Чтение онлайн

– Каких Андреев?
– пропустив мимо ушей всю остальную речь, полюбопытствовала Вера.

– Егорова и Каменского.

– Ну, Егорова начнёт подозревать любой здравомыслящий человек, столкнувшийся с ним впервые, так что в этом нет ничего удивительного. А вот о втором я вообще не слышала. Что это за субъект и откуда он взялся?

– Познакомились по переписке несколько дней назад, он очень хороший человек, музыкант.

– Катя, ты что, сдурела?!
– взволнованно воскликнула подруга.
– Может, он и есть насильник?

– Нет, - я усмехнулась.
– Он рокер.

– Ну и что? Рокеры тоже могут быть насильниками, - отстаивала свою точку зрения собеседница.

– Конечно, все ударники, играющие вечером рок, а днём занимающиеся градостроительством, только и делают, что насилуют по ночам девушек, - насмешливо проговорила я, подражая недавнему высказыванию подруги.

– Черт побери, Катька!
– она фыркнула.
– Что там у тебя твориться? Я с завтрашнего дня переезжаю к тебе на весь остаток сессии. Иначе, чует мое сердце, добром все это не кончится.

– А как же Дима? Ты его бросишь?

– Переживет как-нибудь недельку, не развалится, тем более, последнее время он ведёт себя плохо.

– Верочка, я тебя обожаю!
– от мысли, что подруга будет рядом, мне стало легко и весело.
– Когда ты приедешь?

– На экзамене сговоримся, - собеседница окончательно успокоилась, ее голос стал мягким и добродушным.
– Ты, надеюсь, про него не забыла?

– Нет. Значит, там увидимся?

– Да.

– Тогда спокойной ночи, - на моих губах играла счастливая улыбка.

– Пока, Катюша.

Мне было так хорошо, что хотелось петь. Я, точно на крыльях, пролетела из коридора в комнату и, мурлыкая под нос мотив заводной песенки, принялась складывать книжки, готовя их назавтра. Читать сегодня у меня желания не было, поэтому, уложив учебники и лекции в пакет, я с чистой совестью отправилась в спальню, куда следом за мной вбежал довольный пес. Он всем своим видом выражал радость, причиной которой была я. Видимо, Лари соскучился, а, может, просто, подлизывается. У него это дело хорошо получается.

– Есть хочешь?
– хитро глядя на собаку, спросила я.

Его карие глазки так преданно посмотрели на меня, а хвост начал с бешеной скоростью передвигаться справа налево и обратно, что я не выдержала и рассмеялась.

– Ну, ты и подхалим, однако, - направляясь в кухню, пожурила я четвероногого друга.
– Так бы и сказал сразу, что голодный.

– Гав, - рявкнул лохматый собеседник, ткнувшись носом в пустую миску.

– Ладно, беру свои слова назад, - вздохнула я, оглядываясь по сторонам в страхе, что пес своим лаем может разбудить соседей.
– Лучше молчи.

Насыпав ему корма, я искренне позавидовала аппетиту Лари. Он уплетал очередную порцию так, будто его сегодня вообще не кормили. И это несмотря на то, что он уже слопал весь свой рацион за день. Но его заискивающая физиономия, в очередной раз, вызвала во мне жалость, побудившую нарушить режим и наложить вечно голодному песику еды.

– Вот, прохвост!
– наблюдая за тем, как он хрустит отвоеванными у меня мясными шариками, проговорила я, усмехаясь.
– Опять я купилась на твои артистические способности. Ну, не собака, а драматический актер!

Лари даже ухом не повел, продолжая поглощать корм. Моё восхищение его талантом мало волновало проголодавшегося пса. Оставив овчарку расправляться с "Педи Гри", я вернулась в спальню, где, быстро раздевшись, легла на кровать, уютно устроившись под теплым одеялом, приятная масса которого накрыла все мое тело, подобно огромному белому облаку, сотканному из миллионов пушинок.

"Как все-таки дома хорошо и... безопасно. Никаких маньяков нет, и жутких озабоченных доцентов тоже. Даже сдвинутые на психоанализе Егоровы отсутствуют. И лже-друзья меня не достают с выяснением отношений... Ах, Валя, Валя. Зачем ты это делаешь, ведь я люблю тебя, дурак несчастный!
– мне стало обидно. Хорошее настроение, временно поселившееся в душе, улетучилось, уступив место грусти и тревоге. Я вновь погрузилась в ужас недавних событий, заново переживая холодный липкий страх и омерзение, возникавшее в сердце каждый раз, как только память начинала рисовать картинки недавнего прошлого.
– Неужели этой "полосатой заразой" был Валентин?"

Рассудок твердил, "да", но поверить в это до конца, я не могла. Или не хотела. В любом случае, сообщать о своих догадках следователю я совершенно не желала, твердо решив докопаться до истины своими силами. Или с помощью Веры, которая завтра переедет ко мне. Ее здравый ум и блестящая логика будут как раз кстати. Вместе мы разоблачим негодяя, будь то спасатель, или кто-то другой...

Я вздохнула, сильнее натягивая на себя одеяло, как будто хотела отгородиться им от проблем, толпа которых неумолимо преследовала меня в последние дни. Закрыв глаза, я попыталась заснуть, но вместо приятных сновидений в голове возникали физиономии бандитов на раскуроченной иномарке, полосатая шапка с прорезью для глаз и двухсторонняя куртка Быстрова, изменившая мое отношение к ее владельцу.

Телефонная трель, будто назойливая оса, гудела у меня в ушах до тех пор, пока я не подняла трубку.

– Ты спишь?
– это был голос Вали.

– Да.

– Я хотел узнать, все ли в порядке?

– До твоего звонка было все отлично, а теперь мне заново придется засыпать, - язвительно отозвалась я.

– Прости, - тихо проговорил собеседник и замолчал.

Я слышала его дыхание и чувствовала, что он расстроен. Пауза затянулась, но ни я, ни парень не решались ее прервать. Наконец, мое терпение достигло пика, и я, тяжело вздохнув, вяло пробормотала:

– Уже поздно. Завтра рано вставать. Спасибо, за беспокойство и... пока.

– Можно я приеду к тебе утром?
– робко спросил он.

– Нет!
– сердце мое учащенно забилось, отстукивая яростный протест, звучавший так громко, что я не на шутку испугалась, вдруг на том конце провода его услышат?

– Почему?

– Потому что утром меня не будет.

– А где ты будешь?

– Какая разница?
– я взбесилась.
– Уйду по делам.

– К Андрею?
– прошипел спасатель так ядовито, что я невольно отпрянула от трубки, точно держала в руке не кусок пластмассы со шнуром, а ядовитую гадюку, готовую к атаке.

– Это допрос?
– мой тон стал ледяным, как, собственно, и взгляд, бесцельно бродящий по светлой поверхности коридорных стен.

– Не совсем.

– А точнее?

– Я хочу узнать кое-что у тебя, Катя.

– Спрашивай, - мечтая побыстрее закончить беседу, проговорила я решительно.
– Давай выясним все раз и навсегда.

– Хорошо, - он помолчал.
– У тебя роман с Каменским? Если да, то зачем ты флиртовала со мной сегодня днем?

– Что?!
– я опешила от подобной наглости.
– Значит, виновата я? И приставала к тебе тоже я?! А ты ни при чем? В таком случае, иди к черту! И не звони мне больше НИ-КОГ-ДА!!!