Чтение онлайн

Алекс закатил газа, но соизволил объяснить.

— Там какие-то проблемы у него с агентством. В цене что ли не сошлись? И Прямо вчера Комар отказался. Вот и вызвали Феникса. А он взял и не отказал, с корабля на бал примчится. Денег лишних не бывает. Потрясный мужик, надо сказать. Жаль не из наших, — трепался мой голубой агент, не замечая, как я меняюсь в лице.

Давно забытое ощущение, что кровь то вскипает, то стынет в жилах. Я давно уже не чувствовала себя такой уязвимой, почти голой, ранимой. Невозможно. Этого просто не может быть.

И не будет.

— Я отказываюсь сниматься у Феникса, — выпалила я, едва смогла снова ворочать языком.

— Что прости? — не понял Алекс. — Мне послышалось?

— Я. Не. Буду. Сниматься. У.Феникса, — отчеканила я, натянув на лицо маску непробиваемого упрямства. И издевательски уточнила. — Что из этого ты не разобрал?

— Я не разобрал? Это я разобрал прекрасно. Не глухой.

— В чем же дело?

— Дело в том, любовь моя, что я, очевидно просрал момент, когда у тебя отросла корона. Как-то вот профукал, вообще не заметил, — подхватил он мой издевательский тон.

Я фыркнула, решив не оправдываться, лишь выдала:

— Просто отмени съемки и все.

— И все? — заорал он фальцетом. — И все, Ирен? Так просто у тебя все! А мы уже получили аванс, нас ждут люди, которые сделали тебя, рыба моя золотая, звездой. На минуточку так! Зве-здой!

— Мне плевать, — тихо огрызнулась я.

— Тебе плевать? Ах, тебе плевать, да? На меня! На агентство! На свою репутацию, — уже в голос и баском орал мой менеджер, размахивая руками как истеричка. — Ты не имеешь права плевать, Ирсен. Слышишь меня? Просто не выйдет. Или ты сейчас поднимаешь свой аппетитный зад, предварительно засунув туда нелепые понты и капризы, или вали обратно в свою деревню-глушь-Саратов. Или откуда ты там? Потому что с нами никто так больше не будет работать. И я с тобой — тоже. Связался, блин.

Дальше Алекс выдал дозу ненорматива, который описывал весь спектр его разочарования во мне.

— Разворачиваемся, — скомандовала я.

— Нет! — закричал агент.

— Ирсен, ты не имеешь права так поступить. Чего у тебя за беда? Что за петух клюнул? Трахалась с Гошей? Ну, класс. Ккто бы отказался? Это не повод отменять фотосет, ей-богу.

Я выпустила воздух через рот рывками.

— Я не буду тебе ничего объяснять. Просто нет.

Он снова выругался и начал сыпать угрозами, потом уговаривал и снова грозил, умолял и задабривал. Я стряхивала лапшу с ушей, уже не утруждалась спорить, просто упрямо мотала головой, отрицая все доводы Алекса.

Едва водитель остановился, я выпрыгнула из машины, надеясь просто удрать в метро, раз уж мой ушлый помощник и приятель не желает слышать. Но просчиталась. Алекс выскочил следом за мной, как черт из табакерки, схватил за локоть. Сильно и больно. Свободной рукой он умудрился вытащить деньги и бросить таксисту.

— Без сдачи, — буркнул он и потащил меня в павильон, где была назначена фотосессия. Я вопила и вырывалась, на нас глазели. Но это не помешало Алексу, протащить мен чуть ли не волоком к лифту, затолкать в него и нажать кнопку. Собиралась наорать на него или разреветься, но он осадил тут же.

— Хватит! Взяла себя в руки и отработала, как обычно. Ты профи, Ирсен. Хватит делать вид, что эта работа случайность.

Через минуту я уже сидела перед зеркалом, а костюмер тряс нарядом.

