Чтение онлайн

– Ну, как знаешь, - наконец, сдалась я и, откинув покрывало, забралась на постель.
– Ложись, где хочешь и когда хочешь.

– Не дуйся, - садясь рядом со мной, сказал Быстров.
– Я прекрасно высыпаюсь сидя и даже стоя, так что не надо нам из-за этого ссориться.

За окном было еще темно. В комнате горел тусклый свет: почему-то перегорела одна из лампочек, а вторая, хоть и старалась изо всех сил, все равно была недостаточно яркой. По лицу парня скользили тени, его губы чуть-чуть улыбались, а глаза смотрели на меня так заботливо, что мне совсем расхотелось на него обижаться. Сейчас я видела перед собой того самого доброго и благородного спасателя, с которым недавно познакомилась, агрессии или раздражительности в нем не было ни грамма, сплошное участие. Мне захотелось коснуться его всклоченных волос, что я и сделала, не задумываясь о том, как это выглядит с точки зрения правил приличия. Белокурые прядки были мягкие, как у младенца. Я осторожно провела кончиками пальцев по его лбу, убирая нависшую на глаза челку. Валя не шевелился, внимательно глядя на меня, он не убирал мою руку и не произносил ни слова. Он просто смотрел мне в глаза так, будто хотел узнать, что твориться в моей голове.

– Не надо стричься, - сделала я вывод.
– У тебя такая интересная прическа. И тебе она очень идет.

Парень улыбнулся и проговорил иронично:

– Ее название - "Взрыв на макаронной фабрике". Если хочешь, посоветую парикмахера, который делает такие уникальные стрижки.

– Кто же?
– в тон ему отозвалась я.

– Моя любимая бабушка. Я засмеялась, представив деятельную тетю Таню с ножницами в руках.

– Что ж, у нее талант, - шутливо произнесла я и повалилась на подушку, натянув до подбородка одеяло.
– Ты точно с Лари погуляешь?

– Точно.

– Значит, я могу спать?

– Можешь.

– И дверь потом запрешь? Ключи в прихожей на гвоздике.

– Я знаю.

– Валя...

– Спи.

– Ну, ладно.

Мне и, вправду, не терпелось отправиться в объятья Морфея. Голова немного кружилась от бессонной ночи и от шампанского, хотелось отключиться от всего, забыв на какое-то время о проблемах, преследовавших меня все эти дни. Вскоре мой разум принялся осваивать пространство прекрасных, не имеющих ничего общего с действительностью, сновидений. Мне снилось лето...

Очнулась я, когда наступило время обеда, о котором известил меня друг. Он приготовил глазунью и, усевшись напротив меня за столом, наблюдал, как я ее поглощаю. Сам же кулинар отказался от употребления собственного произведения, сказав, что уже поел. Потом мы сходили с ним в отделение милиции, где я написала заявление, рассказав дежурному милиционеру о случившемся со мной происшествии. Он обещал помочь, чем очень меня порадовал.

В шесть часов вечера Валентин засобирался на работу, перед которой ему еще нужно было заскочить домой. Он взял с меня обещание попросить выйти гулять с собакой соседку, или хотя бы вызвать к себе Веру, но никак не заниматься этим самой. Я кивнула, провожая его до двери.

– Переночуй у подруги, если получится, - попросил парень, грустно глядя на меня.

– Хорошо.

– И будь осторожней.

– Ладно.

– И...

Я закрыла ему рот ладонью, на лице моем играла улыбка, а глаза весело блестели. Мне нравилось, что он за меня так волнуется.

– Пока, Валечка, - сказала я мягко.
– Со мной все будет в порядке. Честно.

– Я тебе позвоню сегодня. А завтра утром приду, как только смена закончится, - серьезно проговорил собеседник.

– Договорились.

Он ушел, а я отправилась к письменному столу, намериваясь немного поучить билеты. Об инциденте с Кривошеиным я решила пока не вспоминать, авось, затрется как-нибудь. Ну, а если нет, тогда придется обращаться в деканат с просьбой замены преподавателя для пересдачи экзамена. Как мне было известно, такое в нашем вузе уже практиковалось и не раз.

Внезапный звонок в дверь привел меня в некоторое замешательство. Кто бы это мог быть? Неужели Валентин что-то забыл? Я медленно подошла к двери и тихо спросила:

– Кто?

– Это мы, Катюша, - раздался папин голос.
– Открывай.

Хорошо еще, что я успела вынести мусор с осколками посуды и бутылок, потому что мама, как только переступила порог, сурово заявила:

– Я думаю: ты от нас что-то скрываешь.

Лучше бы она так не думала... Если мамочка начинала думать, то, в конечном итоге, она переходила в фазу "придумывания", а потом случалась паника и, как следствие, сердечный приступ, запиваемый горстью сильнодействующих лекарств.

– Это глупо!
– натянув на лицо подобие беззаботной улыбки, ответила я, обнимая Леночку, которую папа передал мне.
– Что я могу от вас скрывать? Если только стаю тараканов, который день проживающую в моей комнате.

Бабушка тоже приехала с родителями. Она хозяйской походкой засеменила на кухню, таща за собой сумку с продуктами.

– Катюха, чем ты здесь питаешься?
– раздался ее укоризненный голос, сопровождаемый хлопаньем дверц полок и холодильника.
– На диету что ли села?

– Не, бабуля, просто еще не ходила в магазин, - оправдывалась я, прижимая к себе Лену, которая весело щебетала у меня над ухом на своем детском языке.

– Мама, ты купила мне Лялю?
– перейдя на более понятные взрослым слова, спросила дочка.

– Конечно, солнышко мое, - я улыбнулась.
– Это подарок к твоему дню рожденья, но раз уж ты здесь, я дам тебе куклу сейчас.

Мама с видом сыщика ходила по квартире, что-то вынюхивая. Вероятно, искала парочку скелетов в моем шкафу, но, к счастью, ей это не удавалось. Я мысленно перекрестилась, что Быстров ушел раньше, чем нагрянула родительская проверка, иначе делать вид, что все в порядке, было бы гораздо сложнее. А объяснить без рассказа про плаванье в Неве, кто такой Валентин, я, вообще вряд ли смогла.

Лари радостно носился вокруг сидящего за кухонным столом папы. Пес очень любил его и всегда встречал веселым помахиванием хвоста и негромким приветливым лаем. Отец часто возил ему гостинцы, вот и сейчас хитрая собака выпрашивала что-нибудь вкусненькое, поднимая переднюю лапу и тихо поскуливая. Естественно, он своего добился, получив кусок завернутого в фольгу, специально для него привезенного мяса.

– Катя, куда делись кружки?
– крикнула мама с кухни.

Когда я, держа на руках Леночку, занятую новой игрушкой, вышла к ней, у мамы было хмурое лицо, а в глазах читалось победное выражение, дескать, мол, я же говорила, что здесь кроется подвох.

– Я мыла полы, - быстро соображая, начала отвечать я, - поскользнулась и свернула грязную посуду на пол. Увы, все разбилось вдребезги.

– Ладно, - неохотно принимая ответ, проговорила она.
– Когда у тебя следующий экзамен?

– Ты же знаешь, что послезавтра, - раздражаясь, отозвалась я, опуская дочку на пол.
– Прекрати меня подозревать неизвестно в чем.

– Когда рядом с тобой жил Сергей, мне было спокойней, - поджав губы, произнесла мама, начиная помогать бабушке готовить ужин.
– И, вообще, я не хочу, чтобы ты здесь болталась без присмотра.