Чтение онлайн

70.

– Любовь всегда предполагает отказ от собственных корыстных побуждений, требует их отхода на второй план.

– Если это слово понимать шире, чем что-то основанное на половом влечении, то такой отказ может присутствовать. Любое же чувство, связанное с полом, имеет природу страстную. По инертности, то есть силе рассеивающего компонента сознания оно прямо родственно корысти.

71.

– Я разочарован в женственности земной, но я верю что мир иной хранит образ преображенной женственности. Там, сбросив оковы греха, она уже не рождает от мужчины. Не даром дан нам был образ Девы, рождающей от Духа.

– Я думаю, что никакой вечной женственности в мире ином нет. Царство Божие - это единство без всякой дифференциации. Дева, рождающая от Духа - лишь символ отсутствия полярности в совершенстве. В буквальном же смысле Богородица не имеет окончательного смысла, как некой абсолютной женственности. Дева Мария - это конкретная личность, посредством которой произошло воплощение Спасителя.

72.

– В половом акте присутствует некая сугубая безличность, выражающаяся в его общности и одинаковости для всех.

– Половое влечение, действительно, ведет к затуманиванию сознания. Но общность и одинаковость не тождественна безличности. Личность определяется не уникальными, только ей присущими характеристиками - таковые есть и у животных. Обезличивание - это снижение уровня сознательности и потеря свободной воли. Индивидуальные свойства - признаки несовершенства. Они, как и половая страсть, обусловлены грехом, но лишь более слабым, чем обезличивающий. Специфичность - иллюзорная личностность. Ее углубление загрязняет сознание. Совершенствование же, наоборот, есть как бы обобщение самого себя, освобождение от всего частного. Личные особенности - это модификации страстей, степенью свободы сознания от которых и определяется уровень самореализации личности. Дух не имеет модификаций. Их присутствие даже в высокодуховных состояниях свидетельствует лишь о неполноте духовности, неабсолютности чистоты.

73.

– От дурного дерева бывает и дурной плод. Личное не может осуществляться через безличное.

– Правильно. Но лишь касательно положительного отношения к безличному. Страсть обезличивает, поэтому разжигание страстей снижает сознательность. Однако реализация личности происходит через отрицание безличного. Абсолютная сознательность есть бесстрастие. Можно сказать, что бесстрастие осуществляется через страсть, святость - через грех. Осуществление чего-то - это всегда преодоление противоположного. Всякое достижение по смыслу своему предполагает устранение препятствий, иначе нет достижения. Динамика предполагает цель. Цель есть нечто недостигнутое. Будучи достигнута, она перестает быть целью, следовательно исчезает и динамика, на нее опиравшаяся. Цель реализуется через антицель - через что-то этой реализации мешающее. Ликвидация антицели означает достижение, а соответственно, и также ликвидацию цели.

74.

– Соединение полов должно включать в себя без остатка плоть и дух обоих. Все их существо целиком должно участвовать в этом акте - таково его мистическое значение. Неземное, внемирное соединение полов не знает прекращения. Оно постоянно.

– Пол - атрибут мира. Вечное единство же возможно лишь при выходе из него туда, где отсутствует пол. Где есть плоть, невозможно непрекращающееся соединение, дух же един. Понятия "один дух" и "другой дух" - иллюзия воплощенного состояния. Она не затрагивает дух. Отражения одного предмета в разных кривых зеркалах имитируют наличие нескольких различных предметов, при этом сам предмет, естественно, нисколько не деформируя. Иллюзия живет лишь до выхода из мира. Единство не создается, а открывается. Оно не образуется. Оно вечно и ждет, чтоб мы его обнаружили. Капля дождя, падающая в море, существует как капля, лишь пока не коснулась поверхности.

75.

– Настоящее соединение, истинная встреча любящих друг друга людей происходит лишь в Боге.

– Любовь, которая в Боге, не может быть обращена к кому-то конкретно. Она - к личности как таковой, т.е. ко всем личностям одинаково. Любить одного или нескольких больше, чем других, в принципе делать различие между личностями значит любить эмоционально, страстно. Такая любовь не божественна.

76.

– Ты несправедливо осуждаешь эмоциональный экстаз любви как зло. Любовная страсть несет в себе некий глубоко личностный отпечаток. Она заставляет человека покидать "мир сей", обрекает его на гибель в нем, выводит в мир иной.

– Христос своей любовью действительно побеждал "мир сей", но в ней не было и тени эмоциональности. Его любовь - бесстрастие. Иллюзорный же выход из мира через страсть есть раскачивание маятника, который на обратном ходу еще с большей силой, чем прежде, возвращает человека в мир, втыкает его в землю тем глубже, чем выше он от ней в порыве эмоциональности оторвался. Глубокая же индивидуальность уже по определению обособленность, а соответственно, дисгармония, рабство миру. Отделение половой любви от сексуального акта и придание первой возвышенного, а второму - низменного характера равноценно противопоставлению, например, ненависти и убийства. Чувство всегда есть причина действия. Убийство обуславливается ненавистью. Любое половое чувство не может привести ни к чему иному, кроме полового акта. Наделение половой любви каким-то особым благородным статусом чревато развратом.

– В половой любви есть некая тайна, которая выходит из рамок общественной формы пола, из рамок семьи. Эта тайна раскрывается, когда соединение мужчины и женщины освобождается от греха полового акта.

– Выходом за пределы греха знаменуется лишь выход из мира туда, где личность - чистый дух без специфических характеристик. В рамках деления на мужчин и женщин грех не преодолевается. Любое их соединение есть грех. Процесс совершенствования предусматривает сначала ограничение (через семью), а затем и ликвидацию (через монашеский подвиг) всякого чувства, связанного с полом. Вырвавшееся же из рамок семьи оно всегда тем или иным путем приходит к разврату.

77.

– Духовное совершеннолетие знаменуется выходом из-под религиозной опеки.

– Несомненно. Но каков вывод? К чему это сказано?

– К тому, что человечество выросло из старых форм государственного и семейного устройства, как из детской одежды. Эти сферы жизни время вывести за церковную ограду.

– Сами по себе государство и семья - атрибуты духовной незрелости. Вне религиозной опеки они - источник насилия и разврата. Монахи - совершеннолетни, но их общество не знает половых отношений и в карательном принуждении не нуждается.

78.

– Послушание всегда давлело над общественным устройством, стремление приспособиться к земным условиям. Никто никогда еще не решался творить посредством общества. Когда же жертвенным усилием будет преодолена ветхая общественность, в свете лучей свободного творчества явится нечто принципиально новое, доселе невиданное.

– Под высшей формой земного общественного устройства справедливо разуметь лишь монашество. Иначе, в чем жертвенность? Формы аскетического жития могут быть разными, но строгое внутреннее и внешнее самоограничение, нацеленность исключительно на искоренение в себе греха - непременное условие присутствия высокой духовности. Такие общины всегда существовали, и здесь что-то новое привнести трудно. Если же речь идет об общности в духе, то во-первых, она - мистическая, в плоскости земной жизни не лежит и ни в какой общественности не воплощается. Во-вторых, мистическая общность не создается, она вечно есть, и каждая личность присоединяется к ней по мере освобождения.

79.

– Как государственная целенаправленная воля, так и анархический безвольный хаос одинаково противостоят творчеству.

– Анархизм действительно противен высшему человеческому образу действия, государственность же устремлена к нему, но до него не дотягивает. Она есть как бы предтеча творческой общественности. Речь, разумеется, идет о государственности неизвращенной.

– Такая государственность редка. Поэтому, когда ее бесчинства берут через край, анархизм может быть относительно полезен как инструмент ее выправления.