Чтение онлайн

– Но я не собираюсь никуда уходить из собственного дома. – Я начинал злиться.

– Вы очень быстро соберетесь, не сомневайтесь. Мы поговорим немного, и еще не пробьет одиннадцати, как Вы уйдете.

– Почему одиннадцати?

Меня удивил не тот факт, что меня выгоняют из собственного дома двое незнакомцев с патологическим отсутствием каких-либо манер. Меня удивил тот факт, что я должен успеть убраться до одиннадцати. Странно порой работает собственный мозг! Между прочим, так проваливались самые талантливые шпионы: концентрация напряжения в одном отдельно взятом кусочке мозга дурно влияет на его работу в целом - отсюда и появляется подтверждение тезиса, что «язык мой – враг мой». Я ляпнул глупость, и это трудно было не заметить, но, кажется, обошлось…

Прошу прощения, но должен Вас отвлечь не несколько секунд! Люсьен вообще-то часто заигрывался в своей жизни. Его постоянное внимание к собственной персоне и частое использование буквы «Я» давало повод сомневаться в его способности работать в команде. Но руководство решило, что этот «маниакальный артистизм» (придумал же штатный психолог такой термин!) скорее на пользу делу, чем во вред. Так что не обращайте особого внимания на некоторые странности в поведении Люсьена – я Вас умоляю. Потом все само собой разъяснится – если, конечно, оно будет – это «потом».

…Что-то сегодня слишком громко стучали часы у стены напротив дивана и кресел, между которыми стоял столик с бокалом недопитого вина, пачкой хорошего голландского табака и конвертом с письмом. Слишком громко стучали – по вискам. Я ждал момента, когда они начнут бить одиннадцать утра, и боялся, что удары разобьют мне голову. Жаль, что петухи уже пропели – значит, эта нечисть не пропадет? Человек уже замолчал. Говорил он медленно, но все произошло очень быстро, и часы не пробили одиннадцать, а просто остановились. Не дойдя до цифры несколько секунд.

В мире бывает много совпадений, и это могло быть одно из них, но это не было совпадением – часы остановились, как только он закончил говорить. Теперь я понимал, что его фраза, брошенная в начале разговора, как бы, между прочим: «Вам надо все узнать до одиннадцати», была сказана не просто так. Часы неожиданно остановились, не дойдя пары минут до одиннадцати! Жуть какая-то, как в фильмах Хичкока. Хотя, не было тут никакой мистики: все оказалось много проще. Из короткого рассказа незваного гостя, намеревающегося съесть после моего ухода весь мой сыр, следовало, что рейс из-за моего опоздания переносить не будут – не такая я фигура. Следовательно, чтобы успеть в аэропорт надо выехать не позже одиннадцати. А часы остановились просто потому, что остановились и все.

Выбор у меня, судя по его рассказу, был, но не очень приятный. По словам этого господина, мне следовало либо беспрекословно подчиниться ему, либо у меня совсем скоро возникнет небольшая проблема, которая может плохо сказаться на моем здоровье. На мой тупой вопрос: «А может быть все-таки как-нибудь…?», ответ был отрицательный с некоторой долей нетерпения. Словом, я понял, что мсье Пико в своей жизни что-то не то натворил и вот теперь я, как его наследник, вполне возможно могу оказаться заложником его давних махинаций. А этот господин, как доверенное лицо старых друзей мсье Пико, уполномочен помочь мне выйти достойно (то есть, живым) из этой ситуации. Но для этого я просто обязан поехать и поговорить с одним их партнеров мсье Пико, который сам, в силу некоторых обстоятельств, приехать ко мне не может.

Таким вот образом складывались дела для человека, которого звали Люсьен. Складывались весьма удачно, потому что история для субтильного юноши была весьма убедительной: жил он странно и непонятно – могло ли так продолжаться вечно? Нет, не могло. Должен ли был Люсьен, как человек молодой, неопытный и беззащитный испугаться такого поворота событий? Конечно. Он беззастенчиво жил за чужой счет, как самый последний балбес. И, вот наступило время узнать, что его псевдопапа жулик, который кому-то еще при своей жизни наступил на какую-то часть тела. Хорошо еще, что есть кто-то, кто хочет ему помочь – надо хвататься за соломинку. Люсьен и должен был схватиться: в конце концов, человек не кошка – человека очень легко можно заставить делать то, что ему делать не хочется.

