Чтение онлайн

– Но она того стоит, - подбодрил парня Быстров.

– Две женщины из числа моих знакомых этого стоят, - отозвался Каменский.
– Одну ты у меня увел из-под носа.

Выслушав его заявление, я вопросительно взглянула на спасателя, который демонстративно обнял меня за плечи с абсолютно невозмутимым видом.

– Я ее не уводил, - Валентин лукаво улыбнулся.
– Я ее люблю.

– Эй, вы о ком говорите-то?!
– решив, что настало время вмешаться, воскликнула я.

– О тебе, - одновременно ответили они, чем повергли меня в полное замешательство. Выходит, Валя влюблен?..

Каменский обречено поплелся вслед за расстроенной Климовой, намериваясь убедить ее не злиться. Мы с Валентином остались вдвоем. Я не могла произнести ни слова, продолжая переваривать полученную информацию.

– Почему ты молчишь?
– осторожно поинтересовался он.

– А что я должна говорить?
– подняв на него глаза, пробормотала я.

– Не знаю, что-нибудь.

– Ладно. Расскажи мне о том, как тебя укусила собака, - чуть заметно улыбаясь, полюбопытствовала я.

– Тебе это интересней, чем то, что я тебя люблю?
– обиженно проговорил собеседник.

– Ты - что?
– сделав вид, что не расслышала, переспросила я.

– Люблю.

– Кого?

– Тебя.

– Не поняла, - мне нравилось его допрашивать, в то время как Валя с каждой секундой все больше хмурился.

– Чего ты добиваешься?
– раздражаясь, процедил он.

– Наверное, признания, - я пожала плечами.

– Я признался.

– Как-то коряво.

Парень психанул, ударив кулаком по стене, и отошел к окну. Мне стало стыдно. Совесть впилась в сердце, преступив к незамедлительному поеданию его изнутри. Надавив на горло глупой гордости, я медленно приблизилась к любимому и, положив на его спину ладонь, тихо сказала:

– Прости.

– Я люблю тебя, Катенок, - чеканя каждое слово, сказал он громко.

– Спасибо, - это было единственное, что я смогла из себя выжать.

Валентин обернулся, уставившись на меня серыми, как бархат, глазами. Он осторожно приподнял мой подбородок и тихо прошептал:

– Ты такая красивая, Катенька. Я так сильно соскучился по тебе.

Мне стало жарко от его взгляда, а от нежных слов по телу пробежала приятная дрожь. Рискуя поддаться соблазну, я посмотрела на него. Наши взоры пересеклись, разжигая пламя уснувшей на время страсти. Он притянул меня к себе так быстро, что я не успела даже подумать о возможном сопротивлении. Его горячие губы обожгли поцелуем мой висок, скользнув по шеке ко рту. Я затаила дыхание, боясь спугнуть прекрасный сон, которым мне казалось все происходящее. Наш поцелуй был долгим и трепетным, как прекрасный цветок, распустившийся на старом засохшем дереве. Этот бутон олицетворял рождение чувств, ну а корявому стволу отводилась роль угрюмой реальности последних дней. На руинах скучной размеренной жизни я обрела любовь...

– Ну, здорово! Теперь они целуются!
– воскликнула Верка, появившись в сопровождении Каменского на кухне.
– Пошли отсюда, - схватив своего спутника за рукав, решительно потребовала она, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

– Нет, - я попыталась возразить ей, но Быстров умудрился закрыть мне рот очередным поцелуем, на что я лишь безвольно всплеснула руками, не в силах возражать.

Его уста становились все более настойчивыми. У меня от возбуждения закружилась голова, а руки, помимо моего желания, заскользили по его широкой спине, впиваясь ногтями в кожу парня сквозь тонкую ткань рубашки.

Я приоткрыла затуманенные желанием глаза и увидела куда-то летящий белый потолок, лицо любимого и... окно. Мы стояли возле окна, почти как в ночном кошмаре. Вспомнив страшный сон, я отпрянула от Валентина, испуганно рассматривая его, словно боялась увидеть на нем проклятый "петушок". Но, ничего похожего на полосатую маску я, к счастью, не заметила.

– Что с тобой?
– встревожился парень.
– Тебе неприятно?

Я тряхнула головой, стараясь избавиться от остатков восхитительных ощущений, которые все еще хранили мои влажные губы.

Так вести себя было нельзя. Тем паче, когда в доме полно народа, не считая любопытной собаки, просунувшей нос в проем приоткрытой Веркой двери.

– В свете последних событий, Валя, - выдавила я из себя, - такие отношения между нами недопустимы.

– Это еще почему?
– он нахмурился.

– Пускай сначала поймают преступника.

– Ты снова меня подозреваешь?
– в его голосе послышался вызов.

– Нет, - я опустила глаза.
– Но здесь столько людей...

– Катенок, ты стесняешься?
– губы Быстрова растянулись в хитрую улыбку.

Я кивнула, чувствуя, как запылали мои щеки. Он подошел ко мне и нежно обнял, прошептав в самое ухо:

– Рано или поздно мы все равно останемся с тобой наедине, и тогда ты не сможешь от меня сбежать.

Я уткнулась носом в его грудь, тихо вздыхая. Мне казалось, что в кольце этих сильных рук, я, действительно, в безопасности. Но, чем дольше я находилась там, тем крепче становились тиски, прижимая меня к нему теснее. Я подумала, что если немедленно не ретируюсь, то моя идея с прекращением поцелуев развалится на куски.

– Вы, вероятно, голодные?
– смущенно улыбаясь, пробормотала я, отстраняясь от любимого.
– Мы хотели приготовить поесть. Надо закончить начатое.

Сказав это, я направилась в комнату, надеясь разыскать там подругу. Верка сидела на кровати и с любопытством рассматривала Андрея, примостившегося на полу возле ее ног. Парень был печален. Из тех обрывков фраз, которые мне довелось услышать, я сделала вывод - он поведал ей о своей погибшей девушке. Увидев меня, оба оживились.

– Вы уже закончили?
– иронично осведомилась Климова, насмешливо глядя в мою сторону.

– Нечего прикалываться, - надув губы, пробубнила я.
– Мы просто выясняли отношения.

– Да разве же я против, - улыбнулась она.
– Особенно, когда отношения такие тесные...

– Вера!
– по моему лицу вновь разлился яркий румянец.
– Перестань! И вообще, мы бросили картошку, не удосужившись ее дочистить. Пойдем на кухню, нужно накормить ребят перед тем, как они отправятся домой.