Чтение онлайн

Ну, зачем я тебе так срочно понадобился? Или кого-то тайком под видом кочегара надо на побережье доставить? Или снова к мнимым китобоям хочешь меня послать ?

Оба расхохотались, вспомнив события прошлых лет, которые сдружили их и сделали единомышленниками.

— Нет, Иван Алексеевич, — разгоняя перед лицом дым от папиросы, говорил Хайров.
– Теперь никого нам тайком под видом кочегара не надо доставлять на побережье. Теперь мы хозяева и навсегда, — лицо Хайрова чуть нахмурилось. — Правда, кое-где в северных районах прячутся остатки белых банд, покусывают нас. То в одном, то в другом месте налетят, убьют несколько человек, подожгут здания и снова в тайгу, в сопки. Ну, недолго им осталось разбойничать. Всех выловим, на суд народный предоставим.

– Может быть среди них и Осипов с Нориновым и Никитин. — раздумчиво проговорил Северов. – Впрочем, едва ли. Они в Америку собирались удрать.

– Если американцы им это разрешили. — Хайров затянулся папироской.
– Американцам интереснее держать твоих Нориновых именно здесь, у нас.

– Ну уж, уволь меня от «твоих Нориновых», - улыбнулся Северов и напомнил: - Если бы не ты, так я бы и не знал о существовании этих подлецов.

— Что верно, то верно. —Виновато шутливо извинился Хайров. – Но тогда ты бы узнал, что такое контрразведка белогрвардейцев.

Только вернувшись во Владивосток после его освобождения, Северов узнал, что на шхуну «Диана» Хайров послал его не случайно. Подпольному комитету стало известно, что белогвардейцы узнали о связях капитана с большевиками и намеревались его арестовать. Надо было срочно удалить Северова из Владивостока, и наиболее удачным для этого оказалась частная шхуна «Диана». Тогда Хайров не сказал этого Северову, чтобы напрасно его не тревожить.

– А я-то думал тогда, что ты действительно интересовался китобойным промыслом. — сказал Северов.

— Тогда нет, а сейчас очень интересуюсь, — серьезно произнес Хайров. — Вот почему так срочно и вызвал

_-Что-то не пойму, — пожал плечами Иван Алексеевич- Каким китобойным промыслом ты интересуешься?

– Все по порядку –Хайров ткнул окурок в пепельницу и достал из пачки новую папиросу. — Прежде всего хотим тебя, Иван Алексеевич, снять с «Кишинева»

— Что — Северов даже приподнялся в кресле. — Тогда американцы согнали с Кишинева». Теперь ты. За что?

Не за что, а почему? — поправил с улыбкой Хайров. — Мы тебя, как коммуниста и моряка, решили послать на другую работу.

С морем я не расстанусь, — резко предупредил Северов.

И очень хорошо, — кивнул секретарь губкома. — Советское правительство предоставило норвежской китобойной компании «Вега» концессию на промысел в районе Чукотки и Камчатки...

— Как? — громко вырвалось у изумленного Северова: — Допустить иностранцев в наши воды, разрешить им брать наши богатства! Да разве они мало принесли нам бед?

У него гневно вспыхнули глаза. Он жадно затянулся дымом, чтобы успокоиться, сдержать себя. «Неужели, когда мы стали хозяевами в своей стране, — думал он с горечью, - мы должны допускать иностранцев? Что мы сами не можем, не в силах наладить тот же китобойный промысел?»

Воспоминания взволновали моряка. Сколько пришлось пережить, вынести и что же получается? Опять иностранцы будут у нас хозяйничать? Северов высказал это Хайрову.

Тот молча поднялся с кресла, вернулся к себе за стол, достал из ящика папку, открыл в нужном меси и по-деловому сказал Северову:

— Вот читай, что пишет по этому вопрос Дальревком- «...Мы вынуждены сейчас, учитывая общее экономическое положение, привлекать иностранный капитал...»

Северов еще продолжал читать, когда Хайров спросил: «Понятно?» — и не дожидаясь ответа, заговорил:

— Иван Алексеевич, ты знаешь, что наше хозяйство разрушено, средств нет. Приходится использовать любую возможность, чтобы увеличить приток капитала в наше хозяйство. Но концессионеров мы допускаем не всяких. Вот, например, американцы просили предоставить концессии в золотой промышленности, лесоразработках, мы от казались. Как и от многих других. Норвежцам мы раз решили. Они не воевали против нас, вели себя дружелюбно, к тому же китобойная концессия сдается на очень выгодных для нас условиях.

Не верю я, чтобы иностранцы, капиталисты благотворительностью занимались, особенно для нас, большевиков, — покачал головой Северов. — Наверняка они будут браконьерствовать, безобразничать, выбивать всех китов подряд — и взрослых и молодняк.

Вот для того, чтобы этого не случилось, — Хайров смотрел на Северова узкими веселыми глазами, — мы и решили послать тебя своим контролером на норвежскую флотилию. Ты должен будешь наблюдать за тем, чтобы норвежцы соблюдали правила промысла, как обусловлено в договоре.

Меня? — Северов даже растерялся. — Но какой же из меня контролер? Что я знаю о китобойном промысле?

Насколько мне известно, ты же потомственный китобой, — напомнил Хайров.

В какой-то степени, — развел руками Иван Алексеевич, уже заинтересованный предложением Хайрова. В нем пробудились давно забытые мечты стать китобоем, и он страстно произнес: — Когда же у нас будет своя, советская китобойная флотилия?

Боюсь, что и твоему брату скоро придется оставить свое судно.

Неужели? — начал Северов, догадываясь, о чем говорит секретарь губкома. Тот остановил его движением руки:

Делобудущего. А сейчас тебе предстоит познакомиться с китобойным промыслом. Набирайся опыта. Он нам очень понадобится на нашей флотилии, когда она будет создана.

Но норвежцы могут меня не принять, — сказал Иван Алексеевич, не замечая, что этими словами он уже дает свое согласие.

– У нас договором предусмотрено нахождение нашего советского контролера и еще четырех советских людей на флотилии. Норвежцы согласились. Так что никаких препятствий для твоего перехода нет. Работа будет трудная, сложная, но я уверен, что ты с нею отлично справишься.

—Когда и куда мне выезжать? — спросил Северов. На своем «Кишиневе» пойдешь в Петропавловск-на-Камчатке и там дождешься прихода флотилии. Она стоит сейчас в Японии. Свое судно сдашь старшему помощнику. Ну, об этом тебе скажут в «Совторгфлоте».

Благодарю за доверие, — взволнованно проговорил Северов.

Прошу, — Хайров указал на длинный стол, покрытый красным сукном. На нем была разостлана карта Даль него Востока. Секретарь губкома взял карандаш и провел им линию из Петропавловска до мыса Сердце Камень. — Таким приблизительно будет курс флотилии. Ты дол жен...