Чтение онлайн

– Мы знаем, что появились одна или две небольшие группы, которые ставят своей целью возрождение Истинной веры. Они отрицают слияние иудаизма и христианства, что вредит идее унии. Римская церковь очень обеспокоена этими слухами. Есть сведения, что русская православная церковь имеет с этими группами некоторые взаимоотношения.

– Боже упаси, Никос. Русские? Каким образом? Такой альянс чересчур даже для евреев. (Удивление мистера Ноя почти естественное).

– Ничего удивительного, мистер Ной. Не так давно русские сделали все от них зависящее, чтобы Израиль вообще возник как государство. Почему бы им не вернуться к этой идее? Все ведь, как Вы всегда говорите, возвращается.

– Увы. Почти всегда это так. Не всегда к началу, но всегда к тому пункту, который важен для тех, кто начал. И кто же они – эти… кто беспокоит всех?

– Они под крестом иоаннитов.

– Ну, конечно. Я так и думал. Удивительная штука жизнь, Никос?

– Да, сэр. Только мне внушает опасение то, что они слишком близки в своих словах и поступках к мусульманским фундаменталистам.

– Что ж в этом удивительного? Если все так, как Вы предполагаете, то они и есть фундаменталисты. Только, скажем, другие. Так Вы говорите, иоанниты? Не они ли организовали неприятности масонам? Мне кажется, что мы к этому не имеем отношения? Не так ли, мистер Доу?

– Справедливо, мистер Ной. Тем более, что заказчика у нас на этот раз нет. А разве мы работаем самостоятельно?

– Идеально. Никос, простите за назойливость, но разве не имеет смысла Вам съездить в Иерусалим?

– Именно этого я хотел просить у Вас, мистер Ной. Необходима Ваша санкция – ситуация непростая и хотелось бы знать точно: какие последствия могут возникнуть и как будут развиваться события в ближайшие дни.

– Считайте, что Вы уже получили санкцию. Еще что-нибудь?

– Да, мистер Ной. Есть еще кое-что. Здесь в скором времени появиться новая Книга. Ее фрагменты уже напечатаны в одном научном журнале.

– Книга? Вы хотите сказать, что это что-то серьезное?

– Вполне вероятно. Церковь, кажется, может сильно обеспокоиться этим вопросом. Тем более что близиться визит Папы в Иерусалим.

– Ученые всегда находят что-то неожиданно и совершенно не вовремя. Вы согласны с Никосом, мистер Доу?

– Увы, сэр. Мне тоже кажется, что Никос прав. Появление новой Книги может оказаться более серьезной проблемой, чем нам это кажется.

– Напечатаны фрагменты, говорите? Интересно было бы почитать….

– И еще раз, увы, сэр. Пока нам это недоступно. Но, мы работаем над этим.

– Что ж, раз вы оба считаете, что этим вопросом стоит обеспокоиться, то прошу Вас заняться. На этом – все, господа. Прошу меня простить, мне еще надо поработать над всем, что вы мне рассказали. Я свяжусь с Вами, Никос, еще до Вашего утреннего отъезда в Рим.

Вот так всегда, уважаемые дамы и господа! Вместо Иерусалима Никос летит в Рим, что совершенно не отменяет поездку на Святую Землю. Вот такие разговоры с боссом более всего и пугают меня: сделали вид, что поговорили, но никто никому ничего не сказал. Просто констатировали некие факты. И не было никакого разговора – обменялись мнениями и каждый сделал для себя собственные выводы. Но одно свойство мистера Ноя трудно переоценить: вместо одного заказчика у нашего учреждения с утра, к вечеру появится еще один. Только он еще об этом не знает – для этого я и лечу в Рим. Правда, думаю, что мистеру Ною, не очень понравится моя инициатива. Бизнес, дамы и господа, это пластичная композиция из цветов, денег и крови. Уродливо, немного неприятно, но в целом симпатично.

