Чтение онлайн

В странах периферии существует масса обветшавших норм поведения, масса запретов, которые нередко становятся препятствием для их развития. Но взамен этой во многом устаревшей морали Запад сейчас предлагает не новую более прогрессивную мораль, а аморализм (5.3.4), снятие всех и всяческих нравственных запретов и ценностей, что может вести и ведет к дегуманизации, к оскотиниванию человека. И в этих условиях борьба за сохранение старых несовершенных моральных норм превращается в борьбу за сохранение человечности в человека. Самая худшая мораль лучше отсутствия всякой морали. Но вполне понятно, что борьба против навязываемого Западом аморализма нередко перерастает и в борьбу против тех истинных ценностей, которые были когда-то выработаны Западом и во многом сейчас преданы им самим.

То, что наступление ультраимпериализма с неизбежностью ведет не только к уничтожению национальных государств, но и оскотиниванию людей, все в большей степени осознается участниками борьбы. Вот, что пишет об ультраимпериалистической глобализации («четвертой мировой войне») руководитель движения индейцев мексиканского штата Чьяпас легендарный «субкоманданте Маркос»: «Это — конец национальных государств. И не только их — это конец людей, из которых состоят эти государства. Единственное, что важно — это закон рынка: именно он определяет, что если ты производишь столько-то — то стоишь столько-то, а если потребляешь столько-то, то то стоишь столько-то. Достоинство, сопротивление, солидарность — помехи. Все, что мешает превращению человека в машину по производству и покупке товаров, — это враг, который должен быть уничтожен. Поэтому мы говорим, что противником в Четвертой мировой войне является весь род человеческий. Не уничтожая его физически, она уничтожает в нем все человеческое».429 Субкоманданте Маркос. Другая революция. Сапатисты против нового мирового порядка. М., 2002. С. 151.

Выше уже говорилось о том, что глобальные классы состоят прежде всего из социоисторических организмов. Эта истина, но далеко не вся. Ведь социоисторические организмы всегда совокупности людей. Тем самым глобальные классы всегда состоят и из индивидов. Однако ошибочным было бы считать, что все население ортокапиталистических социоисторических организмов составляет господствующий глобальный класс и соответственно все население паракапиталистических — угнетенный глобальный класс. Между социорными и персональными составами глобальных классов нет полного совпадения.

В состав господствующего глобального класса входит значительная часть верхушки паракапиталистических обществ, во всяком случае, вся компрадорская буржуазия. А с другой стороны, определенная часть населения ортокапиталистических стран вливается в состав угнетенного глобального класса. И речь в последнем случае идет не только об иммигрантах из стран периферии, число которых в государствах центра непрерывно возрастает, но и о части коренного населения. Это прежде всего низы ортокапиталистического общества, а также часть средних его слоев, страдающих от глобализации, которая обрекает их на обнищание.

Только учет и социорного, и персонального, не совпадающего с социорным, составов глобальных классов дает ключ к пониманию глобальной классовой борьбы. Лишь принимая во внимание существование двух принципов рекрутирования состава глобальных классов, можно объяснить многие факты, поражающие и политиков, и особенно журналистов. Один из них — активное участия в борьбе с ультраимпериализмом обеспеченных и даже богатых людей, происходящих из периферийных стран (Усамы бен Ладена, например). Вхождение этих людей в глобальный угнетенный класс определяется их принадлежностью к периферийным социоисторическим организмам. Другой — столь же активное участие в борьбе против глобализма представителей аборигенного населения стран Запада. Что же касается предательской роли верхушки и правителей многих зависимых периферийных стран, то здесь все настолько понятно, что не нуждается в особом объяснении. Все эти люди служат господствующему глобальному классу, в состав которого входят и интересы которого ставят выше социорных, национальных.

В силу двойного принципа рекрутирования глобальных классов глобальная классовая борьба проявляется не только в конфликтах внутри государств и трениях между государствами. Она выливается и в форму широких движений, не знающих государственных границ.