Ну, а для меня эта жутко печальная история, рассказанная вторгшимся в дом мокрым негодяем, лишний раз подтверждала тот факт, что в свое время все расчеты на появление кого-то подобного, или чего-то в этом роде, были сделаны верно, и в ближайшее время мне не грозит употребление дешевого вина и ветчины, которую я видеть больше не могу. Таким образом, получалось, что и я сам, и я, как Люсьен, наконец, можем переходить к финальной части этой странной и весьма продолжительной истории. Конец ее, правда, был совершенно непредсказуем, но уже одно то, что серьезные люди в нее поверили, говорило в пользу других серьезных людей, которые ее придумали…

– Теперь Вы знаете достаточно, чтобы принять решение.
– Его глаза были почти закрыты. – Вы можете уйти.

– Но, если я не хочу, если мне все это не нравиться, если мне это не надо? – Я был совершенно сбит с толка. – Почему я должен Вам верить? – У меня еще была надежда, что это идиотский розыгрыш.

– Вас никто не заставляет верить мне, но не верить мне Вы не можете, потому что все, что я сказал, будет так и никак иначе. Все дело в Вас. Именно Вы получили письмо, а здесь ошибки быть не может.

– Что это за письмо? Бред какой-то.

– Считайте это повесткой.- Человек слегка улыбнулся.

– Повесткой куда?

– Никуда. Просто повестка. Неважно. Важно, что последует за этим. Все сложилось так, что именно Вы обладаете правом на Книгу, которой нет здесь, и, возможно, именно Вам дано право ее дописать, чтобы она тут появилась. Но именно Вам надлежит ее сначала найти. Но дело даже не в Книге – дело в письме, которое Вы получили. Куда Вы смотрите? – Я озирался по сторонам, и со стороны это выглядело не лучшим образом. Наверное, было ощущение, что я ищу глазами какую-то книгу, которую пришелец просто пропустил. Вот он сейчас ее увидит, возьмет и уйдет, а я проснусь и пойду выпью кофе с сыром – в этой маленькой деревне делают хороший сыр, хотя бы, поэтому тут стоит жить. Или уже – стоило? Кажется, это утро началось напрасно. Он смотрел на меня, и я понимал, что я уже не проснусь.

– Откуда Вы знаете, что ее здесь нет? – Я все еще надеялся. – Может быть, ее просто спрятали в другое место?

– Зачем, молодой человек? Зачем прятать то, чего пока нет?

– То есть как – нет? Что же Вы ищите? – Я совершенно запутался. – Вы же только что мне сказали, что эта Книга…

– Пока нет. – Он улыбнулся, и на его лице улыбка была совершенно не к месту.
– Проблема лишь в том, что на этот раз именно от Вас зависит, появится ли она. Но, кажется, Вы меня совершенно не слушаете? – Он слегка улыбнулся. – А что Вы знаете о своем отчиме?

– Мы почти не общались. – Я в тот момент не думал ни о Пико, ни об этом странном человеке – я вдруг подумал о соседе, который мог бы приехать и в дождь, черт его возьми! И в этот момент в дверь позвонили. Я не мог слышать звука подъезжающего автомобиля, потому что в библиотеке, как я уже говорил, все окна были наглухо закрыты тяжелыми деревянными ставнями. Если это винодел – дело будет проще: пусть позовет полицию – и все закончится.

Я, молча, встал, спустился вниз и открыл дверь. На крыльце стоял мой сосед. Слава Богу! Дождь перестал, и даже выглянуло солнце. Мне всегда казалось, что библиотека, расположенная на втором этаже дома, была на самом деле в подвале – там всегда было темно и мне это нравилось. Терялось ощущение дня и ночи – наверное, мсье Пико был прав, заделав окна.