— Всем доброе утро, — раздался такой знакомый, родной голос. Как глоток воды в пустыне. Как теплый ветер после зимней стужи.

Я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела его в отражении.

— Уже заканчиваете? — спросил Гоша у визажиста, хотя смотрел прямо мне в глаза, не отрываясь.

— Да. Пять минут, Гош, — откликнулась девушка, которая накладывала мне на щеки румяна.

Фенов чуть заметно сморщился, постоял еще минуту, глазея на меня. Я — на него. Просто сил не было отвести глаза, не смотреть. Гоша. Мой Феникс. Все такой же красивый, мускулистый, разрисованный. Разве что взгляд… Никогда он еще не смотрел на меня так. Словно я вырвала его сердце, оставив истекать кровью, словно предала, растоптала все, что у нас было.

Сглотнула.

Гоша отвел глаза, проговорил небрежно:

— Не спешите. Я пока свет настрою.

Вот вам и требовательный Феникс.

Я едва дышала, пока мастер дорисовывала мне лицо. Но ведь не умерла. Я встретилась с ним и осталась жива. Он не выволок меня, требуя объяснений. Вообще словно не вспомнил. Даже не поздоровался.

Кажется, он крепко на меня обижен. Что ж… имеет право, но… Он должен понять, а мне, похоже, придется объясниться. Лично. Потому что сбежать Гоша мне не даст. Так же, как и Алекс не позволил слиться.

И если от менеджера я могла попытаться удрать, то один взгляд Гоши, и у меня нет ни сил, ни желания покидать помещение.

Именно поэтому я тогда уехала, не прощаясь. Знала, не смогу оставить его по своей воле. Он всегда меня гипнотизировал, зомбировал.

— Дорогуша, сколько можно? Мастера нельзя заставлять ждать, — подгонял Алекс визажиста, когда та уже заканчивала колдовать с ресницами.

Девушка что-то невразумительно пробормотала в свое оправдание и отпустила меня через минуту. Меня нарядили с тогу цвета старой хвои, волосы оставили в первозданном беспорядке, лишь добавили объёма и закрепили лаком. Гоша уже закончил приготовления и тихо разговаривал с Альбиной, которая все так же курировала проект.

— Готова наша богиня, — громко оповестил мой менеджер всех присутствующих.

Фенов обернулся, снова сканируя меня горячим взглядом и опять без единого слова. Лишь кивнул в сторону освещенных стен, приглашая на позицию. Послушавшись и так же безмолвно исполнив его приказ, я заняла свое место. На секунду стало неловко, нахлынули старые комплексы, вернулась неуверенность и робость. Но едва Гоша направил на меня камеру и начал руководить съемкой, я словно очнулась. Вспомнив, с чего все началось, окунулась в жидкое блаженство сладкого диктата. Было так естественно. Просто и приятно слушаться его. Делать то, что он велел. Исполнять беспрекословно.

— Руки вверх, голову на бок. Глаза опустить. Губы мягче. Каплю улыбки. На меня смотри теперь…

И все в этом духе. Я словно танцевала, следуя его словам. Телом, взглядом, дыханием. Если с другими фотографами я научилась работать, исполнять, давать то, что они хотели, то с Гошей я просто жила, была собой. И кайфовала от этого. Даже возбуждалась. На мне не было белья, грудь мелькала из-под свободной тоги с запахом. Я научилась игнорировать свое внезапное обнажение. Голой не снималась, но часто создавались моменты во время съемок, когда было видно чуть больше, чем мне хотелось бы. В этом бизнесе этим никто не заморачивался. И я тоже стала относиться спокойно. Только не с Гошей. В его присутствии меня возбуждало то, что он видит, как соски приподнимают тонкий шел, как грудь мелькает, когда я двигаюсь. Мне нравилось это. Я не видела никого, кроме Феникса. И творила все это только для него. Словно в транс погрузилась. Мы были вдвоем, хоть и на виду у всех. Только мы.