Буквально в самые последние годы в масштабах почти всего мира сформировалось общественное движение, которое получило название антиглобалистского. Первое крупное выступление антиглобалистов произошло в конце 1999 г. в Сиэтле. За ним в 2000 — 2001 гг. последовали Прага, Квебек, Ницца, Зальцбург, Гетеборг, Генуя. Идеология этого движения более или менее адекватно отражает реальность. Его приверженцы прямо говорят, что они борются против глобализации в той ее форме, в которой она сейчас протекает, потому, что она способствуют дальнейшему обогащению богатых стран и обнищанию остального мира. А протекает она именно так, потому что является капиталистической. Поэтому они — противники капитализма. Антиглобалисты не только протестуют против эксплуатации центром стран периферии, но в той или иной форме ставят вопрос о переходе от капитализма к более высокой стадии общественного развития, которая бы сохранила и усвоила все достижения, достигнутые при буржуазной форме организации общества. Их идеал лежит в будущем.

Иной характер носит набирающее силу движение, идущее под знаменем исламского фундаментализма. Я буду для краткости называть его исламизмом. Для его сторонников борьба против глобализации, против зависимости от Запада становится и борьбой против всех его достижений, включая экономические, политические и культурные: демократию, свободу совести, равенство мужчин и женщин, всеобщую грамотность и т.п. Они борются против капитализма во имя возвращения к прошлому, к средневековью, если не к варварству. Нередкое их оружие — террор.

С этим связано частое отождествление исламизма и терроризма. Оно ошибочно. Не только не все мусульмане — исламисты, но и не все исламисты — поборники террора. Но именно из их рядов рекрутируются террористы, ставящие своей целью борьбу против глобализации, капитализма и западного мира — глобальные террористы.

Их нельзя смешивать с теми, кто использует террор для борьбы против правящих режимов конкретных отдельных обществ во имя местных конкретных целей. Это — местные, внутрисоциорные террористы. Все это ясно, когда речь идет о тех боевиках, , которые не являются исламистами и вообще мусульманами (ЭТА, ИРА, тамильские националисты в Шри Ланка и т.п.). Но это различие чаще всего не принимается во внимание, когда террором занимаются мусульманские (чеченские, кашмирские, уйгурские и т.п.) сепаратисты. Во многом это связано с тем, что, когда борьбу ведут мятежники-мусульмане, глобально-террористические организации помогают им и деньгами, и оружием, и людьми.

Исламистское течение, являясь антиглобалистским и антикапиталистическим, в то же время не только не способствует, но, наоборот, серьезно препятствует борьбе против ортокапиталистического центра. Серьезной помехой являются выдвигаемые им лозунги возвращения к средневековью. Отталкивают и применяемые глобальными террористами методы борьбы, ведущие к гибели ни в чем неповинных людей. Выдвигаемые ими лозунги объединения всех мусульман для священной борьбы (джихада) против всех неверных ведут к расколу периферийного мира по конфессиональному признаку, к натравливанию одной части этого мира на другую его часть. И дело, как уже было отмечено, не только в лозунгах. Когда глобальные террористы помогают сепаратистам в борьбе против законных правительств периферийных стран, то тем самым они оказывают бесценную поддержку ортокапиталистическому центру в его стремлении разобщить страны периферии.

Но как бы ни было велико значение интернациональных массовых движений против глобализации, все-таки не они представляют собой решающую силу.

Сейчас и политики, и политологи без конца говорят об однополюсности, монополярности современного мира. Но это не значит, что мир действительно един. Современный мир расколот на две части, интересы которых непримиримы, — центр и периферию. В этом смысле он биполярен. Когда говорят об однополюсности мира, имеют в виду, что в нем теперь нет двух равных по величине центров сил, как это было до крушения СССР. Сейчас только центр во главе с США есть сила. Периферия такой силы не представляет.

Действие с неизбежностью вызывает противодействие. Все попытки США и стран центра подавить сопротивление периферии вызывают все большее и большее недовольство периферийных государств. Давление центра побуждает их к отпору и толкает к объединению усилий в этой борьбе. Такое объединение стран периферии возможно лишь вокруг какого-то ядра. Им могут стать только Россия, Китай и Индия, вместе взятые.

Идея необходимости такого союза в нашей науке была детально обоснована известным востоковедом Александром Григорьевичем Яковлевым в серии статей, опубликованных в 1993 — 1999 гг., прежде всего в таких работах, как «Россия, Китай и Индия в условиях становления новой биполярности мира» (1996), «Биполярность — главный параметр мирового сообщества и вчера, и сегодня, и завтра» (1997: Сейчас эти и другие работы собраны в книгу: Яковлев А.Г. Россия, Китай и мир. М., 2002). Идея объединения периферии вокруг России, Китая и Индии и воссоздания биполярного мира составляет центральный момент развиваемой им целостной концепции дальнейшей эволюции человечества.