всего контекста. В любом случае послание Иисуса передано совершенно точно, и наши выводы будут отражать наше отношение к его происхождению.

В повествовании Марка логика стихов 21–25 соответствует не только их внутреннему содержанию, но и развитию всей истории. С одной стороны, свет должен освещать все вокруг, ибо ничто не может быть сокрыто навсегда. Иисус говорит, что в этом есть определенная тайна, скрытая до тех пор, пока Бог не откроет ее. Подразумевается, что Бог теперь открывает эту тайну, ранее сокрытую во Христе. Поэтому ученикам тем более следует быть внимательными (23–25). Те, кто слышит Его учение, видит Его чудеса, в будущем обязаны дать правильный ответ. (Еще раз обратите внимание на очень важный момент — ни учение, ни чудеса автоматически не обеспечивают ожидаемого Богом ответа. Но Он каким–то иным образом предоставляет нам эту возможность. И здесь мы опять попадаем в область «серьезной, постоянной и восприимчивой веры».) Фон стихов 24 и 25 прост и незатейлив, как и все остальное в учении Иисуса. Ученики видели, насколько Он верен Своему учению в Собственной повседневной жизни. Иисус говорит, что эти же законы работают в сфере невидимой духовной реальности.