Чтение онлайн

И потому даже простое описание мира, где всем их обличениям нет места, где совесть и есть совесть, стабильность и есть стабильность, а патриотизм и есть патриотизм, не больше и не меньше, они подсознательно воспринимают как обвинение. И реагируют соответственно.

Еще одно объяснение мы можем найти опять-таки благодаря г-же Вольтской. В своей статье она предъявила ван Зайчику обвинение в плохом отношении к СМИ.

«Один из второстепенных персонажей — журналист. Хотя и ордусянин, но суетливый и хлипкий…За сенсациями гоняется, а что к чему — никак не понимает. И если бы не храбрые органы, его, пачкуна чернильного, давно бы уже бандиты ухлопали. Отсюда мораль: чем скакать за сенсациями да пытаться своим слабым умишком постичь суть вещей, сиди спокойно и жди, пока мудрые органы сами тебе все не растолкуют. Потому что они — вездесущи и всемогущи».

Кто читал книгу, скорее всего согласятся с тем, что на самом деле журналист этот — весьма симпатичный субъект и весьма дельный профессионал. Кто не читал — тоже не страшно, потому что это все не важно, слабый у него умишко или нет. Единственный его настоящий грех — о нем, собственно, и сообщается столь страстно и столь невнятно в процитированном абзаце — заключается в том, что журналист этот с готовностью пошел на сотрудничество с органами охраны правопорядка и действительно им очень помог.

Вероятно, ван Зайчику следовало поведать о том, как журналиста, пытающегося донести до населения какую-нибудь тамошнюю горькую истину, избивал и пытал заезжий из центра особист-садист — вот тогда вышла бы художественная правда. А если бы невинно поруганный правдоискатель еще и в Европарламент с жалобой устремился, а фээсбэшники его мечами искромсали по дороге — глядишь, удостоился бы и ван Зайчик похвального слова либеральной критики.

Не далее как 11 октября в «Ночном времени» американский политолог очень точно и совершенно убийственно поправил нашего: Запад не отреагировал должным образом на взрывы жилых домов в России не потому, что слишком сыт, и не потому, что равнодушен к России, а потому, что в самой России многие СМИ утверждали, будто означенные дома были взорваны российской ФСБ в целях разжигания ненависти к кавказцам, и это дезориентировало общественное мнение Запада.

Теперь-то очевидно всем, что время от времени либеральные журналисты то искренне желая, как лучше, а то и ради красного словца городили чрезвычайно вредную чушь. Но хоть бы кто-нибудь из них вышел теперь и сказал: «Простите. Год (два, три) назад я того-то не понял, а в том-то и том-то был неправ и соврал. Виноват. Не корректор виноват, не редактор и не работодатель — я лично виноват в том, что вольно или невольно в том-то и том-то вас, читатели или зрители мои, обманул».

Для восстановления сильно пошатнувшегося за последние годы доверия к демократическим ценностям и к тем, кто их всерьез исповедует, это было бы чрезвычайно важно. Чрезвычайно.

Но куда там! По-прежнему других обличают и знать ничего не хотят.

Вернемся, однако, к нашему лабораторному экземпляру, ибо дальше — больше. Г-жа Вольтская, с легкостью необычайной презрев текст самой книги ван Зайчика, где прямо говорится, если для краткости выражаться штампами, о недопустимости силового решения национальных проблем, тут же и именно по тому же самому эпизоду, где это заявлено, реконструирует ни много ни мало — призыв ван Зайчика к тотальной зачистке Украины российской армией!

Самое смешное, что именно в Украине ван Зайчик получил свою первую литературную награду — «Золотой кадуцей». Но маниакальным либералам и такие вещи не указ, они лучше знают. Они «знают, как надо!» Даже тем, с кем у нас еще вполне дружелюбные отношения, они обязательно объяснят, что Россия им враг — а потом примутся их от России шумно защищать.