Гл. 24

Вошедший сел в углу старого дома так, чтобы свет от огня не открывал полностью его лицо. Кто знает, как повернется разговор и надо быть готовым к тому, что лицо может выдать настроение его хозяина. Кто сказал, что мы вольны управлять нашими эмоциями? Это не кино – это простая жизнь, в которой не все происходит по воле сценариста. Удобно думать, что все в наших руках и в тоже время, что все предначертано. Но наступает время, когда приходится выбирать между своей волей и надеждой, что все в руках всесильного и всезнающего.

– Я слушаю тебя, Йохам. Ты позвал меня сюда не для того, что бы угостить?

– Увы, мне нечем тебя угостить.

– Ты не прав. Слова часто бывают слаще меда и у тебя есть эти слова, если только ты не изменил своей воле.

– Все…

– В руках Всевышнего? Конечно. Тогда зачем ты хочешь что-то изменить? Или ты проник в его замысел? Мои люди сказали, что ты проснулся и хочешь вернуть себе право на место под солнцем. Так ли это?

– Так. Но ты перебил меня. Все в руках Всевышнего – это так. И моя вера как всегда сильна – просто наступило время действовать.

– Это хорошо, Йохам. Это очень хорошо. А ты говоришь, что нечем меня угостить.

– Я хочу справедливости.

– Мы оба верим в справедливость. Мы оба хотим одного: истины. Но, какая истина удовлетворит тебя, Йохам?

– В наших книгах одни и те же имена – разве это не повод назвать, наконец, и Бога одним именем?

– В нашей вере у Всевышнего нет имени, Йохам. Ты это знаешь. Мы договорились давно с иудеями о некоторых общих принципах и обычаях. Все это время мы все соблюдали наши обычаи строго и неукоснительно, и нас роднила ненависть к христианам. Сейчас христиане сталкивают нас лбами, и только от нас зависит, насколько они преуспеют в своих целях. Ты живое воплощение Веры: тебе, как у вас говорится, сам Бог велел? (Немного цинично, но сейчас не время считать: наступит время, когда посчитаем. Сейчас время договариваться, Йохам).

– Ты прав. Мы один народ.

– Твои слова слаще меда, Йохам. Только все не совсем так. У нас один враг и это важнее единой крови: наступает время Истины – время одной крови. И это кровь нашего общего врага.

Слышите, крысы? Слово сказано! Скоро, очень скоро наступит ваш день. И дети ваши станут сыты, и сон ваш станет радостным, и утро будет спокойным. Как же ненавидим мы крошки с чужого стола! Ждите, крысы, призыв – все очень скоро станет простым и понятным. И в этом не будет вашей вины – все сделают другие. Хвала тебе, крысиный Бог! Ты услышал наши молитвы. Что нам надо кроме тепла и мяса? Разве мы так много просим?

– Скажи, Йохам, ты вполне уверен, что твои друзья в Америке и Европе тебя поддержат?

– Да. Уже ничего нельзя остановить.

– Мне говорили о Книге, которая начала появляться. Это так? Прошло много лет с Кумранской находки, но мало что изменилось. Ты уверен, что на этот раз реакция Рима будет более значительной?

– Евангелие от Иуды было первым шагом. Почва подготовлена: слишком многих не удовлетворяет положение вещей.

– Разве так не было раньше? Разве они не знали и не сомневались ранее? Разве невнимательно читали апокрифы? Почему что-то должно измениться?

– Никто раньше не говорил обо мне. Громко и вслух. И никогда еще раньше не собирались в Иерусалиме все те, кто так ненавидел друг друга, чтобы воспрепятствовать мне.

– Ну, что ж, возможно ты прав. Написано в Коране: «В их сердцах — порок. Да усугубит Аллах их порок! Им уготовано мучительное наказание за то, что они лгали».

– Помнишь ли ты другие слова? «И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли».