Чтение онлайн

Петри начал со следующего:

– Меня крайне удивили заголовки сегодняшних утренних газет, мистер Кассиди.

– Да, новости ошеломляющие. Только слепой мог не заметить идентичности пули, которой была убита Ясмин, и тех, что мы извлекли из тела Джексона Уайлда.

– Это ошибка.

– Ошибки нет.

– Тем не менее ваше расследование на предмет возможной связи между самоубийством Ясмин и убийством Джексона Уайлда следует прекратить. Немедленно.

Он произнес это с такой педантичностью и откровенной наглостью, что Кассиди захотелось расхохотаться. Взглянув на Тони Краудера, он, однако, не заметил и тени улыбки на лице шефа. Наоборот, оно хранило выражение суровое и непроницаемое.

– Что происходит, черт возьми?
– Кассиди вновь перевел взгляд на Петри. С какой стати вы указываете мне?

– Ясмин не убивала Джексона Уайлда.

– Откуда вам это известно?

– Она была со мной в ту ночь. До утра.

Воцарилось молчание. Кассиди опять посмотрел на Тони - его тяжелый пристальный взгляд словно требовал разъяснений. Окружной прокурор прокашлялся; он явно ощущал неловкость от происходящего. Краудер с горечью сознавал, что теряет уважение Кассиди. Ведь он в отцы годился этому Петри, а распинался перед таким ничтожеством, словно тот был наследным принцем.

– Сегодня утром ко мне пришел мистер Петри и добровольно признался, что у него.., э-э.., что они с Ясмин состояли в определенных отношениях.

– Ну и признание, - саркастически заметил Кассиди.
– Мне об этом уже давно известно.

– Полагаю, тебе рассказала обо всем мисс Лоран, - сказал Краудер.

– Да.

– Тогда ты можешь представить, в какое неловкое положение поставит твое расследование конгрессмена Петри и его семью.

– Ему следовало об этом подумать самому, прежде чем шляться на сторону. Петри рассвирепел:

– Переполох, который вызовет ваше следствие, будет совершенно напрасным, мистер Кассиди, поскольку, как я уже сказал, Ясмин была со мной, то есть у нее алиби.

Кассиди посмотрел на него с упреком.

– И вы, по всей видимости, не испытываете никакого чувства вины за ее самоубийство? Она размазала свои мозги по вашим стенам, и все из-за того, что вы оказались ничтожным лгунишкой. И что же вас заставило так низко пасть? Чувства притупились? Или испугались предстоящих выборов? А может, побоялись, что белые избиратели неодобрительно отнесутся к вашей темнокожей любовнице?

– Кассиди!
– Тони стукнул кулаком по столу. Кассиди резко встал со стула и обрушил свой гнев теперь уже на Краудера:

– Это первая реальная улика, которую мы обнаружили с начала следствия. Неужели ты и впрямь думаешь, что я откажусь от нее лишь потому, что она может вывести нас на любовную связь нашего выдающегося конгрессмена?

От беспечного равнодушия Петри не осталось и следа. Красный от злости и негодования, он тоже вскочил на ноги:

– Ясмин не была моей любовницей. Она была очень привязана ко мне, но эта страсть была односторонней. Я бы сказал, роковой для нее страстью.

– Лжете. У вас было взаимное чувство, пока вы не отвернулись от нее.

– Она была крайне навязчивой особой.

– Что за чушь.

– Она употребляла наркотики...

– Вскрытие, проведенное доктором Дюпюи, доказывает, что единственным лекарством, присутствовавшим в ее организме, был аспирин.

– Ясмин к тому же явно не была согласна с моей позицией по...

– О, готов спорить, что вы достигали согласия по всем позициям. Какую вы предпочитали? Сверху или снизу?

– Кассиди, я не потерплю этого!
– взорвался Краудер, тоже вскакивая со своего кресла.
– Я не позволю оскорблять в моем кабинете господина конгрессмена. Он пришел сюда с чистосердечным признанием, которое я склонен расценить как большое личное мужество.

– Я не могу поверить, Тони!
– воскликнул Кассиди.
– Ты что же, собираешься спрятать это под сукно, притворившись, что результатов баллистической экспертизы попросту не существует?

– Нам обоим хорошо известно, что эти результаты неубедительны. Кроме того, конгрессмен говорит разумные вещи. Выслушай его.

– Но почему. Тони?
– Кассиди готов был взорваться от гнева.

– Он убедил меня, что у Ясмин не было мотива для убийства Уайлда.

Кассиди повернулся и уставился своим тяжелым взглядом на Петри.

– Что ж, вам слово. Валяйте.

Петри одернул полу пиджака и приосанился.

– Ясмин воспринимала Джексона Уайлда как шутку, - сказал он.
– И, хотя тот и называл "Французский шелк" порноизданием, она всерьез не реагировала на это. Для нее он оставался комической фигурой. Вот и все. Она даже поддразнивала меня за то, что я принимал его как почетного гостя нашего города.

– О да, вы большой специалист по части лизать задницы.

– Кассиди, замолчи!

Но он не обратил внимания на окрик Краудера и пошел в атаку на Петри:

– Вы чувствовали себя как дома, сидя на его подиуме. Вы такой же говнюк, как и он. По-моему, Уайлд был воплощенным Алистером Петри в рясе. Как и вы, он был самодовольным, эгоистинным человеком, чьим единственным талантом было дурить людей.

Петри побагровел, но голос его сохранял спокойствие.

– Вы можете сколько угодно оскорблять меня. Но факт остается фактом. Ясмин была со мной в ту ночь, когда был убит Джексон Уайлд.

– Где вы были?

– В "Даблтри".

– Вы провели всю ночь в "Даблтри", и ваше отсутствие не вызвало никаких подозрений миссис Петри?

– Я часто остаюсь на ночь в городе, если допоздна засиживаюсь на работе, а рано утром уже назначена очередная деловая встреча. Ночуя в отеле, я экономлю время, и это дает мне возможность хоть немного выспаться.

– Да, и еще возможность обмануть жену.

– Я пытаюсь говорить с вами начистоту, - со злостью воскликнул Петри.
– Я же признаю, что был с Ясмин в "Даблгри"!

– Я проверю это.

– Не сомневаюсь.

– А как вы объясните, что из ее револьвера был убит Джексон Уайлд, если не она нажала на курок?

– Может быть, я попробую пролить свет и на это.

– Будьте так любезны.

После столь саркастического замечания Петри решил обращаться непосредственно к Краудеру:

– Ясмин при мне нашла свой исчезнувший револьвер.

– Нашла?

– Да. Она была очень удивлена, обнаружив его на дне сумки, с которой пришла. Она сказала, что уже считала его утерянным, - может, потеряла где-то в дороге между Нью-Орлеаном и Нью-Йорком.