Вообще говоря, либеральная наша культура давно уж занята, главным образом, введением России в надлежащие рамки. Либо по образцу знаменитого «Россия должна ограничиваться территорией Московской области» (никто за истекшие годы так и не спросил великую правозащитницу, кому, по ее мнению, должны будут принадлежать освободившиеся земли и что станется с пока еще живущими там людьми). Либо так называемым выжиганием святынь, сладострастным дезавуированием культурообразующих национальных мифологем и ценностных установок — в стиле «Омона Ра»…

Что ж, есть Евангелие и есть «Забавное евангелие» Таксиля. Почувствуйте разницу.

Самое смешное, что слабая, погруженная в хаос, рассыпанная перед свиньями бисером Россия отнюдь не полезна Западу. Совсем наоборот. Там это уже поняли и политики, и бизнес, поскольку они живут и действуют в реальном мире. Если они путают реальность с кошмарами, они начинают терять власть, голоса и деньги. Им нужно адекватно решать действительно насущные проблемы, и они несут прямую ответственность за неспособность это делать, за продолжение монотонных менуэтов в мире мифов и фобий.

Но наш либеральный маховик крутится, машина продолжает жужжать, ибо инерция ее громадна, а трение о внешний мир — ничтожно. Она не решает и даже не призвана решать никаких реальных проблем. Вся система стимулов находится внутри нее, она работает только на себя самое, не отвечая за неадекватность ни перед кем внешним. Сложилась структура внутренних престижей, самоутверждений и оплат, а все подобные структуры всегда чрезвычайно жизнеспособны и склонны воспроизводить себя до бесконечности. Как в свое время спецслужбы должны были изобильно придумывать врагов народа и диссидентские заговоры для того, чтобы оправдать свое весьма сытое и почетное существование (при том, что изменники и диверсанты изредка и впрямь встречались — как без них?), так теперь страшными квасными патриотами и русским фашизмом (при том, что и то, и другое вполне способно реально осложнять нам жизнь) исступленно оправдываются маниакальные демократы — без них они не нужны никому и, в сущности, даже себе.

Тут уж даже не ван Зайчика жалко. Это — пустяки.

Тут людей жалко — тех, кого поразительно безответственные подвижники пера, пригоршнями разбрасывая направо и налево жуткие слова «зачистка», «фашист», «сталинист» по отношению ко всем, кто всего-то имеет несколько отличный от их собственного взгляд на происходящее в стране, — приучает их, этих людей, всех читателей своих, к тому, что априорная, не требующая доказательств агрессивность России — это постоянная величина мировой политики, и к тому, что фашист — это что-то вполне обычное, почти нормальное, широко распространенное и, по сути, совершенно не опасное. Вроде как брюнет. Ну, подумаешь — волосы черные… Их же полстраны, брюнетов-то. А вон тому блондину брюнеты не нравятся, вот он и кроет: фашист, фашист… Эй, фашист, пошли выпьем! Господин фашист, вы последний в этой очереди? Нет, за мной сталинист занимал, да за сигаретами отлучился, сейчас вернется…

Более того. Множество людей сами себя начинают называть и считать фашистами.

Время от времени на мою гостевую книгу приходят письма примерно такого содержания:

Константин Крылов.

Как известно, «фашистами» в последние пятнадцать лет называют всех русских людей, не испытывающих ненависти к своей стране и своему народу…

Или:

Яковлев Андрей.

Я с вами!!! И если они Вас так назвали — что ж, тогда я руссофашист. Знайте — нас большинство в России.

Как писателю и как человеку мне, конечно, очень лестно — но ведь это ужасно. Это совершенно ужасно. На самом деле в подобных людях нет ни капли нацистской идеологии; но они уже сами себя начинают позиционировать относительно демократии именно таким образом.

Честертонов патер Браун говаривал: «Где умный человек прячет лист? В лесу».

Упоенные собой и своими эффектными филиппиками златоусты создают лес, в котором очень просто маскироваться и прятаться настоящим наци. И не только прятаться, но и, боюсь, находить себе почти созревших приверженцев, потому что львиную долю воспитательной работы за них, за этих самых наци, уже проделали.