Чтение онлайн

– Катерина, надень капюшон, - проговорил Быстров голосом заботливого родителя.

– Мне тепло, - соврала я, поддаваясь собственному упрямству.

– Не спорь, - он хотел сам сделать то, о чем просил, но моя реакция была молниеносной.

Я резко отскочила от собеседника и спряталась за Каменского, идущего рядом. Последний ничего не мог понять, он лишь усиленно моргал, переводя взгляд с моей хмурой физиономии на не менее хмурое лицо спасателя. Вцепившись в локоть музыканта, я осторожно выглянула из-за его плеча и гордо сказала:

– Прекрати мне указывать, Валя. И не смей больше ко мне прикасаться.

Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Валентин побледнел, будто каменное изваянье. Его глаза сузились, а на скулах заходили желваки. Мы еще немного прошли в направлении моего дома, как вдруг он резко остановился и, обращаясь к Андрею, произнес:

– Ты не можешь оставить нас на минутку, я хочу с Катей переговорить.

– Нет!
– воскликнула я испуганно, сжав руку своего спутника так сильно, что рокер с удивлением посмотрел в мою сторону.

– Мне-то нетрудно, - пожав плечами, ответил он, - Но девушка почему-то не хочет.

– Это самое "почему" я и намерен у нее узнать, - криво усмехнувшись, процедил Быстров.
– Надеюсь, ты выполнишь мою просьбу, Андрей?

– Лучше мою, - пробормотала я, с замиранием сердца глядя на несчастного парня. Он не знал, как себя вести. На лице Каменского отразилась растерянность, а в глазах - беспокойство.

– Что у вас случилось?
– наконец, спросил он, смахнув со своей кудрявой головы пушистую снежную шапку, и притянув меня к себе еще сильнее.
– Вы поссорились?

– Нет!
– в один голос отозвались мы с Валей.

– Тогда что?

– Я устала и хочу домой, - тоном обиженного ребенка пробубнили мои потрескавшиеся на морозе губы.
– У меня завтра экзамен, и я должна выспаться перед ним. А из-за Валентина с его глупым выяснением отношений мы стоим уже несколько минут.

– Хорошо, пошли, - рявкнул спасатель, срываясь с места.
– Только не рассчитывай, что твои слова меня задели и поэтому я уйду, оставив вас вдвоем.

Мои слова его все-таки задели. Он пребывал в бешенстве, скрывать которое умудрялся с трудом. Гнев читался в его резких жестах, в твердой, но чрезмерно быстрой походке, в нервном подрагивании уголков сжатых губ. Спина парня натянулась, как струна, глаза смотрели вдаль. Он шел рядом с нами, но у меня сложилось впечатление, будто здесь его не было. До самого подъезда Валентин не произнес ни звука и ни разу не взглянул в мою сторону. Я же в, свою очередь, не пыталась привлечь его внимание. Мы поговорили с Андреем о концерте, обсудили немного современную музыку, одним словом, приятно побеседовали, совершенно не расстроенные отсутствием участия Быстрова в нашей маленькой дискуссии.

Поднявшись на крыльцо, я остановилась возле двери в парадную и принялась прощаться со своими провожатыми, благодаря их за то, что они доставили меня к дому в целости и сохранности.

– Рассыпаться в благодарностях будешь, когда закроешь дверь квартиры на замок, - мрачно процедил Валя.

Я замерла, испуганно глядя на него. Что это? Угроза? Или предупреждение о грядущей опасности? Зачем он говорит такие вещи, таким тоном?

Пройдя мимо нас, Быстров открыл дверь и раздраженно спросил:

– Вы собираетесь заходить, или как?

Каменский слегка подтолкнул меня вперед, решив, вероятно, что сама я с места не сдвинусь, даже если случится землетрясение. Возле моей квартиры оба парня застыли в нерешительности. Наконец, рокер сказал:

– Может, чаем напоишь, перед дальней дорожкой?

Я медленно открыла замок, вошла в свою прихожую и, обернувшись к ним, мягко проговорила, натянув на лицо очаровательную улыбку, которая, как мне показалось, вышла не совсем естественной, но, вполне, убийственной:

– Вряд ли. Завтра созвонимся, мальчики. Пока!

И, с чувством полного удовлетворения, я захлопнула перед их носами дверь, которая недовольно крякнула, поддаваясь нажиму моей ладони. Теперь между нами была преграда, и это обстоятельство меня очень сильно радовало. Оставшись наедине с Лари, приветливо махавшим мне хвостом, я ощутила себя в полной безопасности. И все же... неужели Валентин маньяк? Судя по его поведению - самый что ни на есть натуральный. Ведь насильник возник в моей жизни вместе с появлением в ней спасателя. Как я могла так долго не замечать истинную сущность того, кто назвался другом, а оказался врагом?

Зазвонил телефон. Я мельком взглянула на часы, была уже половина первого. Интересно, кому я понадобилась в столь поздний час. Неужели снова "Мистер галстук" со своими идиотскими вопросами? Подняв трубку, я устало процедила:

– Я же сказала тебе - ОТСТАНЬ!

– Когда это ты мне такое говорила?
– голос подруги выражал удивление.
– Какой теплый прием, Катюха, ничего не скажешь.

– Ой!
– мне стало стыдно, отчего я срочно начала оправдываться.
– Это ты? А я думала, что Егоров.

– Спасибо!
– Вера засмеялась.
– Нашла за кого меня принимать! Кстати, зачем ты послала этого ненормального ко мне с вопросами о напавшем на тебя психе? Он требовал подробное описание преступника, уверяя меня в том, что ты велела ему составить психологический портрет подозреваемого.

– Это его личная инициатива, - пробубнила я, злясь на дотошного однокурсника.

– Значит, ты его ни о чем не просила?
– как-то вяло поинтересовалась собеседница.

– Нет. А что?
– у меня закралось смутное подозрение.

– Прости... я ему все выложила, - виновато пробормотала она.
– Извини. Но тебя дома не было, проверить его доводы мне не удалось...

– Ладно, - я поморщилась, представляя довольную физиономию добившегося своего Андрюши, наверное, он был счастлив.
– У меня есть новость поважнее и... похуже.

– То есть?
– Верка насторожилась.

– Кажется, я знаю, кто маньяк, - со вздохом прошептали мои губы возле самой трубки.

– Кто?
– голос на том конце стал серьезным.

– Валентин.

– Что?!
– она помолчала немного, потом захохотала, точно я ей рассказала веселый анекдот, а не трагичную весть. Отсмеявшись, подруга иронично заявила.
– Конечно, Катя, ты права. Все спасатели только и делают, что днем вызволяют из беды людей, а по ночам насилуют девушек!

– Не все, а один, - обижено проговорила я.
– Сходится и время, и одежда, и комплекция. Это точно он, поверь мне. Он себя ведет последнее время странно, к тому же его не было дома, когда на меня напали. А еще, Валя пытается очернить в моих глазах Андреев. Разве не так должен поступать преступник?